Чтение онлайн

— Вот дослужусь до почетной отставки, вернусь в родной город и буду делать свой. В настоящих дубовых бочках, — сказал он.

— А много тебе осталось, дядюшка Телрик? — спросила я, растирая в ступке двоелистник.

Смотритель резиденции выделил мне угол в старом сарае. Когда-то здесь хранили инструменты садовники, и я больше не боялась поцарапать стол или испачкать ковер.

— Полтора года. Я давно мог уйти со службы, но не захотел терять благодарность нашего лорда. Весомая она, знаешь ли…

Мне стало весело.

— Так сколько весит его благодарность?

— Сто пятьдесят в золоте.

— Ого! — смеяться расхотелось. — Щедро!

— Получишь, если прослужишь тридцать лет.

— Год на службе у нашего доброго лорда стоит пяти туселей! Я так думаю!

— Скажи это моей жене, — сказал стражник и смешно крякнул. — Старуха хочет вернуться к родне и жалуется, что я ее не пускаю. Не знаю, как ее угомонить.

Я отставила ступку, а затем зачерпнула густой темной массы из горшочка с готовым составом…

— Держи, дядюшка, — сказала я и протянула ему плошку, которую перед этим накрыла промасленной бумагой. — Подари жене и скажи, что сама госпожа Ринелия мажет этой мазью свой прекрасный нос, чтобы он стал еще красивее.

Стражник баночку не взял, а взгляд его потяжелел.

— Не думай лишнего, дядюшка, — мягко произнесла я. — Еще недавно я продавала такие по полтиннику за штуку. С красотки почтенного Велиарда я возьму другую цену, а вот тебе продам по старой.

Старый стражник хмыкнул и потянулся к куртке за кошельком.

— Ну если продаешь, то другое дело… Держи!

Монетка в пятьдесят телей отправилась в мой карман, а плошку с мазью Телрик поставил рядом с собой на пол.

Вчера я ходила к Ринелии, а наша третья встреча была назначена на завтра. Завтра все должно было проясниться.

— Посмотрим, станет ли моя старуха, прекрасной, как молоденькая певичка.

— Если станет, не показывай ее почтенному Велиарду.

Телрик захохотал, и я присоединилась к старому стражнику. У него был грохочущий заразительный смех.

— Шумно! — произнес кто-то.

Телрик замолчал, обернулся, а затем резко подскочил на ноги. Я тоже выпрямилась, увидев на пороге смутно знакомого мага. Покопавшись в памяти, я признала в нем одного из тех, кто приезжал в «Ласточку» с Кернелом. Уже начало казаться, что это было так давно.

— Приятное утро, целитель Сульнис! — бодро произнес стражник.

Фальшиво бодро.

— Утро, господин!

— О, я не собирался никому мешать. Просто кладовая давно пустовала, поэтому мне стало любопытно, почему внутри горит свет.

У целителя было доброжелательное лицо и теплый, располагающий к себе взгляд, который остановился на моем рабочем столе. Потом взгляд перешел на мое лицо.

— Любопытно, — повторил маг. — Я ведь встречал тебя раньше, девочка?

— Да, почтенный. В «Белой ласточке».

— А, — протянул он удивленно. — Припоминаю. Почему ты здесь?

Я посмотрела на Телрика. Пожилой стражник направил мне такой же растерянный взгляд и пожал плечами. И что мне следовало сказать? Существовали разные способы объяснить свое присутствие в резиденции лорда…

— Я готовлю мазь для госпожи Ринелии. По ее заказу.

Объяснение мага устроило.

— Да? — протянул он. — Могу я взглянуть? Я все же не совсем далек от лекарского ремесла.

Я посторонилась, пропуская целителя к столу. Маг зачерпнул из каменной миски крошку зеленой кашицы, растер между пальцами, а затем понюхал. Длинный рукав он осторожно подобрал, чтобы не испачкать.

— Что это, и зачем это нужно?

— Это двоелистник, почтенный, целебная трава. Она растет повсюду, где влажно.

— Так ты лечишь с ее помощью?

Я вежливо улыбнулась.

— Травники могут готовить только самые простые составы. Лекари сживут меня со свету, если я стану отнимать их хлеб.

— Если это не лекарство, тогда зачем нужен «двоелистник»?

Маг достал платок, чтобы вытереть пальцы, которыми трогал растертую зелень. И что он здесь забыл? В этой части резиденции я пока не встречала посторонних.

— Это будет мазь… Примерно вот такая, почтенный.

Худощавое лицо целителя вытянулось от удивления… Или от отвращения?

— Этой черной жижей нужно мазать живую кожу?

— Почтенный Сульнис, — вступился за меня Телрик, — говорят, именно травы вылечили ту женщину… Я говорю про ту знаменитую красавицу…

— Ту красавицу? А! Ты говоришь про артистку, из-за которой убивался Велиард?

Сульнис снова взял со стола заполненную зеленой массой ступку и покрутил в руках. Прикрыв один глаз, маг забормотал себе под нос:

— Не думал, что это может оказаться сколько-нибудь действенным. Хотя… Что-то в этом есть… Может быть, может быть…

— Для магов травы бесполезны, — напомнила я.

Целитель издал странный звук, похожий на мяукание кошки. Я не сразу сообразила, что так звучал его смех.

— Я знаю, девочка. Уж в исцелении одаренных я смыслю побольше твоего. Однако ремесло травников до сих пор оставалось вне моих интересов.

Он не уходил, поэтому я осмелилась задать вопрос:

— Это изменилось, почтенный?

— В некотором роде… Да! Меня посетила любопытная идея. И почему я раньше не задумывался, что в растениях также заключается сила жизни? Значит, в твоем ремесле тоже есть что-то от колдовских практик.

Я поймала напуганный взгляд Телрика, и быстро сказала, пока целитель не надумал себе чего-нибудь еще:

— Пища тоже когда-то была живой. Вы же не равняете с колдунами пекарей или забойщиков скота?

Маг моргнул, как будто сбросив с себя наваждение.

— Нет… Хотя в этом есть смысл. Своеобразный смысл, но он есть…

Он задумчиво потирал подбородок. И по-прежнему не уходил.

— Покажи, девочка, как ты готовишь… то, что ты делаешь…

Я жалобно посмотрела на Телрика, но старый стражник не мог мне помочь. Я взялась за пестик.