Чтение онлайн

Похоже, Энсли обескуражен моим бесстыдством, и не знает, вру я, или действительно рада его "ласкам". И собирается сделать привычное — схватить меня, и шваркнуть об стену. Но я уворачиваюсь и отскакиваю.

Нашу "милую" беседу прерывает обеспокоенный Айк, доложивший, что на карету принцессы Ханзийской напали, а ее саму похитили, о чем сообщил добравшийся до поместья генерала раненый кучер.

Меня это известие не удивляет — знала, что так будет, хотела Камилу при отъезде предупредить, но передумала, из-за ее отказа мне помочь.

Фаларион сверкает в мою сторону злым взглядом, и бросается спасать любимую принцессу. А его жена, принцесса нелюбимая, возвращается в свои покои.

Энсли не будет целую неделю! Камилу, которая отделалась испугом, он спасет, проводит до столицы, и погостит во дворце императрицы, где и обитает принцесса, несколько дней.

Я же, в его отсутствие, стану хозяйкой поместья, и буду наслаждаться относительной свободой и безопасностью. Вот счастье-то!

Первым делом велю тем слугам, что пытались уличить меня во лжи, перебрать все вино в погребе — попробовать из каждой бочки, на предмет выяснения, какое отравлено, а какое нет. Алкоголю от этого ничего не будет — напиток наливается с помощью краника. А вот пробовальщикам... Кто-то из них может умереть от яда. Или с перепоя.

Ну в самом деле! Не выливать же все вино! Это слишком убыточно! Генерал приказал бы то же самое, если бы его не отвлекло похищение принцессы, и если бы он не покинул поместье. А раз мужа нет — главная я, и никто не смеет меня ослушаться. Так что, любители вывести госпожу на чистую воду отправились в погреб рисковать жизнями.

Весь следующий день я занималась исследованиями — бродила по дому и усадьбе, изучая, что где есть, и как выглядит.

Кабинет мужа, его покои, и оружейная комната закрыты, а больше в доме нет ничего примечательного. Пойду осматривать фазенду!

Подъезд к усадьбе начинается с массивных ворот из черненого кованого железа, чьи витые прутья сплетаются в сложный узор, в центре которого красуется герб владельца, генерала Фалариона – дубовый лист. Ворота эти держатся на двух исполинских столбах из грубо отесанного серого гранита, заросших у основания мхом и диким плющом, что свидетельствует об их древности.

От ворот к господскому дому ведет широкая аллея, высыпанная светлым, утрамбованным гравием, который приятно шуршит под колесами карет и копытами лошадей. Она настолько просторна, что на ней могут свободно разъехаться два встречных экипажа.

По обе стороны этой аллеи раскинулся старинный парк — ухоженный, но сохранивший свою первозданную прелесть. Вековые дубы и стройные липы создают тенистый свод над дорогой, а между ними виднеются фигурно подстриженные кусты тиса в виде зверей и геометрических фигур. У подножия деревьев разбиты пышные клумбы, где благоухают алые и белые розы, высокие лилии и фиолетовые ирисы, наполняя воздух сладким, дурманящим ароматом. Насколько я знаю, парком и цветами занимается садовник, под руководством Валери. Не так уж она и бесполезна!

Аллея заканчивается у широкой круглой площадки перед крыльцом господского дома. Площадка вымощена крупными гладкими плитами, уложенными в виде расходящихся лучей, и служит местом для остановки и разворота экипажей. Сам дом — это внушительное двухэтажное строение из серого камня, потемневшего от времени, с высокой черепичной крышей и узкими стрельчатыми окнами. По его стенам вьются плети темно-зеленого плюща, почти достигая крыши.

А вот все хозяйственные постройки предусмотрительно вынесены за дом, чтобы не нарушать парадный вид и покой господ. Там, скрытый от глаз, раскинулся целый городок, образующий отдельный просторный двор.

Сразу бросается в глаза длинное, приземистое здание конюшни, сложенное из камня и темного дерева, откуда доносится конское ржание и пахнет свежим сеном и дорогой кожей. Рядом с ней находится кузница — небольшое закопченное строение. Даже издалека слышен ритмичный стук молота о наковальню, а из открытых дверей вырываются яркие всполохи огня и тянет запахом раскаленного металла и угля.

Чуть поодаль стоят несколько более солидных каменных зданий с узкими, зарешеченными окнами — это оружейные, где хранятся доспехи и оружие для гарнизона. Кроме них, здесь расположены и другие хозяйственные постройки: высокие амбары для зерна, птичник, дымящая трубой пекарня и глубокий ледник для хранения припасов. И еще куча каких-то сараюшек. Весь этот комплекс живет своей жизнью, обеспечивая усадьбу всем необходимым.

Прохожусь там и удивляюсь — все сараюшки под замком! Что такого в них хранят, что надо запирать?

Прогуливаюсь и к воротам — проверяю утверждение тети Лизы, что Валери запрещено покидать усадьбу. И убеждаюсь, что это так. Стражники, стоящие у ворот, преграждают мне путь.

Усадьба, конечно, хороша, но само бывшее мое поместье еще лучше. Земли обширны, и на них расположены леса и луга, бурные реки с водопадами и тихие озера. А еще горы, и чистенькие пасторальные деревеньки — тетя Лиза постаралась, напихав в мои владения всякой красоты.

Когда когда-нибудь я оседлаю лошадь, и отправлюсь обследовать эти чудесными места — пешком их не обойдешь и за неделю. Когда-нибудь, когда научусь ездить верхом. Что же касается запрета - а я его обойду!

Но, нужно убедиться, что тайный ход из усадьбы действительно существует. С большим трудом — хорошо замаскировано — нахожу. Пока пользоваться им не спешу — мне и в поместье нормально, в отсутствии мужа.

Затем, отправляюсь на кухню, и составляю с поваром меню на целый месяц — Валери, не смотря на напряженные отношения с мужем, женскими делами хозяйки усадьбы занималась.

На следующий день в поместье прибывает портниха с двумя помощницами, и мы с ними принимаемся готовить новые наряды — выбираем фасоны и ткани из привезенного женщинами каталога.

Когда с меня снимают мерки, в покои является Фаларион, чем удивляет меня до такой степени, что я спрашиваю:

— Энсли? Почему ты так рано вернулся?

Он должен быть в столице неделю! Должен любезничать с Камилой, и встречаться с императором!

Потом спохватываюсь и добавляю:

— Принцессу освободили? С ней все хорошо?

И торопливо натягиваю платье на тонкую сорочку, в которой я измеряюсь. Ибо этот демонюга уставляется на полупрозрачное облачение с интересом.

— У Камилы все в порядке! — произносит муж с довольной улыбкой, и неожиданно обращается к портнихе — Мне тоже нужен новый наряд!

Портнихи озабоченно переглядываются.

— Не шьете мужское? — уточняет Фаларион.

Женщины объясняют, что шьют, но мерки снимают подмастерья — мужчины. А для незамужних девиц, коими они являются, трогать посторонних господ неприлично.