Чтение онлайн

Так, например, получилось с одеждой.

— Баб Надя сказала, пусть тебе будет стыдно, ой… — прикрывает рот ладошкой. — Прости, пап. Я на самом деле так не считаю. Я уверена, ты даешь, сколько можешь. И никогда не жаловалась, и не просила ничего ни у нее, ни у тебя.

Игорь чуть ли не рычит, слушая спутанные оправдания Сони. Руки сжимаются в кулаки, а на лице проступают желваки, выдавая, скольких усилий ему стоит сдержаться и не выругаться при ребенке.

Это ж надо, как ей мозги запудрили! Папа, разумеется, во всем виноват. Как она еще умудрилась сохранить к нему светлое чувство?

— Дочь, почему ты не позвонила мне, когда баба Надя решила тебя отправить одну на поезде? Я ведь подарил тебе телефон на День Рождения, — спрашивает вместо того.

Опять девочка смущена.

— Пап, прости. Я… Я его подарила.

Игорь приподнимает брови, отчего той становится еще более неудобно. Растерянно бегает глазами по сторонам.

— Подарила? Кому же? — Видя ее прикушенную губу, добавляет мягко, — да не бойся ты. Я не стану ругаться. Мне просто интересно, кому ты решила сделать такой подарок?

И почему мне кажется, я знаю ответ заранее? Но Игорь удивляется.

— Бабе Наде, — произносит девочка, вся сжимаясь под взглядом отца. Начинает объяснять, — у нее такой старенький! Почти нерабочий, а ей он и правда гораздо нужнее, чем мне! Ну для чего я могу использовать? В игры поиграть, да видео посмотреть. А у нее важная переписка и советы огородникам, и заказы в интернет-магазине.

Мне хочется схватить босса под столом за руку, чтобы успокоить. Впрочем, я так и делаю. Кладу ладонь на бедро и сжимаю, не подумав.

От удивления он даже забывает, на что злился секунду назад, переводит на меня взор. Ой. Пытаюсь отдернуть руку, но его пальцы ложатся сверху и стискивают мою кисть.

— Ну да, конечно. Не переживай. Мы и тебе купим. Хотя, признаться, не уверен, что смотреть видео в этих приложениях — самое полезное занятие для девочки.

Она заметно вздрагивает и выпрямляется, явно обрадованная словами отца и тем, что на нее не сердятся.

— Да я практически и не смотрю, — ее красивые глазки загораются надеждой. Все-таки в нынешнее время телефон для молодежи — не роскошь, а необходимость. Я и сама без него уже не могу. — Мне больше нравится читать или рисовать. Ну и я бы посмотрела какое-нибудь аниме. У нас многие в классе любят, и я начинала смотреть… пока не отдала телефон… А ты правда сможешь мне купить? Если слишком затратно для тебя, то не стоит.

Игорь закатывает глаза, так и не выпуская мои пальцы под столом.

— Не понимаю, почему ты считаешь меня настолько… эм… нищим? — видно, что старается аккуратно подбирать слова.

На личике Софьи искреннее удивление.

— Ну как же… Баба Надя сказала. — Тут уже я сама готова закатить глаза вместе с фейспалмом. Даже меня уже потряхивает от сочетания «баба Надя». — Мол, только такой нищеброд, как мой папаша, может платить столь маленькие алименты… Ой, прости… ну она так грубовато выразилась, но ты же не виноват… Пап! Я не считаю тебя нищим.

Игорь качает головой, отпускает меня и берет в ладони руки дочери.

— Сонь. Вот ты же была у бабы Оли прошлым летом, мы с тобой виделись. Разве мы создаем впечатление нищих? — Софья опять втягивает голову в плечи и пожимает ими. Качает головой. У нее явный диссонанс внутри.

— Я не знаю. Это было давно. Мало ли, какие обстоятельства у тебя случились. На мои вопросы баба Надя не отвечала. А твой номер и номер бабы Оли она нечаянно удалила. Я не могла сама вам позвонить. И ты, наверное, был очень занят. Мама, например, всегда занята. Когда бы я ни позвонила, у нее то маникюр, то фитнесс, то дядя Рома…

У меня слов просто нет! Бедный одинокий ребенок. А почему Игорь ей сам не звонил? И мама его. Странно.

На данный вопрос мне отвечают, когда Соня уходит в примерочную с парой симпатичный футболок и шорт. Мужчина нервно запускает пальцы в волосы, откидывая со лба и объясняет:

— Я не один раз звонил Надежде Тарасовне. Вик, поверьте. Но она всегда отвечала, что Соня то в школе, то в секции, то у подруги и телефон забыла. И мама моя так же. На просьбы приехать за ней в каникулы нам всегда приводили какие-то разумные доводы, почему нет. Я несколько раз общался-таки с дочкой, но она даже не заикалась о своих проблемах. Видимо, под бдительным контролем бабы Нади, — буквально выплевывает последние слова.

Как же все мерзко. Представляю, что он сейчас испытывает, если даже мне противно.

— Игорь Алексеевич, вы только при Соне не говорите ничего. Надо ее мягко убедить, что баба Надя сильно заблуждается на счет вас.

Соглашается, но тут же приводит контраргумент:

— Лишь бы при этом Соня не подумала, что, имея миллионы, я наплевал на нее. — И то верно. Палка о двух концах. Как бы одновременно и нельзя мать с бабкой ругать, и самому остаться нормальным в глазах дочери. — Нужно серьезно поговорить с Кристиной. Только это невозможно по телефону. У нее в одно ухо влетает, в другое вылетает. Тридцать лет человеку, а все как та стрекоза.

— Надо постараться, чтобы Соне не пришли в голову подобные мысли, — развожу руками.

— Поможете мне, Вика?

Я? Но как?

— Чем я могу помочь?

— Переезжайте жить к нам, а?

Он пошутил, да? Смотрю на босса и понимаю, что нет. Игорь Алексеевич говорит вполне серьезно.

— Зачем? — от неожиданности немного тупею и не могу догнать, для чего меня хотят переселить.

— Я же говорю, помочь мне с Соней. Раньше, когда она приезжала в Москву, жила у моих родителей. Я иногда вырывался из круговорота дел, чтобы заглянуть к ним, но, сами понимаете, это не решало вопроса нашего сближения. Если и сейчас так же сделаю, то еще больше усугублю ситуацию. Я, видимо, дозрел до полного решения проблем, но боюсь, как бы обстоятельства не перечеркнули мои благие намеренья. Если Соня будет жить со мной, шансов сблизиться больше.

В этом он абсолютно прав, но…

— А причем тут я?

— Как причем? Меня сложно назвать семейным человеком или хозяйственным мужчиной. Мы, конечно, могли бы с Соней и в ресторанах питаться, но мне кажется, что это неудачное решение.

Хм…

— Хотите, чтобы я вам готовила? Так я не повар.

Мне даже немного обидно. Игорь как-то нервно дергается, а я никак не пойму, в чем дело.

— Нет, конечно! Хотя вы наверняка делаете это просто чудесно. — Он опять путается. — Но дело не в этом. Мне… мне бы хотелось, чтобы вы… стали на некоторое время няней, вот!

Я опять в недоумении.

— Няней? Двенадцатилетнему подростку? Вы серьезно?

Мнётся.

— Ну почему нет? Она что ж, не ребенок, что ли? Ей с вами будет легче, чем со мной, найти общий язык. Вы же девочки. А я немного в этом хромаю. — В итоге машет рукой и выдает, — хорошо! Признаюсь. Я плохо знаю собственную дочь и даже не предполагаю, с чего начать знакомство. Поэтому прошу вас побыть немного нашим посредником. И ей будет так легче привыкнуть, и мне тоже.

Тут уже я озадачена. Не уверена, что смогу лучше него поладить с Софьей. И вообще…