Чтение онлайн

— Нет, не шутка. У меня уже как полгода любовница, а ты и не заметила. И после этого ты хорошая жена, Поля? — вкрадчиво поинтересовался.

— Я… — Полина выглядела обескураженной. — Я доверяла тебе… — сглотнула громко. — Не думала, что ты можешь так со мной…

Давно не видел на ее лице такой ошеломительной растерянности. Кажется, я смог удивить жену.

— Ты такая занятая, дорогая жена. Я полгода подъедаюсь на стороне, а ты ни одной рубашки не проверила, чужого волоска не заметила, ничего не видела, кроме свой гребаной клиники, — был намеренно жесток. Пусть и свою вину почувствует. Передо мной и детьми. Забросила нас.

— У тебя другая женщина… — повторила вслух. Поверить пыталась.

— Да и она беременна, — резал правду-матку. Все равно узнает, пусть лучше от меня. Да и по сообщениям все достаточно ясно.

— Так значит… — взгляд моментально холодным стал. Поверила. — Ну поздравляю, папаша, — надменно вскинула голову и, взвесив на ладони мой новый айфон, швырнула его в стену. Ему пиздец, но пусть это будет самой большой моей потерей. Поля резко развернулась, уйти хотела, но я схватил со спины, к себе прижал. Нам нужно обсудить нашу новую реальность.

— Давай подумаем, как будем жить дальше, — шепнул в волосы.

— Жить дальше? — билась в моих руках. — Один из твоих коллег адвокатов, которого я обязательно найму, благословит тебя от моего имени и на развод и на отцовство! Пусти! — снова дернулась.

— Да щас! — развернул к себе, в глаза заглянуть хотел. Там будут ответы на мои вопросы. Взгляд обжигающе ледяной. Там ничего нет: ни обиды, ни тоски, ни жалости. — Никакого развода не будет. Адвокатов не будет. Судов не будет, — твердо и жестко.

— Размечтался! — с неожиданной силой толкнула в грудь. — Я чувствовала, что с тобой что-то происходит. Переживала за тебя. Допускала, что симпатия к другой появилась и мучает тебя, но даже не предполагала, что ты обратился в помойного козла! Дай мне пройти! — еще раз толкнула. — Видеть тебя не могу!

— Что вы бабы все такие гордые? — скривился я. — Чуть что — ухожу!

Я адвокат, и много видел обиженных женщин. Сначала уходили, хлопнув дверью, потом остывали и шли на мировую.

— Может, поборешься за мужа, м? Не самый хуевый я у тебя!

— У меня ли?! — Полина рассмеялась, да так, будто ножовкой по сухожилиям прошлась. — Ты по рукам пошел, Марат Адамович. Обыкновенный блядун. Нет в тебе особенного мужчины. Был когда-то, да весь вышел, — она даже не пыталась щадить мое эго. Пожалеет же потом! Точно пожалеет!

— Полина… — едва держался, чтобы не стереть эту злую стервозную улыбку, закрыв ей рот самым неприличным способом.

— Зачем бороться за тебя? — так искренне удивилась. — Ты же не борешься за использованный презерватив. Я не борюсь за использованный тампон. Зачем мне бороться за использованного мужчину?!

— Я типа и нахуй тебе не нужен?! — взревел яростно. Хорошо, что дети сегодня ночевали у моих родителей.

— Твой хуй может кому-то и нужен, но точно не мне. Я слишком брезглива, — скривилась Полина. — Но ты за меня не волнуйся. В России сто семьдесят миллионов человек, думаю, если уж мне понадобится член, подходящий найдется, — и подмигнула стерва.

Она хотела уйти, но я перекрыл дорогу к отступлению. Нет, мы сейчас должны решить. Нельзя ее отпускать.

— Я не пойму, — свела брови, — ты чего от меня хочешь? Встретил бабу, влюбился, ребенка заделал, разводись и живите. Спасибо, что в известность поставил. По-козлячьему, ну хоть как-то. В общем, совет да любовь, и свали уже с прохода!

— Нет, Полина, ты не уйдешь. Я тебе по-русски сказал: никакого развода. У тебя два пути: либо я живу на два дома, либо ты бросаешь клинику, занимаешься детьми и бытом, тогда живем по-прежнему. Ребенку помогать буду, но больше никаких измен. Я клянусь.

— Ха! — фыркнула Полина. — Мне не нужен ни ты, ни твои клятвы! Живи, с кем хочешь и как хочешь. Мы с детьми уйдем!

— Нет, — теперь пришла моя очередь злорадно улыбаться. — Дети останутся у себя дома. Ты не заберешь их. Они Загитовы и будут со мной. Если хочешь быть рядом с ними, то сейчас успокоишься, разденешься и ублажишь любимого мужа.

— А рожа не треснет? Нет? — сложила руки на груди.

— Ты ведь не хотела детей. Я решил проблему и…

— Ах так! — прервала эмоционально. — Это я тебя на блядство толкнула?! Хреновая у тебя жена, Марат Адамович. Аж детей на стороне делать приходится. Ай-яй-яй, — покачала головой. — Как вы обычно замолаживаете кандидаток в любовницы? — нарочито задумалась. — Жена фригидная пила, секс раз в сто лет, на грани развода. Ты дальше пошел: жена больше не хочет детей, давай трахаться деточка. — уничтожающе улыбнулась и сама подошла вплотную. — Понюхал чужую писечку? Понравилось?

— Полина, — выдавил сквозь зубы. Задушу за злой язык! Как она умеет все выворачивать, что звучит до блевотины гадко. — Не будь стервозной сучкой. Ничего смертельного не произошло. Все решаемо. Ты умная женщина. Понимаешь ведь, что зависишь от меня по всем фронтам. Я люблю тебя, Полина.

Она коротко хохотнула. Я заскрежетал зубами.

— Я люблю тебя, — надавил голосом. — Я признаю только ребенка. Баба мне нахер не нужна.

— Зря, Мартик, — назвала треклятым прозвищем. — Потому что лично мне ты нахрен не сдался!

— Не нужен! — схватил ее за руку, к себе прижал, губы найти пытался. Я докажу ей, что еще как нужен! Она любит меня!

— Фу, — демонстративно сплюнула, когда наши губы встретились. — Да мне противно! — попыталась выкрутиться. Я не пускал, на плечо закинуть хотел. — Не смей! — Полина вмазала мне пощечину и попыталась двинуть по яйцам. Больно, но это только распалило желание укротить волчицу. Сорвать к чертям платье, бросить на ковер и трахать, пока пощады не попросит. Полине бы понравилось: ей всегда нравилось со мной. Просто она не орала об этом и не писала в каждом сообщении. Я повелся на дешевую лесть, теперь хлебаю полной ложкой.

Я отвлекся мыслями всего на пару мгновений, и Полина-каратистка сделала подсечку. Я упал, но и ее за собой потащил. Придавил телом, воздушная юбка задралась, колготки с сексуальной имитацией чулок, сочные губы искусны, в глазах яростный протест. Это моя женщина! Самая охуенная женщина! Я потерся о ее лобок напряженным пахом. Я хочу ее. Жена неделю не была со мной ласкова!

— Не смей… — выдохнула. — Не смей… — Полина вся с лица сошла и ослабла. Мне показалось, что у нее глаза закатились.