Чтение онлайн

Этот Марат не стоил того, чтобы выслушивать его объяснения, разбираться в причинно-следственных связях, анализировать свои ошибки. Да, я неидеальная жена, но не настолько плохая, чтобы безжалостно втаптывать меня в грязь. Я родила ему детей, хотя бы за это мог пощадить мои чувства и признаться в предательстве не так жестко.

Перед глазами стояли пошлые фото и видео. Как она себя презентовала! Ни одного отверстия не оставила без внимания. Банан во рту по самый корень и приписка «ты меня научил, мой бог секса». Пальцы во влагалище. Анальная пробка в виде клубники со словами «разрабатываю для тебя дырочку».

— Боже… — я ощутила, как подкатило к горлу. Закрыла рукой рот, сдерживая рвотные позывы. Марат практически никогда не отвечал ей, только ставил огненные реакции. Только в конце писал…

Ты встала на учет? Как себя чувствуешь? Живот не болит?

Беспокоился о матери своего ребенка. Отец же! Марат снова станет папой, только с другой женщиной. Видимо, снова мальчишкой себя ощутил и девочку выбрал под стать. Она молоденькая, это заметно: кожа и тело девушки лет двадцати. Послушная, податливая, дает везде и всегда. Типичный выбор обеспеченного мужчины среднего возраста. Только за меня чего цеплялся?!

А я дурочка, конечно… Так переживала за мужа. Боялась. Даже допускала, что увлекся другой, но и в мыслях не было, что изменял на полную. Что ребенка ей сделал. А если бы я сняла спираль и согласилась снова родить… Теперь все ясно: Марат хотел заманить меня в ловушку, в клетку посадить и диктовать условия. Только я не понимала, зачем… Если влюбился и собрался жить с другой — признайся честно и разведись по-человечески! Зачем держаться за постылый брак и неудобную жену?! Я никогда не была удобной: куда поставил, там и стою. Нет, я другая, и Марату это нравилось. Он никогда не хотел женщину, похожую на мать, кроткую и зависимую. Никогда…

Сейчас, видимо, его вкусы, как и желания, изменились. Права Лота. Их мужчины из одного стручка. Если не сразу всплывало сходство, то со временем точно. Ружье, которое зарядил Адам Даниярович, выстрелило точно в меня…

Я поднялась на ватных ногах и вышла из душевой. В ванной не продохнуть от тугого пара. Это хорошо. Пусть с меня сойдет старая кожа. Хочу новой обрасти: незнакомой, жесткой, чужой. Чтобы не узнал. Чтобы по запаху не нашел. Чтобы все следы его прикосновений сгинули. Нет больше Полюшки. Умерла вчера. Никто, кроме мужа, меня так не называл. И больше не назовет. Не хочу.

Я рукой провела по зеркалу, выхватывая собственное отражение. Бледная, в губах ни кровинки, огромные глаза в ореоле потекшей туши. Да уж, Полина Сергеевна, красавица, не то слово.

Я набрала холодной воды в ладони и брызнула в лицо. Косметика сошла, и передо мной оказалась испуганная женщина. Увы, предательство любимых не делало сильнее. Сегодня я потеряла что-то очень важное. Отмерла часть меня. Большая. Я ведь любила, очень любила Марата…

— Да, Полина, ты плохая жена. Не удержала мужа от блядства, — проговорила, криво улыбаясь. Что же, пусть строит жизнь с новой зазнобой. Марат заделал ей ребенка, значит, дорога стала. Не верю, что сделал это из-за меня. Сущая глупость! Такая же, как заявление про две семьи! Загитов, очевидно, умом тронулся, раз решил, что я могу пойти на это. Насмотрелся на отца и подумал, что со мной прокатит. Как в голову такое могло прийти?! Так цинично, так зло. Ни капли раскаяния. Ни крупицы жалости. Марат получал удовольствие, унижая меня. Я чувствовала это. Его любовь превратилась в слепую ярость, и она была направлена на меня. Что же, я отвечу тем же.

Я вытерлась насухо и пошла спать. Завтра тяжелый день. Бой. И я не знала, на сколько эта война затянется. Легла и уткнулась лицом в подушку. Снова накатило, но я душила всхлипы и рыдания. Сильные женщины тоже плачут по мужчинам…

Утром проснулась разбитой. Глаза — красные щелки, сил нет, в голове дурман. Каюсь, мечтала, чтобы все жутким сном оказалось, но реальность догнала холодным сумрачным утром. Я одна в гостиничном номере. Никогда больше не будет как прежде.

Включила телефон, и он взорвался оповещениями. Сто тридцать пропущенных и пятьдесят сообщений. Все от Марата, кроме парочки. Я открыла те, которые из домашнего чата с детьми.

Лиана: Доброе утро, родители. Когда домой?

Иль: Бабушка с дедушкой зовут нас в питомник. Щенка выбрать)) не домой) Можно?

Лиана: Мы уроки уже сделали!!!

Я зажала рот ладонью. Глушила душащий крик. Наш обычный семейный утренний треп. Мы даже дома, находясь в разных комнатах, могли писать в этот чат: кому поесть, кому попить, что посмотреть, куда сходить. Теперь так не будет. Нет семьи. Кончилась. Их папа новую завел. Там тоже чат, только обсуждались другие вещи. Они Марата интересовали больше: дети и жена, а на другой чаше весов анальный секс и глубокий минет. Мы с бандитами проиграли в неравном бою. Еще полгода назад.

Это ж сколько времени он был с ней? Нас оставлял и выбирал ее. Получается, что тогда бросил не только меня, но и сына с дочерью, чтобы к своей деве сбежать. Зачем тогда мы ему нужны? Почему ищет меня и пытается удержать? Собственник. Властелин. Я ж отец! Ясно, понятно.

Муж мигнул зеленым и начал писать. Я замерла.

Папа: Мы с мамой приедем. Правда, Поля?

Я молчала. Ему не стала отвечать. Только детям написала, что пусть едут в питомник. Хорошо, что их вчера не было. Страшно представить, что было бы, если бы увидели наши разборки.

Я умылась, оделась, причесалась. Лицо без косметики могло бы выглядеть свежим, если бы не бессонная ночь с рыданиями в подушку. Плевать. Мне абсолютно все равно, какой Марат меня увидит. Главное, что внутри. А там — выжженная земля. Ночью во мне что-то умерло. А когда мертвый — уже не так больно…

Такси притормозило у наших ворот. Роллс-Ройс Загитова стоял криво и мягко урчал — прогревался. Куда, интересно, собрался? Старую жену в стойло загнать или у новой животик заболел?

Я столкнулась с Маратом в дверях. Злорадно улыбнулась, отметив, что он тоже выглядел хреново. Помятый, всклокоченный, капилляры полопались, взгляд бешеный, но с искрами облегчения. Видимо, не рад был бы, если бы меня съели волки.

— Явилась, — сухо бросил, отступая от двери. — Где ты была?

— Это тебя не касается, — не разуваясь, хотела подняться к себе.

— Ты моя жена, и меня касается все, что касается тебя, — Марат не дал, загораживая широкими плечами проход.

— Скоро у тебя будут новая жена и новые дети. Наслаждайся, — коротко стервозно улыбнулась.

— Ты слишком самонадеянна, жена, — демонстрировал мой статус, — если думаешь, что отпущу вас.

— На цепь посадишь? На хлеб и воду? Меня или всех нас? Как детям будешь объяснять, какой их папа мерзавец?

— Полина, хватит! — психанул, не выдержал. — Давай без нервов обсудим… — столько усталости в голосе. Неужели утомило амплуа властного Отелло?

— Хочешь обсудить условия развода? — это единственное, что волновало меня.

— Я сказал: никакого развода не будет! — прорычал. Еще бы залаял. — Я хочу объяснить.

— Мне не интересно, — равнодушно прервала. — Причины и следствия твоего блядства — исключительно твои проблемы. Ты мне чужой! Я тебя не знаю! Мне плевать, почему ты это сделал. Хотя, — я внимательно взглянула на него, — я одного понять не могу: когда ты так возненавидел меня? За что?