Мой вечный Адам
Шрифт:
– Я плохо помню маму, - продолжал свой рассказ Темир, - но знаю, что она была очень добрая. Каждый вечер перед сном мама приходила ко мне в комнату, долго гладила мои волосы и рассказывала волшебные сказки. И каждый раз в них присутствовала девочка с рыжими волосами и зелеными глазами.
– Ты скучаешь по маме? – тихо спросила Тесс. Темир опустил голову и едва заметно кивнул, пряча глаза. Девочка взяла его руку.
– Тут нечего стыдиться. Мы все любим своих родителей. Это же естественно.
– Естественно, - вдруг громко сказал он и поднял голову, - это когда рыцарь защищает слабую даму, а не плачется ей в подол!
Тесс тяжело вздохнула. А он, оказывается, гордец. Повисло неловкое молчание. Девочка засмотрелась на купающиеся в лунном свете колокольчики. Домой почему-то совсем не хотелось.
– Расскажи еще что-нибудь, - тихо попросила она.
– После того, как мама… - Темир запнулся и посмотрел на девочку. Она ободряюще сжала его руку, и друг продолжил: - как ее не стало, папа стал повсюду брать меня с собой.
– Он был путешественником?
Темир кивнул.
– Я бывал вместе с ним в различных странах.
Глаза Тесс снова засветились интересом. В отличие от Темира, она еще ни разу никуда не выезжала из графства.
– Один раз папа привез меня в Италию, - продолжал Темир.
– Там есть город Венеция, где вместо дорог текут реки, а по ним ездят не повозки, а лодки. А еще мы вместе были во Флоренции. Там жил и писал Данте. Только, его потом изгнали из страны. Папа возил меня в Россию. Там холодно, и ветер постоянно дует. Еще там огромные, просто обширные поля, по которым можно без остановки бежать и бежать вперед и даже заблудиться, как в лесу.
Темир рассказывал быстро, вспоминая все новые и новые подробности их с отцом путешествий. Тесс внимательно слушала его, раскрыв рот от удивления. Она быстро сообразила, что Темир именно в этом отчаянно нуждался – выговориться. Он не рассказывал открыто о своем отце, и разговор шел в основном о поездках, но по мимолетным замечаниям мальчика о мистере Расселе, Тесс поняла, что это был хороший, открытый, добрый и любознательный человек. У него с сыном была очень тесная внутренняя связь. Тесс почти физически чувствовала боль Темира. Она как будто проникла в его душу и всем сердцем пожелала разделить скорбь, чтобы хоть немного облегчить его страдания. Для девочки это были новые ощущения. Она никогда в своей жизни не чувствовала ничего подобного.
Закончив рассказ, Темир глубоко вздохнул и улыбнулся. Подруга к своему удивлению почувствовала его облегчение. Как будто у нее с этим мальчиком было одно сердце на двоих.
– Пойдем домой, - сказал Темир. – Скоро светать будет.
Тесс пришла в себя и взволнованно оглянулась на дом. Нужно скорее возвращаться, пока слуги не встали. Затем она снова посмотрела на Темира и поняла, что теперь он стал для нее еще роднее. Ничто так не объединяет людей, как совместная тайна. Мальчик взял ее за руку и повел по полю обратно к поместью. На этот раз Тесс уже гораздо увереннее перелезла через кованую ограду. Друзья осторожно зашли в дом, поднялись по центральной лестнице и разошлись по своим спальням.
– Я надеюсь, сегодня ты, наконец, покажешь себя в лучшем свете, - обратился мистер Лонгфорд к своему среднему сыну за завтраком. За столом в большой желтой гостиной этим утром сидело всего трое членов семейства: Тесс, Люк и отец. Хотя, по большому счету, девочку можно было не считать, так как она была похожа на привидение и клевала носом. Генри сказал, что завтрак заменит духовной пищей и принялся читать какую-то толстую книгу. Миссис Лонгфорд со вчерашнего дня не спускалась, выражая тем самым протест против присутствия в их доме чужого ребенка. А где опять пропадал Темир, никто не знал.
Люк недовольно поморщился.
– Мне досталась самая непослушная лошадь, которую только можно придумать, - сквозь зубы пробормотал он. – А этому Темиру вы дали самого лучшего скакуна.
Тесс с любопытством посмотрела на брата. Люк в их семье был лучшим наездником, конечно, не считая папы. Учитель по верховой езде без конца хвалил его за умение сидеть в седле и правильно управлять лошадью. И вот, что же получается, Темир обошел Люка? Девочка не без удивления поймала себя на том, что чувствует гордость за друга, а не обиду за брата.
– Темиру вчера достался Зорк, - улыбнулся отец.
– Ты сам знаешь крутой нрав этого жеребца, а мальчик все равно справился. Ты же не смог обойти его на прямом участке дороги.
– Я плохо себя чувствовал, - все так же хмуро сказал Люк.
– Ну-ну, - лукаво ответил мистер Лонгфорд и встал из-за стола. – Вот и посмотрим.
Тесс полузакрытыми глазами посмотрела на отца, шагающего к выходу.
– Да, и еще, - сказал мистер Лонгфорд и снова повернулся к детям, - Тесс, мне не нравится твой вид. Пойди-ка приляг.
Она покраснела и кивнула. Люк тоже встал и вышел. Девочка осталась одна. Больше всего на свете ей сейчас хотелось положить голову на стол и уснуть. Она была уже близка к этому, но няня появилась как всегда вовремя.
– Мисс, - взволнованно воскликнула Ерта, - что с вами?
Тесс резко выпрямилась, встала и попыталась разгладить юбку.
– Ничего, нянюшка, - она постаралась вложить в эти слова максимум энтузиазма. – Ты случайно не знаешь, где Темир?
– Он в конюшне. С самого утра. Даже завтракать толком не стал.
Тесс обняла и поцеловала женщину в пухлую щеку:.
– Хорошая моя, замечательная нянюшка, а ты можешь приготовить мне еще кружечку чая с корицей и вишней?
Ерта улыбнулась, разгадав неумелую лесть воспитанницы, и отправилась на кухню, прекрасно понимая, кому на самом деле достанется напиток. Минут через десять девочка выскользнула из дома, сжимая в руках горячую чашку с чаем. Друг действительно был в конюшне. Он выглядел бодрым и веселым, как будто проспал всю ночь без задних ног. Когда Тесс зашла, Темир гладил толстую мускулистую шею Зорка. Мальчик резко обернулся и дружелюбно махнул ей.
– Привет, - полушепотом проговорила Тесс и протянула ему напиток.
– Привет, - озадаченно ответил он и удивленно посмотрел на чашку. – Что это?
– Это чай. Тебе, - Тесс почувствовала себя очень глупо и продолжила уже совсем тихо: – Няня сказала, что ты не завтракал. Так попей чаю.
Темир широко улыбнулся и взял чашку.
– Вы принесли мне волшебный эликсир, фея?
Тесс закатила глаза и подыграла:
– Чтобы тебе было легче сразиться с драконом
Темир сделал глоток, и его глаза расширились от восторга.