Мой вечный Адам
Шрифт:
– Темир, ты здесь?
– Да, - его голос был тихим.
Тесс осторожно вошла, прикрыла дверь и посмотрела на друга. Он неподвижно лежал на животе, молчал. Девочка медленно подошла, присела на кровать, прикоснулась к его ладони. Невидимые следы от побоев, которые только что пришлось пережить, нещадно засаднили. Тесс судорожно вдохнула.
– Зря пришла. Я справлюсь, - прошептал он.
Она в ответ покачала головой, закусила губу и обеими руками сжала его ладонь. Ей стало больнее, а ему - легче. Темир виновато отвел взгляд в сторону.
– Они тебя высекли?
– сквозь зубы пробормотала подруга.
Мальчик не ответил. Тесс сглотнула, чтобы не расплакаться. Этого Темир уж точно не пропустит и поднимет на смех.
– Я был виноват, - сказал он, вытягивая руку и разрывая связь.
Боль в спине тут же отступила. Тесс сделала глубокий вздох и серьезно спросила:
– Но мы все делим пополам. Разве ты забыл?
Он улыбнулся.
– Ты так говоришь, будто кто-то умер. Меня всего лишь высекли, и я не нуждаюсь в помощи малышки в ночном чепце.
Тесс растерялась. Темир не хотел принимать от нее помощь, но девочка видела его страдания и более того – испытала на своей шкуре. Уйти сейчас означало бы бросить друга наедине с болью.
– Я сейчас, - прошептала она и выскользнула в коридор прежде, чем Темир взялся отговаривать ее. Приподняв подол длинной ночной рубашки, в которой можно было обернуться дважды, она бесшумно сбежала с лестницы и очутилась на кухне. Тесс знала, что в одном из многочисленных шкафов Ерта хранила лечебные травы. Только вот в каком?.. Девочка распахнула окно, чтобы луна осветила хотя бы часть кухни, подставила стул и принялась по очереди копаться в старинных деревянных шкафах, пропахших пряными травами и свежими овощами. Веточки укропа, сельдерея и петрушки полетели на пол, а за ними и половина утвари. Перевернув кухню вверх дном, Тесси все-таки нашла то, что искала, и собралась было бежать обратно, но в дверях неожиданно показалась долговязая фигура друга.
– И как ты только выживала раньше, - покачал головой Темир. Скрипнув зубами, девочка соскочила со стула.
– А ты-то что здесь делаешь?
– Помочь тебе пришел, что же еще, - он поднял с пола поварешку.
– А то завтра на моем месте окажешься ты.
– Вот еще, - проворчала девочка, но последовала его примеру. Вместе они подобрали почти всю кухонную утварь и без разбора разложили по шкафам. Вот уж мисс Стенли удивится. Сегодня «дракону» досталось по полной программе, еще и на завтра перепало.
Темир помогал молча, хотя Тесс и чувствовала, что его спина горела огнем. Закончив приборку, вопреки уговорам мальчика она взяла его руку, крепко стиснула зубы, и они помчались на второй этаж.
– Так, - со знанием дела сказала Тесс, и Темир поморщился. Если мальчишки и любили сражаться с драконами и всякими прочими монстрами, то девчонки, по его глубокому убеждению, просто обожали лечить всех подряд. Он не ошибся. Тесс взялась за дело серьезно и обстоятельно. Она часто ходила гулять с Ертой, и няня кое-чему ее научила. Залив кипятком листья шиповника и полыни, девочка смочила в полученном отваре мягкий кусочек ткани и осторожно протерла раны друга. Хорошо, что Темир лежал на животе и не видел беззвучных слез Тесси. Жалости он не выносил. Крепко стиснув зубы, мальчик терпел боль. Закончив процедуру, девочка промокнула рубцы полотенцем и приложила листья подорожника. Темир повернулся на бок и грустно улыбнулся.
– Спасибо.
Тесси чмокнула его в щечку.
– Выздоравливай. Мне пора.
***
После печального происшествия в гостиной Тесс и Темиру было отказано в коротких вечерних беседах у камина. Элизабет отослала мальчика в конюшню, поручила работу с лошадьми. Тщательно проследила, чтобы приемыш был загружен с раннего утра до позднего вечера. Питаться приказала с прислугой на кухне - конечно, за исключением дней, когда приемный отец был дома. О, это был настоящий фарс - когда Темир вдруг оказывался за хозяйским столом после нескольких месяцев жизни в статусе слуги. Он по-прежнему держался, как наследник королевского престола. Элизабет нервничала, сводные братья наблюдали за комедией, Тесс страдала. А Норман не замечал. Совершенно не замечал, погруженный в размышления о делах - все шло не слишком хорошо. Тесс как-то даже рассказала отцу настоящее положение дел, но он не поверил…
Девочка не могла спокойно смотреть на то, как Темир, одаренный и талантливый юноша, занимался грязной работой в саду и целыми днями ухаживал за лошадьми. Он мыл их, кормил, убирал конюшню и разбрасывал навоз по клумбам. Темир был сильным и хорошо справлялся. Лошади любили его, даже самые ретивые. Но это вряд ли могло оправдать совершенно заброшенное образование. Времени на уроки не оставалось. Чего и добивалась Элизабет. Тяжелый физический труд должен был ожесточить мальчика, сделать его грубым и невежественным. И план работал - в последнее свое пребывание в поместье мистер Лонгфорд хорошенько отругал Темира за отсутствие знаний по изучаемым предметам. Даже Люк сумел решить несколько примеров, которые не осилил сводный брат. В одном мальчик был по-прежнему хорош – в верховой езде. С этим Элизабет ничего не могла поделать. Талант наездника был у Темира в крови - сказывались арабские корни.
Тогда Тесс договорилась с няней, и Ерта разрешила ей время обеденного сна тайком проводить с Темиром. Девочка пересказывала ему все, что на уроке говорили преподаватели, показывала записи и свежие газеты. Еще она выкрала из ученической учебники, которые отец купил Темиру в Лондоне, и передала другу. Так что теперь он мог вечерами читать их. Случалось, что мальчик проводил целые ночи, разбирая чертежи и формулы, и ложился засветло. Но дело, наконец, пошло на лад.
А после импровизированного урока друзья вели лошадей к реке по протоптанной тропинке, наслаждались пением птиц и искренней беседой.
Так проходили год за годом. Когда девочке исполнилось шестнадцать, Элизабет начала подыскивать ей состоятельного жениха. Разговоры, ходившие по дому о Темире и Тесс, разумеется, даже не рассматривала. Все они как один сводились к тому, что эти двое созданы друг для друга и непременно должны пожениться. Миссис Лонгфорд была в силах помешать этому. Недалеко от Лонгфорд-Холла находилось поместье Томаса Сандерса. Его сын Эрик казался самой подходящей партией. Он старше Тесс - весной ему исполнилось тридцать. Но при этом Эрик был хорошо образован и имел в своем владении много земель.
Что же касается Темира, то Элизабет продолжала настаивать на тяжелой работе. Между тем, миссис Лонгфорд добилась лишь того, что к семнадцати годам он превратился в роскошный образец расцветающей мужской красоты. Его плечи были широкими, мышцы крепкими, а дух - закаленным. Голос погрубел и все меньше походил на мальчишеский лепет. Его суждения и политике и литературе были зрелыми и осмысленными. Элизабет даже на время потеряла дар речи, когда в последний приезд отца Темир за ужином высказался относительно предлагаемого партией тори законопроекта.
– А у меня для тебя кое-что есть, - загадочно прошептал Темир на ухо подруге, когда они в очередной раз отправились с лошадьми к источнику. Девушка никогда не могла устоять перед этим интригующим тоном. Увидев в ее глазах знакомое любопытство, Темир довольно улыбнулся. Перед тем, как раскрыть карты, ему всегда нравилось немного помучить подругу.
– Ну, и что же это?
– Ну… - Темир задумчиво посмотрел в небо.
Она прищурилась и прыгнула на него. Юноша, смеясь, увернулся.