Чтение онлайн

Когда я беру Полину на руки, она съёживается, но не протестует.

— Я не хочу разговаривать, — обиженно проговаривает, не смотря на меня.

— Ты можешь не разговаривать со мной у меня на руках. Тебе не нужно уходить, если я веду себя, как кретин.

— Пожалуйста, я хочу побыть одна.

— Ты можешь побыть одна у меня на руках.

Мы можем продолжать так до бесконечности. Она это понимает и замолкает, пока я держу её.

— Я принесу ужин сюда.

— Я не голодна.

Уверен, что она голодна, учитывая, что я накинулся на неё сразу же, только она вернулась с учёбы.

— Не устраивай голодовку, только потому, что я скотина.

— Я правда не голодна. Я хочу немного порисовать. Не на заказ, если тебе это важно.

— Будешь рисовать на моих руках, — хриплю ей на ухо, отчего она едва заметно дёргается.

— Нет.

— Это не вопрос, принцесса. Разве ты слышала вопросительную интонацию в моих словах?

— Тогда я ничего не буду делать.

— На моих руках.

— И ты будешь так стоять весь вечер?

— Весь вечер, принцесса. Я могу часами просто наблюдать за тобой. Это для меня лучшее занятие.

— Хорошо, тогда стой.

Возможно, она думает, что может проучить меня таким образом — но я готов простоять всю ночь с ней на руках, не сомкнув глаз. И это будет для меня грёбанной мечтой, потому что не ничего больше не нужно. Несмотря на бушующую в ней смелость, красный оттенок не предаёт и проявляется на её лице.

— В туалет мне тоже стоит ходить на твоих руках? — через какой-то время спрашивает она, когда понимает, что я выполняю то, о чём говорил. Её вопрос заставляет меня рассмеяться, представляя данную картинку.

— Я был бы не против, милая.

Она морщится, вызывая во мне ещё больше смеха. Моё желание снова пометить каждый дюйм её тела возрастает с каждой секундой, но вибрация моего телефона приводит меня в чувства.

— Клянусь, я перережу тебе глотку, если ты звонишь не по важному делу, — сообщаю я своему помощнику, которому сам звонил сегодня в четыре утра, чтобы он удовлетворил мою паранойью.

— Дело важное. Я бы вас не тревожил. Это касается сегодняшних документов и последнего новостроя.

— Хорошо, одну минуту.

Я наклоняюсь к Полине, наблюдающей всё это время за мной, и оставляю лёгкий поцелуй на её губах. И вновь она не сопротивляется, но и никак не отвечает на это.

— Прости, любимая.

— Ничего, я как раз побуду одна, — издевательски произносит она, провоцируя меня на то, чтобы я разбил свой телефон к чертям собачьим и вернулся к тому, с чего мы начали.

— Ненадолго.

Зайдя в свой кабинет, какое-то время я занимаюсь поиском документов, чтобы сверить все цифры. Потом перезваниваю по другим вопросам всем ведущим специалистам. В совокупности всё занимает больше чуть больше часа. И когда я возвращаюсь в студию, вижу, что Полина спит на кресле с планшетом на груди. Меня наполняет ощущение, что она специально постаралась заснуть, чтобы проучить меня.

Я убираю планшет с её груди и случайным образом нажимаю на кнопку. Он включается, и перед тем, как заблокировать его, я вижу своё лицо.

Она рисовала меня.

Моя грудь вздымается с необъятной скоростью.

Она нарисовала меня так, словно я смотрю в зеркало. Без улыбки, с лёгкой щетиной, с хмурым взглядом и самое главное… С рогами. С красными дьявольскими рогами.

Думаю, она нарисовала меня раньше, а сегодня закончился рисунок, приделав мне последний элемент. Это вызывает дикую улыбку на моём лице.

Ещё пару минут я смотрю на своё лицо в планшете, а потом блокирую его и отношу сопящую Полину в нашу спальню. Обычно она не ложится так рано, но сегодня, скорее всего, она слишком перенервничала из-за того, что я повёл себя как ублюдок.

Завтра мне нужно будет порадовать мою девочку, потому что слёзы на её глазах из-за меня — это показатель моей ничтожности.

***

Кажется, мои ублюдские действия имели больше последствий, чем я думал. Потому что её охранник позвонил и сообщил, что она попросила отвезти её к отцу. И сказала, чтобы он уезжал, потому что я заберу её.

Конечно же я заберу её, даже несмотря на то, что она пишет мне сообщение, что до утра останется у папы.

Потому что он попросил.

Моя девочка считает, что может проучить меня, спрятавшись у своего отца. Так наивно с её стороны думать, что я обойдусь без неё этой ночью.

Доделывая все дела по списку, я собираюсь поехать к ней и своему будущему тестю. Мы с ним очень редко видимся. Это нужно исправить.

Чёрный циферблат моих Rolex показывает почти девятого. Мне пришлось разгребать дела на работе в ускоренном режиме до последнего и заехать в магазин, прежде чем явиться сюда. В очередной раз я могу открыть дверь своим ключом, но всё-таки что-то останавливает меня и я нажимаю на звонок один раз.

Я не предупреждал Полину о своём приезде сегодня, но мне кажется, это должно быть очевидно.

В буквальном смысле я не смогу прожить без неё ночь. Лучше облить себя бензином и поджечь — но это будет не так мучительно, как несколько лишних часов без неё.

Дверь открывается и перед собой я вижу её, своего ангела, в той же одежде, которой она уезжала универ. Белая блузка с пышными рукавами и короткая чёрная юбка, которую мне прямо сейчас хочется задрать, чтобы отшлёпать её наглую задницу.

— Стас? — вопросительным тоном выдавливает из себя она, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. Уже вполне привычный для меня румянец заливает её лицо.

— Ты решила от меня спрятаться?

Оценивая пространство вокруг неё, замечаю лежащие сзади сапоги на невысоком каблуке.

Опустив на пол пакет со специально купленными продуктами, я делаю шаг вперёд, тем самым нарушая её личное пространство. Хоть и красная, но она смотрит на меня, запрокинув голову и не отводя взгляда. Мои руки скользят по её осиной талии, притягивая её хоупкое тельце ближе.