Чтение онлайн

На одной из ступенек достаю книжку из сумки, но каким-то образом слегка подворачиваю ногу из-за каблука и спотыкаюсь. Хорошо, что не падаю сама, только на самой нижней ступеньке теперь валяется моя книга. Собираясь спуститься за ней, я наблюдаю за тем, как идущий мне навстречу парень поднимает её с пола.

— Ревность. Как с ней жить и сберечь отношения. Роберт Лихи, — вальяжно читает он, ухмыляясь и свободной рукой проводя по своим коротким каштановым волосам. Его цвет волос немного схож с моим, только на оттенок светлее. — Ты ревнивая? — спрашивает он, делая несколько медленных шагов наверх, ко мне.

— Нет, не я.

— Значит, твой парень?

— Парень… — сипло повторяю я, откашливаюсь. Стас был парнем лет восемь назад, если не больше. Хотя я не могу утверждать. Уверена, даже в свои двадцать он выглядел не как обычный парень, а так мужественно, как это только возможно. — Да, парень.

— И что, это настолько тяжёлый случай, что нужно дополнительно читать литературу?

— Это настолько тяжёлый случай, что ему может не понравиться, что я долго читаю книгу и он может её сжечь, потому что я уделяю ей слишком много внимания.

Прыснув от смеха, он доходит до меня и останавливается на две ступеньки ниже — и даже при этом и с моим небольшим каблуком он возвышается, смотря на мою макушку сверху вниз. Он достаточно высокий, я привыкла к тому, что большая часть парней выше меня, даже если их рост средний и я на каблуках.

— Забавно, — он протягивает мне книгу, которую я забираю, после того как он её отпускает.

— Ты с политологии?

— Социология.

— Первый курс?

— Да, а ты? — спрашиваю я, но скорее из вежливости.

— Я на магистратуре, коротышка.

Меня подергивает от прозвища, которым он меня называет, но я только отвожу взгляд.

Если он магистр, то старше меня на пару лет. Если где-то в районе двадцати одного или двадцати двух. Он первым прерывает образовавшуюся между нами недолгую паузу, тыкая в мою книгу:

— Мне кажется, тебе нужно бежать от такого ревнивца. Ты слишком прекрасна, чтобы кто-то прятал тебя и ограничивал твою свободу.

— Я не говорила, что он прячет меня или ограничивает мою свободу. — Хотя не могу не согласиться с тем, что ему хочется. — Но спасибо за совет.

— Как насчёт ещё одного совета? Например, пойти на этих выходных свидание с адекватным парнем, который не будет донимать тебя настолько, что придётся читать такую литературу.

Немного опешив, я позволяю себе ненадолго задержать взгляд на нём. Тёмно-зелёные глаза в обрамлении густых тёмных ресниц точно так же рассматривают меня, только с большим напором. Он симпатичный, высокий, у него приятный голос. И мне льстит, что кто-то вроде него обратил на меня внимания, даже с учётом того, что я сказала о своём молодом человеке. Но это всё, максимум, что я могу почувствовать. Мне не нужны тёмно-зелёные глаза. Мне нужны тёмно-карие, жёсткие и жестокие, дикие, одержимые и те, что смотрят на меня с самой неподдельной лаской, которую только может предложить такой мужчина.

Мой мужчина.

— Прости, на этих выходных я не могу.

— Дай угадаю, твой парень держит тебя в заточении?

— Почти, просто я выхожу замуж за этого ревнивца, от которого должна сбежать.

На самом деле, я выхожу замуж не на этих выходных, хотя будь воля Стаса — мы бы уже поженились. И если я скажу ему, что не хочу никаких излишеств и кучи незнакомых мне гостей, то это случится на следующий же день.

Обходя его стороной, я делаю несколько шагов вниз.

— Пока, — прощаюсь я.

— Я могу тебя отбить у твоего супер-ревнивого-парня.

— Не нужно.

— Теперь я ещё больше хочу это сделать, — я улыбаюсь про себя, не останавливаясь. — Запретный плод сладок.

— Лучше не подходи к запретному плоду, — в шутку прошу я, но при этом звучит почему-то твёрдо. Говорю я это точно не для удовлетворения моего внутреннего эго, а потому что у меня нет желания проверять, что будет.

Что будет, если этот магистр захочет отбить меня у Стаса? И будет ли существовать этот магистр потом? Даже думать об этом не хочу, вспоминания, что мой преподаватель уволился лишь из-за того, что мой мужчина увидел, как он поправляет мне шарф.

Возможно, это было непрофессионально с его стороны. Возможно, я не знала его намерений, но это ведь ненормально и глупо оправдывать Стаса в его безумии.

Да, я принимаю его безумие, но не оправдываю, это разные вещи.

Он может убить.

Боже, я уверена, что он может убить и сделать так, что никто никогда и ничего не узнает. И осознание того, что я принимаю это и пытаются с этим бороться и как-то извлечить, пугает.

— Говоря не подходить к запретному плоду, ты ещё больше разжигаешь интерес, — кричит он, но я продолжаю спускаться ниже, пока полностью не пропаду из его виду.

У меня нет никакого интереса.

Следующие полчаса мой водитель везёт меня к моему настоящему интересу, в его здание, в его офис, в который я поднимаюсь на лифте. Звонкий стук моих каблуков заглушает множество звуков. Оддёргивая юбку, я подхожу к секретарше, повёрнутой ко мне вполоборота. Хочу спросить, нет ли у Стаса кого-то в кабинете, прежде чем зайти. Но она не замечает меня и продолжает говорить по телефону.

Прислушавшись, я понимаю, что очень вовремя подошла — потому что являюсь предметом её разговора.

— Охренеть просто. Мне кажется, если я вывалю сиськи ему на стол, он проигнорирует это. Я и так уже хожу по этому офису чуть ли не голая.

Действительно, одежды на ней слишком мало.

За всю свою жизнь в роли оборванки, девочки из неблагополучной семьи, дочери алкоголички я не получала столько внимания, сколько получаю сейчас.

— Своей первой жене он изменял налево и направо, а с этой будто и других не видит. Не знаю, к какой бабке она сходила, чтобы приворожить его. Вообще не понимаю, что как он мог обратить на неё внимания и что вообще в ней находит. Наш курьер вообще считает её очень красивой.

Мне больше не хочется слушать грязные подробности его личной жизни с бывшей женой.

— Я могу дать тебе контакты, — встреваю в разговор, наблюдая, как она поворачивается ко мне и что-то неразборчиво бубнит в телефон о том, что она занята и перезвонит позже.

— Что?

— Я могу дать тебе контакты для хорошего приворота, — повторяю я.

— Спасибо, я обойдусь.

Она выше меня где-то на голову. Роскошный густые волосы собраны в хвост, позваляя глубокому вырезу декольте на её блузке бросаться в глаза. Каждый раз, когда я появляюсь здесь, у неё такое лицо, будто она хочет меня убить.