Моя ревность тебя погубит
Шрифт:
— Что ты о нём читала? — как можно спокойнее спрашиваю я.
— Ничего, просто то, что он твой основной партнёр.
В последний раз я видел Амира лично чуть больше года назад, но несмотря на это я всё равно хочу разорвать его в клочья лишь из-за того, что она интересовалась им.
— Вообще я читала о тебе, а о нём просто было упоминание, — добавляет она, что нисколько не меняет дело. Потому что чужое мужское имя на её устах звучит как моя грёбанная смерть.
— Значит, ты читала обо мне.
— Да, — маняще дразнит она. — Хотела узнать больше о тебе. И ещё я хотела спросить, — теперь её голос стал тише. Она выглядит так, словно собирается с духом, чтобы задать свой вопрос. — Мы не пригласим твоих родителей? Я… Я всё ещё не знакома с ними и ты никогда ничего не рассказывал о них… Прости, может, я не должна спрашивать…
— Всё в порядке, Полина. Моих родителей не будет на нашей свадьбе, — я успокаивающе целую её в макушку. — Моя мать умерла, когда я был ещё ребёнком, а отец, — я останавливаюсь на каких-то пару секунд, рисуя в голове образ человека, который меня вырастил и который показал мне настоящую жестокость. — Я не виделся с ним много лет и не знаю, жив ли он вообще. Но в любом случае я никогда не дам этому человек приблизится к тебе.
— У вас плохие отношения, да?
У нас были плохие отношения, когда он заставлял меня ещё ребёнком забирать его закладки с наркотиками и выбивал из меня дурь, когда напьётся.
Сейчас нас ничего не связывает, кроме генов и фамилии. В последний раз, когда я видел его, он распластался у меня в ногах, потому что я забил его почти до смерти.
— Можно и так сказать.
— Стас, мне жаль.
— Тебе не нужно жалеть об этом. Благодаря этому я стал тем, кем сейчас являюсь. Благодаря этому у меня появилась ты.
Обхватив её талию, я приподнимаю её над диваном и усаживаю на его спинку к себе лицом. Она обнимает меня в ответ, зарываясь руками в моих волосах и прижимаясь своим телом к моему.
— Мы можем поехать завтра к папе? Я хотела, чтобы мы вместе отдали ему приглашение.
— Конечно, малыш. Я лично вручу это приглашение своему тестю в руки.
— Только не дай своему тестю напиться, как в прошлый раз, — улыбается она, и я беру её на руки таким образом, что наши тела соприкасаются. — Куда ты меня несёшь?
— Ты знаешь, принцесса. В спальню.
Пока я иду, она обвивает ногами мою талию.
— Значит, я вернусь к приглашениям часа через два.
— Думаю, часа через три, — поправляю я её, понимая, что даже трёх дней, проведенных с ней в одной постели, мне будет мало.
***
Ребята, скоро книжка будет завершена! Но перед окончанием будет ещё пару интересных сцен! Я слишком привязалась к этой работе, поэтому придумала очень милую штуку для читалей, расскажу об этом в тг, но скорее всего после окончания книги, это будет розыгрыш, но вы офигеете, чего именно?? ТГ: lazarrevskaya (или ссылка у меня в описании профиля на ваттпаде), очень надеюсь, что у меня всё получится с этой идеей.
35. Готова ли я бороться?
Стас никогда не показывал неприязни по отношению к папе. И более того, он делал всё для того, чтобы ему было комфортно жить, будучи прикованным к инвалидному креслу. Но с самой первой их встречи я не могла почувствовать, что они принимают друг друга. Папа открыто говорил, что его беспокоит моя связь с этим мужчиной, что он может сделать мне больно, даже глазом не моргнув. А Стас в свою очередь… Он не показывал свою неприязнь открыто, но всё же я чувствовала с его стороны презрение.
Иногда презрение. Иногда раздражение. Иногда гнев.
Я не хотела признаваться самой себе и делала вид, что это всё просто у меня в голове. Возможно, что так оно и есть, просто я чувствовала конфронтацию между ними.
Но прямо сейчас, когда папа раскрывает бордовый конверт, когда его трясущаяся рука держит приглашение на нашу свадьбу, а глаза быстро пробегаются по строчкам в нём, я вижу счастье на его лице. Вторую руку он сжимает в кулак и подносит ко рту, сдерживая улыбку.
На лбу собираются морщинки, когда его брови взлетают вверх. На несколько небольших шагов я отхожу от Стаса, который всё это время стоит позади и гладит меня по спине.
— Пап? — шепчу я, подойдя ближе и обхватывая его свободную руку своими. — Мне кажется, ты уже прочитал.
— Да, д-доченька, прочитал.
— И что скажешь? — спрашиваю я с нервной улыбкой, перекачиваясь с ноги на ногу.
— Скажу, ч-что безумно с-счастлив за вас и буду о-очень рад, побывать на вашей с-свадьбе.
Почему-то после его слов я никак не могу осмелиться, чтобы посмотреть в его глаза — мне не хочется разрешается при папе и Стасе, но я в шаге от этого. Наверное, я могла ожидать, что он это скажет, но не могла подумать, что это так на меня подействует. Нижняя губа начинает дрожать, пока я глажу папину руку и смотрю куда-то в пол. И неожиданно я чувствую, как крепкая рука обхватывает меня за горло.
Странно, как могут его обыкновенные прикосновения так сильно успокаивать меня? В любой ситуации, я забуду обо всём плохом, если его мощные руки гладят мои волосы, плечи или любую другую часть тела.
Стас оставляет лёгкий поцелуй на моей макушке, отчего я окончательно успокаиваюсь.
— З-значит, мы с тобой повязаны надолго, з-зять, — папа бросает на Стаса странный взгляд, который я не видела слишком долго. Этот взгляд неприкрытой радости и чего-то такого юношеского, ребяческого. В горле встаёт комок, а на глазах снова наворачиваются слёзы, но я сдерживаю себя, сосредотачиваясь на его руке.
— Я говорил, что ты больше не увидишь никакого другого зятя, кроме меня.
Я издаю смешок от их общения и отхожу немного, чтобы поставить чайник и сделать что-то перекусить.
— Мы ведь останемся ненадолго? — интересуюсь я у Стаса, наблюдая за тем, как он садится за стол.
— Конечно, принцесса.
Папа тоже разворачивается на своём кресле и останавливается на свободном месте, сделанным специально под него.
Люблю эту кухню, очень сильно — она большая, но при этом уютная, выполненная в светлых тонах и современном стиле. Когда мы переехали сюда, я была в восторге, но всё равно не могла принять это место полностью.
Потому что дело было не в месте. Дело было в моей маме, которая готова была выть от ненависти ко мне.
Вместе с ней даже самое райское место на земле сгорит от адского пламени ненависти.
И вот её нет в моей жизни.
Здесь сейчас сидит мой папа и мой жених. Они общаются о ситуации на рынке недвижимости, о которой я ничего не понимаю. И я счастлива, я очень счастлива, что они со мной, а её больше нет.
Насыпав чая в заварник, я заливаю его кипятком и достаю кружки из шкафчика. Из процесса и мыслей меня вытягивает звонок мобильный звонок. Развернувшись, я наблюдаю за тем, как Стас достаёт телефон из кармана чёрных брюк и, хмурясь, отвечает на звонок.