Чтение онлайн

— О, ради всего святого, Гавриэль! — Голос Магнуса стал приглушенным. — Да, это именно он. Да, он один из основателей. Не знаю, почему он не указан в твоей литературе, выясни это и исправь до завтра. О, ради всего святого, женщина, перестань рыдать и возьми отгул на остаток дня. — Гавриэль услышал щелчок, тишину, а секундой позже Магнус вернулся и говорил чётче, чем раньше. — Так, я перевёл тебя на свою личную линию. Тебе стоит относиться к моей Бетти лучше, чем к секретарше, — прорычал Магнус.

— Не надо. Магнус, просто не начинай. Позже. Позже сколько угодно можешь меня ругать, только не сейчас. — Гавриэль поднял руку и упёрся в неё лбом. Как он должен обеспечивать безопасность Бет, когда сам едва мог функционировать?

— Чёрт возьми, Гавриэль, извини. Насколько всё плохо? Не стану сотрясать воздух, спрашивая, какой это переход для тебя, поскольку знаю, что ты не ответишь, но знай, теперь ты — семья. Я бы никогда не сделал ничего, что причинило бы боль моей Бетти. Ты не без причины держишь возраст в секрете. Если это важно для тебя, то теперь это важно и для меня. — Голос Магнуса звучал искренне.

Гавриэль закрыл глаза и откинулся на спинку.

— Я сбился со счета. Но этот случай — худший из всех. Я не могу насытиться кровью, голод… он всегда со мной. Он проходит хоть и ненадолго, лишь после того, как я кормлюсь от Бет. Не уверен, имеет ли значение, что она — моя пара.

— Если всё так плохо, твоё тело готовится к значительному увеличению силы. Ещё даже не декабрь, Гавриэль, сколько тебе осталось? Большинство апогеев случаются во время Долгой ночи.

— Скоро должен начаться апекс. Я мало что помню о своём детстве, но мама говорила, что я особенный, потому что родился рано, думаю, скоро у меня день рождения.

— Ты даже не помнишь дату рождения? — тихо спросил Магнус.

— Я забыл больше, чем помнит вся наша раса. — Гавриэль открыл глаза; откинувшись сильнее в кресле, и уставился в совершенно белый потолок.

— Клянусь Первой кровью, ты серьёзно? — прошептал Магнус.

— Боюсь, да. Скажем так, я очень много могу исправить в наших учебниках истории, — сказал он, надеясь, что Магнус прочитает между строк о его возрасте.

Он услышал шорох бумаг и клацанье клавиш.

— Я пишу объявление для наших людей насчёт того, что вы с Бет пара. А ещё объясню, что если не найду себе пару и не произведу наследника, назначу Бет наследницей моего дома, а тебя — наследником места в совете. Люди здесь, в Ноктем-Фоллс, знают и уважают Бет, несмотря на то, что она перевёртыш. Они прислушаются к ней, если со мной что-то случится. — Он помолчал, а затем заговорил тише: — Я говорил с Бет, что-то надвигается, и я хочу, чтобы наши дома были объединены и неприступны до того, как эта неизвестная угроза обрушится на нас. Мы можем избежать угроз, если врагу придётся атаковать два дома — Амбросиос и Риу, — сказал Магнус.

Гавриэль услышал ещё шорох бумаг.

— Ты не обязан этого делать, времени найти свою вторую половинку ещё много. Ты не такой старый, Магнус.

Магнус рассмеялся.

— Боги, теперь я чувствую себя молодым, а это о многом говорит, мой друг. Посмотри на это с другой стороны, наш враг может назначить мне охрану, чтобы избежать необходимости иметь дело с тобой.

Гавриэль улыбнулся.

— Вероятно, это, по крайней мере, наполовину правда.

— Ты же не для этого звонишь? — спросил Магнус.

— Нет, на самом деле я позвонил, чтобы узнать номер телефона Бродерика Монро.

— Отправлю тебе его информацию по электронной почте. Ты уверен, что с Бет всё в порядке?

— Она скатилась с лестницы, и я чуть не проглотил свой язык. Я надеялся, что Бродерик сможет дать представление о том, как она дожила с ним до совершеннолетия в целости и сохранности. — Телефон Гавриэля звякнул, когда поступила контактная информация.

Магнус начал хихикать.

— Ни Бродерик, ни Бет не знают, но Каспиан пришёл ко мне сразу после того, как сошёлся с отцом Бет. В то время ей было около года; тогда он потерял сон. Каждый раз, когда он отворачивался, она оказывалась в какой-нибудь новой опасной для жизни ситуации. Но больше всего пугало, что она не плакала и не пыталась звать на помощь. Однажды я нашёл её хромающей по дворцовому коридору со сломанной рукой. Бедный Кас был на грани срыва. С двухлетнего возраста и до тридцати к ней почти круглосуточно были приставлены целительница-ведьма и вампир. К тридцатилетию она знала, что нужно найти кого-то или позвать на помощь, когда больно. Я не скажу, сколько мне пришлось заплатить за выходное пособие для её охраны, но сумма должна покрыть лечение от ПТСР бедняги. — Магнус снова усмехнулся, и Гавриэль приложил руку к животу, он чувствовал, что его сейчас стошнит. — Тем не менее, несмотря на неестественное невезение, у меня никогда не было более преданной помощницы. Ушло много лет, чтобы найти замену после того, как она решила покинуть дом и посмотреть, как живут люди. Никто не был даже вполовину компетентен, как она. Не думаю, что ты отказался бы от роли воина подразделения, чтобы вернуться в Ноктем-Фоллс? Бет могла бы вернуться, чтобы руководить делами вместо меня, а ты мог бы убедиться, что наши люди не забудут, как ты выглядишь, — подлизывался Магнус.

— Боюсь, нет. Я нужен здесь; тебе придётся продолжать заменять секретарей, — поддразнил Гавриэль.

— Чёрт. Держи меня в курсе происходящего. Обходи Рене и звони мне напрямую, — проинструктировал Магнус.

— Но убедись, что секретарь знает, соединять ли меня, — кисло сказал Гавриэль.

— Ха! Передавай привет Бет.

— Передам. Спасибо, Магнус.

— Не стоит.

Гавриэль повесил трубку, чувствуя себя измотанным. Зная Магнуса, его пара выросла с высочайшим уровнем защиты, который только можно получить за деньги, но она продолжала умудряться регулярно причинять себе вред. Может, она проклята? Как Магнус сказал? Неестественное невезение? Покачав головой, он набрал номер Бродерика Монро.

Бродерик ответил на втором гудке.

— Алло, кто это?

— Здравствуйте, сэр, это Гавриэль Амбросиос.

Он услышал смешок.

— Так и думал, что ты позвонишь.

На заднем плане Гавриэль услышал второй мужской голос, который спросил:

— Это он?

— Да, Каспиан, это пара Бет. Гавриэль, я переключаю тебя на громкую связь. — После короткой паузы он услышал, как Бродерик снова заговорил. — Хорошо, мы оба здесь. Как Бет поранилась? — спросил он.

— Упала с лестницы.

— Ах. Да, она плохо ладит с лестницами или ковриками. По сути, всё, что может представлять опасность — катастрофа, ожидающая своего часа, — сказал Бродерик.

— Плоские поверхности — лучше всего, но не гарантия, — услышал он голос Каспиана.

— Она не захочет, но заставь её носить ожерелье «Тревога». Нужно изменить его так, чтобы, если ожерелье активируется, сигнал придёт тебе и местным друзьям, а не к нам. Она абсолютно ненавидит амулет, но он не раз спасал ей жизнь, — сказал Бродерик.

— Мы подарили его на шестнадцатый день рождения, в него было вложено много магии фейри, — объяснил Каспиан.

— Как вам удалось не сойти с ума от беспокойства? — выдохнул Гавриэль.

Он услышал смех мужчин.

— До сих пор сходим, — ответил Каспиан.

— Прошло так много ночей, когда мы просто лежали в постели, смотрели в потолок и молились всем, кто слушал, чтобы она пережила нас. Мы были благодарны за каждый вечер, когда она ложилась спать, пережив ещё один день. Годы, которые она прожила среди людей, были худшими. — Голос Бродерика дрогнул.

— Теперь она в безопасности, любимый, — пробормотал Каспиан.

— Так ли это на самом деле? Гавриэль, она сказала, что ты проходишь переход, что в Ликонии тебя преследует враг, который даже угрожал паре командира подразделения МакКинзи, и вдобавок ко всему, моя драгоценная крошка относится к тому типу, кто даже не может проверить почту, не получив сотрясения мозга. Она там в безопасности, несмотря на все опасности, и с тобой? — спросил Бродерик.

Гавриэль поднёс телефон к другому уху.