Чтение онлайн

– Что это было?
– Наконец подает голос девушка, открывает глаза и с удивлением смотрит на меня

– Бальмонт.
– Отвечаю просто, словно ничего особенного не произошло и поднимаю бокал приглашая её выпить.

– Это было так красиво, спасибо.
– Она тоже берет бокал.

– Спасибо?
– Я богато отхлебываю виски.
– За что?

– Это было так красиво.

– Нет, девочка моя, это тебе спасибо, - она бросает на меня удивленный взгляд, - да-да-да, тебе спасибо. Я смотрел на тебя и все внутри пело, ты прекрасна, а включил музыку и читал Бальмонта я для себя, усилить ощущение от созерцания твоего юного, прекрасно тела освещенного серебряным светом луны и неверными огоньками свечей. Закрытые глаза и мечтательная полуулыбка, ты даже не представляешь как приятно просто любоваться тобой, мечтать о тебе лаская взгляд о небрежную прическу из который игриво вывалился локон и так озорно лежит на твоей бархатной, украшенной шаловливой ямочкой щечке. Твоими...

– Хватит.
– Выдыхает она и трясет головой.
– Ты умеешь обольщать девушек.

– Глупенькая, - улыбаюсь в ответ и залпом допиваю виски, - мне незачем тебя обольщать, мне действительно очень приятно находиться рядом и я лишь поделился с тобой.

– Пусть так.
– Кивает она, тоже залпом допивает и кривясь тянется закусить. Я смотрю на неё и думаю, как можно быть такой глупой? Они, молодежь, что, совсем книг не читают? Была бы умнее уже сообразила бы, что я с ней отыгриваю дешевый трюк: «Я тебя не хочу». Как говорил незабвенный поручик Ржевский в каком-то анекдоте: проще самому пять минут поломаться, чем полночи уговаривать. Конечно я мог бы её и так взять, без этих гримас и ужимок, но во-первых это не интересно, а во-вторых тогда она считала бы себя победительницей - не хочу. Хочу наоборот. Хочу влюбить эту наивную девочку в себя, заставить её взять меня, безудержно, неутолимо, жадно. Взять, чтоб потом еще более страстно отдаться, позволить делать с собой все, еще раз все и еще больше.

– Пусть так.
– Снова говорит она заканчивая жевать и тянется к бутылке.
– Все равно это было очень красиво и спасибо.
– Она наливает и подает мне бокал.

– Ты пытаешься меня споить?
– Шутливо спрашиваю и улыбаюсь.

– Нет.
– Серьезно отвечает она пожимая плечами.

– Жаль.
– Не менее серьезно вздыхаю я.

– Почему?
– Удивленно вскинутая бровь.

– Почему?
– Переспрашиваю и делаю хороший глоток виски, Кристина повторяет мой жест.
– Лучше скажи мне почему мужчина должен добиваться женщину а не наоборот?

– Хотя бы потому, что он мужчина.
– Рассудительно отвечает она и тянется к тарелке с сыром.

– Пыльный стереотип из времен махрового патриархата.
– Лениво отмахиваюсь от её банальности и тоже тянусь к еде.

– А почему?
– Спрашивает она втягиваясь в неизвестную ей игру. Мою игру.

– Почему?
– Сильно вытягивая гласные и раскачивая рукой с бокалом виски произношу я и поправляю свалившуюся с коленки полу халата.
– Возможно из-за того, что женщина мужскими ухаживаниями заменяет отсутствия желания.

– Глупость какая.
– Фыркает Кристина. Впрочем на этом её аргументы заканчиваются.

– Соглашусь.
– Киваю ей чуть пригубливая виски.
– Женщина, девушка, не может быть существом без желаний. Так?
– Она кивает.
– Замечательно.
– Я снова подношу бокал и чуть дотрагиваюсь губами до напитка.
– Тогда зачем? Зачем им, пардон - вам, девушкам, нужны ухаживания? Неужели вы не можете без них, подчиняясь только своим желаниям?

– Можем.
– Несогласно кивает она.
– Но так же интересней! Он вокруг тебя вьется, дарит подарки, а ты с ним флиртуешь.

– То есть все ради флирта?

– А почему нет?
– Она мило пожимает плечиками.

– Флирт - флирт.
– Усмехаюсь поудобней усаживаясь в кресле от чего пола халата снова сваливается обнажая мои волосатые ноги.
– На хуй флирт!
– Она вздрагивает от моего громкого голоса.
– Да-да-да, милая моя. На. Хуй. Флирт.
– Произношу четко разделяя слова.
– Флирт лишь проявление женского милосердия, намек для нерешительных мужчин. Несмелых и нерешительных, то есть, более грубо - неполноценных. А выбирая себе, прошу прощения, самца для спаривания, женщина априори думает о продолжении рода, соответственно выбирает более сильного самца с лучшими генами. Тебе не кажется, что «несмелый» и «нерешительный» не вяжется с «самый сильный»?

– Нуу... Вообще-то да.
– Вынуждено соглашается она с моей шитой белыми нитками логикой.

– Тогда снова вопрос: зачем нужен флирт и откуда вообще взялось это понятие?
– Смотрю на нее победителем и мило улыбаюсь.

– Я не знаю.
– Кристина пожимает плечами.
– Ну это просто интересно.

– Даю справку.
– Казенно сообщаю я, пригубливаю виски и не без удовольствия наблюдаю за снова наполняющей свой бокал девочкой.
– Была такая эпоха, которую называли «Эпохой рыцарской любви», это X - XIV века, тогда было принято чтоб рыцарь ломал себе шею добиваясь дамы сердца, а она тем временем на балконе изображала мраморную статую. Потом мужчинам надоело это непродуктивное занятие и они захотели видеть хоть намек от дамы, стоит напрягаться, или поискать другую, посговорчивей. Так появился флирт. Время шло, отважные сшибки на закованных в броню конях отошли в прошлое уступив место сопливым серенадам, а повязанные на копье в знак расположения ленточки, уступили место глубоким декольте и нарисованным мушкам.

– Ты так интересно рассказываешь!
– Восторженный блеск в наивных детских глазах. Поплыла.

– Спасибо.
– Киваю сделав самодовольное лицо и надув щеки. Смеётся.
– А теперь скажи мне, чего тут не хватает?

– Я не, я не знаю.
– Отвечает чуть заикнувшись, смешно надувает губки, пожимает плечами и вздыхает. Принимаю сигнал - пора закругляться и залпом выпиваю остаток виски.

– И флирт, и ухаживание, по сути, - проявления мужского шовинизма, в них нет места для свободной женской воли. Чтоб просто захотела и взяла - так нельзя, все надо обязательно обстряпать комедией ухаживания, чтоб не дай бог не обидеть своей смелостью и настойчивостью измельчавшее мужское племя.

– Но это же, обман?

– Обман.
– Я согласно киваю, но уточняю.
– Самообман. И женщины, поколение за поколением, привыкали жить в состоянии самообмана. Он стал их нормальным состоянием, даже необходимостью. Им нужно постоянно знать, постоянно чувствовать, что они кому-то нужны, без этого они уже не могут быть счастливыми. Просто быть счастливыми беря от жизни все, действительно все, что хочется, поглощая все её прелести большой ложкой без оглядки на шовинистическую мораль и плесневелые ценности.

– А давай еще выпьем?
– Пьяным голосом перебивает она.

– Давай.
– Подаю пустой бокал. Она разливает остаток виски наполнив большие бокалы чуть больше чем наполовину. Мы молча чокаемся, я чуть пригубливаю, она делает большой глоток и торопливо тянется к закуске.

– Но почему так?
– Чавкая большим куском мяса совсем пьяным голосом спрашивает она.

– Почему вы не хотите жить в гармони с собой и поступать отталкиваясь от своих желаний, а не их синтетической замены - мужских ухаживаний?
– Нарочно переспрашиваю стараясь сформулировать вопрос сложнее и значительней.

– Я хочу купаться.
– Вместо ответа констатирует она пьяно кивая.

– Не вижу проблемы.
– Мне кажется, что я злорадно улыбаюсь, это мне нравится и я нарочно придаю улыбке сходство с звериным оскалом. Все равно не увидит. Подхватываю Кристину на руки и быстро несу к бассейну.

Светлана.

Несмотря на очень поздний отбой проснулся рано, ровно в 9:00, словно по будильнику. Солидно потянулся похрустев суставами - отлежал, ночь на диване в гостиной, в моем возрасте - не шутки. Скинул непонятно откуда взявшийся плед и вгоняя в краску своей наготой суетящуюся уборщицу отправился в бассейн. Искупался, привел себя в порядок и натянув валявшийся возле бассейна халат потопал на кухню, завтракать.