Чтение онлайн

— В повседневной жизни я пренебрегаю обсценной лексикой. Даже презираю её по-своему… Накушался в «дворовом» прошлом «по самое не балуйся». — Калаш смерил Дыма максимально бесстрастным взглядом и, охая, наклонился за рюкзаком. — Но тебе скажу: а иди-ка ты, друг, к такой-то матери… — После чего Калаш витиевато и грязно выругался, отчего глаза Воронина мгновенно поползли на лоб. — Кто бы мне сказал, что в Зоне я стану таким матершиником? — Ухмыльнулся он. — Достал уже своими подколами, прогнозами и просто карканьем под руку. Не нравится, оставайся тут или шуруй в одиночку назад — вариантов масса. Тебе дали приказ — охранять Сёму, ну так неси его с достоинством, а не ломайся, как девочка, впервые увидевшая…

— Стоп! — Воронин встал между наёмником, глаза которого уже начали наливаться кровью от злости, и красным, как рак, Калашниковым. — Отставить.

— Ты мне не указ, генерал. — Прохрипел Дым, нагло уставившись на главу «Долга». — Не забывай об этом.

— В таком случае, ты можешь выйти из группы в любой момент, — прищурился Воронин, не спуская внимательных, карих глаз с руки Дыма, потянувшейся к винтовке. — Сам знаешь, «Закон наёмника» суров. Нарушишь контракт — Волкодав тебя на кол посадит. Дай Бог, не в буквальном смысле. Ты обязан следовать букве Кодекса до конца. И даже если твой командир — не я, ты в лепёшку расшибёшься, чтобы «закрыть» контракт. А значит, будешь мне подчиняться или останешься здесь, нарушив обещание, данное при вступлении в группировку. А мы возьмём Сему и двинемся дальше.

— Аккуратно, генерал. — Дым зашипел, как разбуженная кобра и в мгновение ока покинул насиженную груду хлама. — Так можно и пулю схлопотать. Не мешай наёмнику исполнять контракт. — Взлетев, как пружина, он молниеносным движением направил ствол на генерала, но тот даже не шелохнулся.

Петренко с Вованом мгновенно отреагировали. Один взял на мушку Дыма, другой — его напарника, тоже расчехлившего оружие. Но действовать Стэн не спешил. Он понимал, что Дым на взводе и, скорее всего, блефует.

— Спокойно, ребята, — голос наёмника осип и сорвался. — Я не хочу с вами ссориться. Перестрелка не принесёт нам пользы. — При этом Стэн не спешил опускать винтовку, выжидательно глядя на Дыма. — Не дури, опусти пушку. Наше дело — нейтралитет. Во всяком случае, сейчас.

— Девочки, не ссорьтесь, — растянул лицо в улыбке неунывающий Викинг. И хотя данный жест был опасным и опрометчивым в свете сложившейся ситуации, он встал между Ворониным и Дымом, подняв руки вверх. — Помните. Сперва — задача, счёты потом. Мы с вами — профессионалы, или где?

— Дым, если ты будешь чинить препятствия к выполнению контракта, я сам буду вынужден тебя пристрелить, — в голосе Стэна прозвучала решимость. — Либо ты берёшь себя в руки и поступаешь, как профессионал, либо окончательно расклеиваешься и остаёшься тут. А если я решусь пустить тебе в лоб пулю, то по «Закону наёмника» меня оправдают.

— Ты что, гадёныш, против «папки»-то идёшь? — Возмутился Дым, направляя винтовку на своего соратника. В то же время Шмель, осознав, что рациональный Стэн на их стороне, осторожно подобрался к его слетевшему с катушек напарнику со спины, и одним ловким движением приставил дуло пистолета прямо к затылку Дыма:

— Всё, «финита». Опускай пушку.

Наёмник нехотя бросил оружие на пол и, усмехнувшись, смерил тяжёлым взглядом раскрасневшегося Стэна:

— Доволен, «законник»?

— Ты чего на пустом месте комедии ломаешь? — Викинг поднял с пола винтовку Дыма и, поставив её на предохранитель, переместил себе за плечо. — Верну, когда все успокоятся.

— Вик, скажи, перед тем, как мне прилечь неожиданно приспичило, ты голоса никакого не слышал? Или гула в ушах… Как бы контролёр нас не запеленговал. — Калашников обеспокоенно оглядел группу. — А вы, ребята? Ничего не чувствуете? Сдаётся мне, что Дыму не кисло мозги ломает в центре Зоны.

Сталкеры лишь дружно замотали головой, выражая недоумение.

— Среди наёмников курсируют всякие истории… — оживился Стэн. — Мы часто ходим вглубь Зоны, забираемся туда, куда редко ступает нога обычного сталкера. Так вот, бывалые рассказывали, что встречали особую породу кровососов в глубоких рейдах. Хитрых тварей, действующих исподтишка. Мутанты с пси-способностями. Разобщающие людей, вытаскивающие все их страхи наружу, ожесточающие… Они заставляют жертв драться между собой, а потом забирают в плен выживших и питаются ими долгое время. Те раны на лице у доходяги очень напоминают ожоги от жала кровососа. Думаю, что тварь пасётся где-то поблизости… Пси-протекторы, увы, не помогут. Нас пасут лишь холодный ум и рассудительность. Дым импульсивен. Вот и попался во власть твари.

— Фиговы тогда наши дела… а как насчёт Калаша? Его обморок связан с пси-воздействием? — Спросил у Стэна Петренко.

— Лично я не уверен, — помотал головой Калашников… — Здесь что-то другое. Кровосос — это всё-таки зверь… Я подозреваю высшего мутанта — контролёра. Либо, я слышу зов Исполнителя Желаний…

— И этот двинулся, — всплеснул руками непривычно молчаливый Кося. — Выносите обоих… — Захихикав, сталкер по привычке протёр глаза и уставился в пустоту.

— Так, друзья, — подвёл итоги генерал. — Дыму предлагаю уколоть седативное. Всё равно он без винтовки — не боец. Я бы ему сейчас и палку не доверил. — Воронин внимательно посмотрел в глаза наёмнику, отчего тот в очередной раз недружелюбно ухмыльнулся. — А сами действуем стандартным способом: как только накроет, представляем воду. И надеемся, что товарищи не подведут.

— Минус два бойца. — Не без эмоций констатировал Петренко. — Сначала этот дуралей — Кося — облажался на ровном месте. Теперь ещё и Дым с катушек слетел… Следи теперь сам за своим товарищем. — Многозначительно поглядев на Стэна, полковник протянул ему ампулы с успокоительным.

— Вот за тем завалом, — вытянул толстый палец Викинг, указывая направление, — должна быть неприметная дверь в общее с машинным залом подсобное помещение. Если, конечно, оно не обвалилось.

Подойдя к груде обломков, перекрывающей путь, Вик прислушался и перво-наперво вытащил из кармана детектор аномалий:

— Чисто.

Пришедшие ему на помощь Шмель и Вован осторожно, балка за балкой, разгребли проход и взору группы предстала попорченная ржавчиной узкая, железная дверь, местами сохранившая на себе следы бирюзовой краски. В середине металлического листа красовалась живописная вмятина, от которой в стороны расходились глубокие борозды, отдалённо напоминающие по форме разряды молнии.

— Плохая дверка. — Викинг смерил углубление взглядом и прикрыл глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям. — У меня от нее мурашки по позвоночнику. Прям «не влезай, убьёт».

— Соглашусь, — кивнул Воронин и снова зарылся в планы ЧАЭС, скооперировавшись с Петренко. — Как-то скомканно всё с самого начала…

Помедлив, Калашников приблизился к двери. Вдохнул поглубже, стараясь погрузиться в особое состояние, близкое к стазису, когда все чувства и мысли внутри замирают. Не остаётся эмоций. Лишь внутренний взор сканирует окрестности, вычленяя фоном едва заметные всполохи совсем не логичных ощущений.