Чтение онлайн

Я слышала восторженные восклицания, смех, радостные крики, вопросы.

– Какой сюрприз, - сказал Жан, входя в столовую.

Он держал ее за плечи, и рядом с ним она выглядела еще меньше, еще хрупче. Но настолько живее!

– Тетушка Кармен?
– спросил Жан.

– Не приехала…

– Но это невыносимо! Так глупо, что ты не смогла поехать, мой хороший, - сказал он, целуя меня, - ты бы гордилась, слыша, что люди говорили мне о передаче.

– О! Передача, - закричала Фани.
– О! Маэстро, это было… превосходно!

– Спасибо, - ответил Жан, отрезая себе ломоть печеночного паштета.
– Так, значит, Фанни, ты проводишь каникулы в этой местности?

– О! нет, я специально приехала из-за вас.

– Специально?
– повторил он с таким ошеломлением в голосе, что я поспешила сказать:

– Поэтому я пригласила ее остаться!

Но Фанни не заметила беспокойства в голосе своего учителя, она склонилась перед ним со сложенными руками:

– Я была такой глупой тогда, в Версале!

– Глупой?

– Я не осмелилась подойти к вам! Я была так потрясена! Когда вам заапплодировали музыканты… я убежала… я плакала всю ночь! И поэтому приехала сюда!

– И хорошо сделала, - сказал Жан, который прикончил паштет и налил себе бокал вина. А потом налил и ей, несмотря на крики. Я обьяснила:

– Знаешь, она никогда не пьет.

Но он заявил:

– Никогда - возможно, но не сегодня вечером!

И, действительно, она смочила губы в стакане. Сперва с сомнением. Она поколебалась, потом выпила с удивленным и счастливым видом.

– Девственность?
– спросил Жан.

– По-моему - да - ответила она, опуская ресницы.

– Ну и как?

– Удивительно, - проворковала она, глядя ему в глаза.

Это правда, вино с наших виноградников - хорошее вино.

Меня разбудила маленькая ручка, блуждавшая по моему лицу. Игнасио пытался открыть мне глаза. Мне показалось, что часы показывают 9:30, но более пристальный анализ обнаружил, что всего лишь без пятнадцати шесть, что было ближе к привычкам моего маленького друга.

– Здравствуй, Ика, - вежливо сказал он и поцеловал меня. Жан пододвинулся ко мне и Игнасио строго скомандовал:

– Нельзя будить папу.

На завтрак мы съели последние припасы. В 9 часов я поехала с Игнасио в супермаркет. Все в доме еще спало. Я оставила письмо для Жана на столе в кухне: “Если приедет Тетушка Кармен, мы в магазине. Пусть ждет. Я быстро”.

Быстро! Разве такие вещи делаются быстро? Во-первых, я дважды теряла Игнасио. Он хотел, чтобы я ему купила клеющихся зверюшек, он плакал, и люди начали на меня коситься. Я уступила, и его слезы высохли как по волшебству. Скоро моя тележка наполнилась, и я должна была толкать сразу две. Я думала, что выбрала очередь поменьше, встав за юной скандинавкой, у которой был только батон крестьянского хлеба, но вдруг подоспели пять викингов, ее братьев, с тележками, ломящимися от селедки и мороженных чипсов.

– Как доооолго, - ныл Игнасио.

Наконец я заплатила и направилась к выходу, ведя мою двойную ношу и чуствуя себя спасенной, как вдруг на меня набросился молодой человек, пахнущий анисом, с большими ногами и огромными усами. Он поднял одну мою руку в воздух, словно я была боксером и только что выиграла. Я действительно выиграла и с помощью всех громкоговорителей узнала, что являюсь “Водяной каруселью дня”. Я хотела освободиться: нет, спасибо, месье, я очень спешу, извините, меня ждут… короче, все, что говорят, когда ищут спасительный выход. Но молодой человек хорошо знал жизнь. Он взялся за Игнасио и сказал ему:

– Ты не дашь своей маме уйти! Она выиграла для тебя! Ты бесплатно сделаешь пять кругов на водяной карусели! Ты доволен, малыш?

Малыш был очень доволен и все очень хорошо понял. Меня сделали. Водяная карусель находилась в чем-то вроде разборного бассейна из красно-голубого пластика на асфальте стоянки. Итак, все еще таща свои две тележки, сжимая сумку, я была вытолкана сквозь завистливую толпу к бассейну, где Игнасио взобрался на борт лодки и начал крутиться, сначала с радостью, потом с тревогой и, наконец, с ревом, который легко перекрывал громкоговорители. Молодой человек обнял меня, демонстрируя обезображенным ненавистью неудачникам, оставшимся без приза.

– Громко скажем ей “браво”! Благодаря водяной карусели она выиграла йогурт, который осмелился отвернуться от фруктов и посмотреть в лицо овощам, сказал он, возлагая корону мне на голову.

– Эта совершенно счастливая дамочка поедет домой с фаршированным филе - с морковью, репой и луком-пореем! А прямо сейчас она попробует йогурт со шпинатом!

– Мадам де Сомбрей, пившая в обмен на жизнь своего отца, кровь, поднесенную санкюлотами ( так называли революционно настроенных бедняков в Париже во времена Великой Французской революции) едва ли понадобилось большей смелости, чем мне, чтобы проглотить ужасную смесь. Мне удалось удрать от своего палача, и я поспешила к бассейну, чтобы спасти Игнасио, он уже умоляюще протягивал ко мне руки. Я чуть не упала в воду, но, к счастью, карусель неожиданно остановилась и после нескольких минут безумной славы мы оказались одни, забытые толпой.

Мы крепко-крепко обнялись, я отдала Игнасио свою корону, чтобы привести его в чувство и, наконец, смогла добраться до машины.

Все в доме было неподвижно, когда мы приехали, но из стеклянных дверей гостиной слышалась музыка.

Я тихонько подошла посмотреть, вернулись ли ящерицы. Они были здесь, на виноградных лозах фасада, неподвижные, горячие от солнца. Их горлышки дрожали в такт музыке. Каждое лето они приходят слушать фортепьяно, и Жан говорит, что играет для Ящератории.

Потом они замерли. Музыка прекратилась. Я посмотрела внутрь гостиной. Жан взял партитуру в руки. Он читал, а Фанни с уважением смотрела на него.

– Да, сказал он, это хорошо… Для дирижера, понимаешь, самое главное - это уметь слушать… а ты очень хорошо слушаешь…

– Тетушки Кармен не видно?
– спросила я.

– А? А, здравствуй, дорогая! Нет, Тетушки Кармен не видно, - ответил он и снова вернулся к партитуре и Фанни.

Тетушки Кармен не видно… да это начинает наводить беспокойство… тетушки Кармен не видно…

– …вода, воздух, земля и огонь, и потом есть еще пятая стихия: музыка. Это наша стихия.

Фортепьяно зазвучало вновь и покрытые золоченой эмалью горлышки ящериц снова раздулись от удовольствия.

Тетушки Кармен не видно… Ах, как бы я хотела стать ящерицей на виноградной лозе…

На завтрак Фанни поела арбуз, огурцы, салат, зеленую фасоль и абрикосы. Но она пила вино со сладостями, глядя Жану в глаза, потому что это он поднес ей первый стакан.

– Как мне это нравится!
– говорила она.

Он отвечал:

– Как много еще должна открыть эта девочка!