Чтение онлайн

– Да, видит Бог, я не хотела этого. Если ты еще раз поступишь так со мной, то я покончу с собой. Я клянусь, что сделаю это. Но для начала я убью тебя, или вся твоя жизнь превратится в ад, - Бетти приникла ко мне, - мне холодно…

– Одевайся, пойдем в дом. Там я тебя согрею, - я встал.

– Фредди…

– Да? – я подал ей платье.

– А как же Беатрис?

– Я бросил ее, я не могу быть с маленькой шлюшкой, которая с пятнадцати лет успела переспать с половиной Мюнхена, но ты не такая, - я прильнул к ее губам, - Я люблю тебя, малышка. А ты, ты любишь меня? – вопрос повис в воздухе.

– Пока все сложно, мне надо время, - ответила она, - Прости меня…

Январь 1986.

Бетти.

Перебирать старые вещи, значит вспоминать свое прошлое. Я часто отправляла на чердак свои вещи, чтобы освободить место для новых. Для меня этот ритуал был временем раздумья. Сначала я подумала, что он предложил ремонт в Гарден-Флауверс, но потом поняла, он просил переехать. Я легко вздохнула, вот прошел несчастный прошлый год, и моя жизнь вошла в другую более спокойную реку. Я открыла коробку, там лежало платье, то самое платье с индийскими мотивами и те самые туфли, что были на мне в день грехопадения, когда мы с Фредди предавались любви в его квартире, после попойки в одном из клубов Сохо. Я вынула его, надевая. Я стояла, крутилась у зеркала. Тогда оно весело на мне, как на вешалке, а сейчас округлая фигура в этом платье выглядела просто потрясающе.

– Замри, - это был бархатный голос Фредди, он подошел ко мне, сжимая в своих объятьях. Фредди целовал меня в шею, - Тебе нравиться?
– я захотела обернуться, - нет, смотри на себя в зеркало, наслаждайся, ты такая красивая… Я думаю о том дне, тогда я был варваром, но я никогда не жалел о той ночи с тобой.
– Я задохнулась, смотря на себя, он брал меня так неистово, так яростно, что еле сдерживала свой стон. У меня дрожали ноги, Фредди поддерживал, чтобы я не упала на пол. У меня перехватило дыхание, видя, как преображаюсь от его ласк.

– Мы уедем, - хрипло произнесла я, - только не в Штаты, только не в Мюнхене…

– Я хочу в Монтре, я хочу любить тебя на фоне этих голубых гор, - мы седели перед зеркалом, касаясь друг друга губами, - Я так люблю тебя…

– Я тоже, тебя люблю…

Мы не были в Монтре уже пять лет. Монтре со своими тихими улочками, свежим воздухом и голубым озером влек всегда. Наш дом показался мне каким-то другим, я его любила. Здесь можно тихо работать, и любить друг друга, как мы хотим. В тот день я сидела на бортике фонтана в холле. Я слишком много думала в последнее время, слишком много грустила. Фредди сел рядом со мной.

– О чем ты думаешь?

– Я делала слишком много ошибок, - я положила голову к нему на плечо, - так много, что боюсь признаться себе, сколько раз я была не права.

– Ты не права, дорогая. Не руби сходу, не кори себя, - его пальцы потерялись в моих волосах.

– Столько мужчин, столько не понятных романов, - пролепетала я, - я даже невинность отдала не так, как мечтала.

– Это было прекрасно, - ответил Фредди, - я часто думаю, как бы все сложилось, если бы ты не бросила меня тогда.

– Да, ничего бы не было. Ты женился бы на мне, ревновал бы меня ко всему и всем, ты сам это раньше говорил, помнишь? – он кивнул, прижимая к себе.

– Да, я помню, но мы потеряли столько времени, - я вздохнула.

– Фредди, я хочу кое-что знать…

– Да, все, что угодно.

– Только не злись, - предостерегла его я, - Почему ты стал не замечать меня, что я делала не так? – в моих глазах стояли слезы.

– Не знаю, ты стала такой уступчивой, - он замолчал.

– Тебе нравиться, когда тебя не слушаются?
– он вытер мои слезы.

– Мне нравилась строптивая Бетти, та, которой ты всегда была… Ты ведь Невеста Ветра. Ты вся пропитана свободой, страстью, любовью, мной. Я не могу без тебя, - он поцеловал меня в губы, отдаваясь минутному желанию. Телефонный звонок заставил нас оторваться. Я кинулась к телефону.

– Бетти, дорогая, - это был взволнованный голос Джорджа, - милая…

– Что-то случилось? Дети? Что стряслось? – я сыпала вопросами.

– Виктор… он умирает, возвращайтесь в Аллен-Холл, - я обмякла, и упала в объятья Фредди. Он слышал последнюю фразу Джорджа. Для нас всех это был удар.

Всю дорогу я погрузилась в молчание. Фредди пытался утешить, но все это было бесполезно. Каждый раз как он брал мою руку в свои ладони, я просто вырывала свою руку. Я не слушала его, вся была в своих мыслях. Когда я говорил, что все образумиться, то понимала, что все не так хорошо. На последнее Рождество, семейное Рождество, когда мы в последний раз собирались вместе, или на его дне Рождение, Виктор прощался с нами со всеми. Он много рассказывал о себе много чего, что он не рассказывал в течение жизни, мечтал, что все у нас будет хорошо, мы будем вместе, но мы этого сами не хотели. Мирил их, то плакал, то радовался. Ему недавно исполнилось девяносто лет, как все долгожители Хомсов он прожил долго. Я любила его, это был мой бастион, когда рычал Роберт, спасал Виктор. Виктор считал меня своей любимицей Он глава нашей семьи, он нас объединял, а кто теперь это будет делать? Он всегда ратовал за то, чтобы девушки носившие фамилию Хомс выходившие замуж никогда не расставались со своими корнями, если можно, то пусть сохраняют титул для сыновей. Пусть семья растет, это он научил нас быть всегда вместе.

Аллен-Холл встречал холодным молчанием. Я вышла из машины, облаченная в черное шерстяное платье и черную шубку, волосы были убраны черным шарфом. На пороге нас ждал Джордж с Гарри, мы обнялись, молчаливо проходя в замок. Весь замок погрузился в траур. Виктор еще не умер, но его конец был очень близок. Сжимая его руку, у его постели рыдала Диана. Я и Фредди опустились перед постелью умирающего. Он улыбался, свел наши руки, показал, что он хочет, чтобы мы были вместе:

– Никогда не расставайтесь. Бетти, я люблю тебя. Я всех вас люблю. Всю жизнь я трудился для вас, а вы делали свою жизнь сами, и это прекрасно.

– Я тоже люблю тебя, - прорыдала я.

– Не плачь, жизнь и есть рождение и умирание, дорогая.

– Это не так, - возразила я.

– Нет, и ты это знаешь, как ты пела, то черная, то белая. Поклянитесь, что будете всегда вместе, - прохрипел Виктор.

– Мы клянемся, - ответил Фредди.

– М-Джейн пообещай вернуть Антонио домой, вам плохо порознь, - М-Джейн кивнула, сквозь слезы, ощущая, как Диана прижимает ее холодную ладонь к своим губам.
– Теперь я спокоен, обещайте, что не перегрызетесь после моей смерти, и что вы всегда все будете вместе…

– Папа, что ты говоришь, - Роберт сник под его взглядом.

– Да, мы клянемся, - ответили все присутствующие.

– Теперь, я точно спокоен…

Он перестал дышать, он тихо отошел на небо. Тишину нарушали тихие рыдания. Он был нашим светом, а кто будет теперь этим светом? Фредди вынес меня из комнаты. Гарри последовал за нами, зная теперь какие слабые нервы у меня, он не мог оставить меня. Фредди положил меня на постель, Гарри чем-то потер виски, чтобы я пришла в чувства. Я очнулась, уткнувшись в плечо брата, я рыдала долго, а Фредди и Гарри утешали. Джозеф помог Мери-Джейн и Флоре выйти на террасу, Дженни же находила умиротворение в теплых объятьях Роджера, впервые она сегодня открыла нашей семье свои отношения с ним. Предстояли еще похороны, и дележ имущества, в котором хотели поучаствовать Ирландские Хомсы.