Чтение онлайн

Ничего. Только стал коптить фитиль в лампе, вытягивая остатки масла из колбы. Разочарованный и раздосадованный, Сокк поторопился к выходу наверх. Надо будет обсудить все со старым Фардо - может, он опять что-нибудь подскажет...

Сокк поднялся наверх, и опять - какие-то тени мелькнули рядом. Теперь к ним добавился еще и шорох и, показалось Сокку, перешептывание. "Не здесь,- померещился Сокку слабый женский голос,- позже, у выхода". Боясь оглянуться, кавангиец поторопился выбраться наружу.

Он вылез под лучи послеполуденного солнца и вдруг услышал протяжный стон. Это не было вскриком боли или мучения,- скорее, вздохом глубокой тоски по чему-то желанному и недостижимому.

– Мы одиноки,- прошелестел по воздуху сладкий голос.

Сокк шарахнулся и принялся нервно озираться по сторонам.

– Мы одиноки!
– повторилось громче и настойчивей.

Кавангийский историк глянул прямо перед собой, и челюсть его отвисла: впереди на камнях сидела обнаженная красавица с рыжими волосами до пят и с глазами изумруднее изумрудов. Она держала на коленях и гладила огромную рыжую кошку с глазами точь-в-точь как у самой незнакомки. Кошка поглядела на Сокка и жалобно мяукнула.

– Мы одиноки!
– в третий раз пропела нагая красавица, голосом просящим и сладостно-томным одновременно.

В тон этой жалобе откуда-то сверху раздался могучий сокрушенный вздох. Сокк непроизвольно вскинул голову, и ему стало плохо: над ним, возникнув неведомо откуда, нависал гигант, ростом повыше пары слонов и еще более могучего сложения. Испугаться по-настоящему, однако, Сокк не успел великан скорчил плаксивое лицо и, глядя на Сокка взглядом ребенка, ждущего утешения от доброй мамы, проревел:

– Беззащитны!

И гигант грязным кулаком размазал слезы по своему лицу довольно добродушному, но без каких-либо признаков умственного развития. Он преданно ел глазами Сокка, словно ожидая, что вот Сокк-то, наконец, защитит его - или их - от невзгод и опасностей этого скверного мира. А вслед за тем послышался еще один голос, тонкий и какой-то инструментальный, - он напомнил Сокку звук несколько расстроенной клавесинной струны. Этот голос протренькал:

– Неразумны.

Глаза Сокка подвинулись на этот клавесинный писк, и он заметил у сандалии великана свисающего на какой-то металлической нити не то краба, не то паука размером с обычное блюдце. Этот краб-паук был похож на приплюснутую шкатулку почти квадратный формы, но по бокам его тела шли красные маленькие глазки. Все трое выжидательно смотрели на Сокка - впрочем, за выражение глаз паука-краба Сокк, конечно, поручиться не мог - они просто слегка поблескивали или светились.

– Что вам от меня надо?
– выдавил наконец из себя историк.

Все началось сначала:

– Мы одиноки!..
– пропела-промурлыкала голая девица.

– Беззащитны!
– проорал, обливаясь слезами, великан.

– Неразумны,- пропищал струнным голоском красноглазый краб.

Сокк не мог взять в толк, что ему делать. Может, дать деру, пока не поздно? Хотя вряд ли можно убежать от такого громилы...

– Хм... Ну, я пошел,- пробормотал он наконец и сделал шаг в сторону.

– А мы?
– заголосили все трое.
– Ты не возьмешь нас с собой?!.

– Н-ну, я...
– Сокк взглянул на нагую красавицу, смущенно отвел глаза, взгянул на гиганта, втянул голову в плечи и решительно отказался: - Нет! Не возьму!

– Мы незаметно!
– пропела зеленоглазая девица.

– Тихонько!
– прогромыхал великан, и оглушенный Сокк затряс головой.

– Невизуально,- дополнил краб-паук.

Не зная, что отвечать, Сокк только разевал рот. Голая девица как-то неуловимо быстро оказалась возле него и припала к нему жарким телом.

– Ну, пожалуйста!
– сладко прошептала она. Пожалуйста...

Сокк ощутил такое томление и блаженство, какого до сих пор не дарили ему объятия самых нежных и пылких красавиц. Он начал терять сознаие и сам не заметил, как его губы разжались и ответили утвердительно на эту мольбу.

– Он согласен!
– ласково пропела зеленоглазая фея.

– Согласен!
– ликующе проревел великан.

– Согласен,- пискляво протренькал паук-краб.

В один миг все они пропали из виду. Сокк ошеломленно потряс головой. Может, ему все померещилось? Или это охранительное наваждение Мондовирта? Да уж, это и впрямь небезопасно - тревожить покой чародея, даже умершего.

С полной путаницей в мыслях Сокк добрел до хижины Фардо. Вернее - до того места, где она была еще утром. Теперь же ее не стало - ни малейшего следа. Сокк не заблудился, как решил было поначалу - все остальное было на месте: колодец и тропинка к хижине, и дерево, в тени которого они вчера беседовали с Фардо, попивая травный чай - да вот и след от треножника с котелком чая. А... где же тогда дом, где сам Фардо? Еще одна загадка! И серьезное затруднение, между прочим,- вместе с хижиной отшельника исчез багаж Сокка и все деньги. Как же быть?

В неясной надежде, что все как-нибудь само собой разрешится, Сокк решил подождать Фардо здесь, а если тот не появится - переночевать и с утра добираться до города. Предстояло два дня пути натощак, если не повезет встретить кого-нибудь раньше, и Сокк приуныл. К тому же, к вечеру стали собираться тучи, суля грозу. Сокк приуныл еще больше, но ближайшим укрытием было подземелье Ласрейвину, а возвращаться туда он хотел меньше всего. Что ж, он насобирал веток и травы и устроил себе лежанку и подобие шалаша над ней.

Против ожидания, Сокк быстро уснул - видимо, приключения минувшего дня были слишком утомительны для его мозга, и он спешил дать себе отдых. Ночью действительно началась гроза. Но Сокка это не коснулось никоим боком - ни ветер, ни ливень, ни, избави Бог, удар молнии. Когда он проснулся все же от особенно громкого раската грома, то молния высветила его глазам поразительную картину: над собой Сокк увидел давешнего великана - он, казалось, еще прибавил в размерах. Гигант держал над Сокком ладони, сложенные вместе в подобие шатра. Вряд ли Сокк догадался бы, что этот шатер - ладони гиганта, но в этот самый миг великан как раз наклонил голову, заглядывая, чтобы проверить, как там Сокк. На самом же кавангийце лежало что-то теплое и шерстяное, укутав его с головы до ног. Кто-то промурлыкал Сокку в ухо:

– Спи, крепко, милый, все спокойно...

– Может быть, показать хозяину электрическую схему грозы?
– клавесинно пискнул знакомый голос.
– Весьма любопытное распределение напряженности.

– Отнюдь, Вырик, уймись,- мурлыкнул сладкий голос, - его специальность история.

Сокк поспешил провалиться в сон.

Утром он проснулся в отличной настроении, свежий и полностью отдохнувший. На свежую голову он стал размышлять над вчерашним и понял, к своему стыду, что свалял дурака. Как это он не сообразил расспросить вчерашних знакомцев о них самих? Ученый, называется!..