Чтение онлайн

Хотя в 1977–1978 годах мы и достигли кое-каких успехов в вопросах организации самозащиты и подготовки военных кадров, наше участие в вооруженной борьбе стало приобретать быстро растущие масштабы главным образом после VII съезда партии, состоявшегося нелегально в апреле 1979 года. В июне того же года мы направили группу членов партии и Союза коммунистической молодежи в Никарагуа для оказания интернационалистской помощи Сандинистскому фронту; ускорили подготовку бойцов и командиров; казнили нескольких вызывавших всеобщую ненависть полицейских — среди них одного из главарей тайных банд убийц, состоящих на службе в полиции; реквизировали некоторое количество оружия и средств, необходимых для борьбы. Члены руководства партии и Союза коммунистической молодежи прошли военную подготовку. Партия организационно перестроилась в соответствии с новыми задачами, а на основе выработанного плана началось строительство ее вооруженного крыла, названного впоследствии Вооруженными силами освобождения (ВСО). Постепенно, но в относительно короткий срок, нам удалось наладить участие в войне всей партии. Во время генерального наступления 10 января 1981 года ВСО выполняли свои боевые задачи наряду с другими четырьмя братскими организациями, объединенными в ФНОФМ.

По достижении определенного уровня в строительстве Вооруженных сил освобождения стало необходимым образование партийных органов в их частях и подразделениях.

Каковы были этапы этого процесса?

Рост и обострение классовой борьбы достигли момента, когда возникли или должны были возникнуть начальные формы вооруженной борьбы. В условиях фашизации военной диктатуры в нашей стране наступил момент, когда трудящиеся уже не могли продолжать борьбу за экономические и демократические требования без защиты от репрессивных органов, действия которых приобретали все более кровавый характер. Так возникла осознанная массами необходимость иметь новую форму борьбы — вооруженную. Партия должна была откликнуться на эту необходимость и организовать вооруженную борьбу таким образом, чтобы массы могли обеспечить самозащиту. И мы это сделали, хотя несколько позже, чем другие организации, которые уже с начала 70-х годов проводили казни наиболее одиозных лиц, реквизицию оружия и средств, нападения на полицию. Организации, которые связали свою деятельность с борьбой масс, также наладили — и весьма успешно — их самозащиту.

Для выполнения этой задачи партия могла рассчитывать прежде всего на свои первичные организации — да и кто, если не они — живые частицы партии в сердце масс, на заводах и фабриках, в городах и селах, на фермах, ранчо и плантациях, кто, если не они, партийные ячейки, в состоянии выполнить эту задачу по организации и руководству самозащитой масс? Ячейка должна была проявить себя умелым организатором и руководителем военно-политической борьбы. Учитывая международный опыт, мы ориентировали наши первичные организации на создание при них закрытых групп, которые в то время были названы группами революционного действия (ГРД). Данные группы состояли из лучших представителей народных масс: наиболее решительных, боевитых и честных товарищей, пусть даже еще и не достаточно зрелых для вступления в ряды нашей партии. Собственно группы революционного действия не представляют собой воинские подразделения как таковые; они являлись и являются лишь первым звеном в строительстве вооруженных сил партии и выполняют задачи политического и военного характера, не прерывая связи с массовыми организациями, к которым они принадлежат.

Рассмотрим вопрос, связанный с возникновением и задачами групп революционного действия, например, в профсоюзах. Партийная ячейка работает над укреплением профсоюза, подготавливает его выступления, скажем, забастовки, доводит до масс цели, которые ставит партия, а также работает над организацией самозащиты, начиная с ее самых простых, соответствующих случаю форм: всякий раз, когда принимается решение о забастовке, назначаются пикеты. В случае демонстрации — охрана для обеспечения безопасности манифестантов на пути следования, группы наблюдения для охраны собраний и митингов, организуемых профсоюзом, и т. д. Все это примеры так называемой временной самозащиты, которая, кстати говоря, практикуется во всех странах, где профсоюзы — орудия классовой борьбы. Но с ее развитием скоро становится очевидным, что временной самозащиты недостаточно, ибо противник реагирует с каждым разом все более для нас чувствительно: преследует, избивает, убивает, прибегает к пыткам, политическим преступлениям, похищениям и т. д. Поэтому возникает необходимость в более специализированных и постоянных органах, которые, оставаясь связанными с массами, лучше бы владели методами самозащиты. Итак, переходим к новому звену: постоянной самозащите, примером которой и являются группы революционного действия. С точки зрения задач вооруженной борьбы, они представляют организованную форму постоянной самозащиты и должны готовиться для выполнения этой миссии. Но эти группы не перестают быть политическим органом самих масс, организатором, на которого опирается партийная ячейка в своем стремлении усилить профсоюз, сплотить его ряды организационно и политически, совершенствовать его борьбу. В то же время группы революционного действия выступают школой, где их члены проходят революционную политическую подготовку. Они являются каналом для распространения линии партии и источником для подбора новых членов.

Организуя вокруг себя эти группы, первичные организации должны научиться осуществлять над ними политическое и военное руководство, для чего требуется подготовка на необходимом уровне. Постепенно, не утрачивая своей природы, партячейки приобретают знания в военных вопросах и овладевают наукой политического и военного руководства.

Развитие событий приводит к необходимости перейти к высшим звеньям — так возникают воинские подразделения и части, предназначенные исключительно для боевых действий. Создание боеспособных воинских частей и подразделений не должно приостанавливать работу на уровне предыдущего звена — широкой организации самозащиты, как временной, так и постоянной. Напротив, данная работа должна усиливаться, ибо именно от нее зависит возможность создать армию, которая рождается из масс, прочно с ними связана и поднимает их на вооруженную борьбу, — армию, состоящую из испытанных бойцов.

Наконец, стоит отметить, что война способствовала развитию наступательного характера и повышению военно-технического уровня групп революционного действия. Сегодня они на деле выполняют боевые задачи, сходные с задачами партизанского движения. Это фактически тайные партизанские отряды, бойцы которых сражаются и работают, сражаются и учатся, то есть не заняты в боевых действиях все время и не нуждаются в тыле с его территорией или сложной городской инфраструктуре.

Как известно, наша партия включилась в вооруженную борьбу на этапе превращения ее в настоящую войну. По этой причине мы вынуждены были действовать ускоренными темпами, что не всегда позволяло готовить наших бойцов, соблюдая очередность и обязательность описанных выше звеньев. Значительная часть бойцов, командиров и специалистов Вооруженных сил освобождения вышла непосредственно из рядов партии и Союза коммунистической молодежи, другая — из групп революционного действия и прочих отрядов ополчения (на настоящем этапе войны это более подходящее, чем самозащита, название), которое мы пытаемся создать на селе и в городе.

Партячейка является звеном, непосредственно связывающим партию с массами, и можно ясно видеть, что включение партии в вооруженную борьбу не подразумевает превращения этой первичной организации в воинское подразделение, а сама она не прекращает выполнять жизненно важную партийную работу. Вопрос заключается в том, чтобы ячейки и другие организации партии — от низовых до руководства — выполняли свою авангардную роль в новой ситуации, на новом уровне развития классовой борьбы.

Как сочетается вооруженная борьба масс с действиями революционной армии, если та уже существует? Есть несколько форм: при создании революционной армии ополчение, являясь широкой массовой организацией, не распускается. Напротив, оно должно увеличиваться, расширяться, ибо от этого зависит рост, качество и эффективность армии — чем больше ополчение, тем лучше сражается, быстрее пополняется и развивается армия.

Вторую форму представляет сама армия. Мы считаем, что революционная армия есть форма включения масс в вооруженную борьбу, и поэтому необходимо рассматривать ее как массовую организацию. Революционная армия — передовой, сознательный отряд народных масс, и, чем она больше, тем заметнее эта роль. Армия возникает из масс, является массовой организацией и прочно с массами связана. Процент военных задач в этой массовой организации, называемой революционной армией, высок — они составляют ее основную функцию. Военные вопросы достигают такого объема, что членам революционной армии уже невозможно продолжать работать в учреждениях, институтах, школах. Теперь они являются бойцами постоянно существующих воинских частей и подразделений и живут в условиях воинской дисциплины, располагают своей тыловой территорией, военными лагерями на ней или же тыловой инфраструктурой в городах. Однако все это не означает, что политические задачи армии и ее подразделений исчезают. Армия — массовая организация, осуществляющая и политические задачи: занимается политической подготовкой своих бойцов, поддерживает политически ориентированные отношения с населением и преследует при этом определенные политические цели. Среди населения армия занимается агитацией и пропагандой, организационными вопросами и даже выполняет, правда, в меньшей степени, производственную работу. Все это связывает армию с массами прочными узами.

Развитие революционной армии выражается, помимо всего прочего, в том, что она ведет боевые действия вдалеке от границы своего тыла. Начиная с марта 1982 года силы ФНОФМ, например, часто перемещались от соответствующих опорных баз к районам многодневных боев на расстояние, превышающее 50 километров. Создание и использование сети опорных баз на территории страны подготовили условия для формирования более крупных воинских подразделений и частей, которые могли бы вести подвижную войну. Наиболее подготовленные подразделения революционной армии могут перемещаться из одного пункта в другой вне своих баз и вести боевые действия вдалеке от них, ибо, как правило, везде, куда они приходят, есть продовольствие, источники информации и снабжения. Таким образом, происходит переход к следующему этапу ведения войны, основанному на более высокой ступени развития революционных вооруженных сил и их тыла.

Противник, получающий растущую помощь Соединенных Штатов и использующий военных советников, пытается препятствовать передвижениям сил ФНОФМ, старается ограничить их рамками тыла.

Большинство бойцов Вооруженных сил освобождения не является членами компартии. Но в каждом взводе имеется партячейка, которая осуществляет политическую ориентацию, подбирает новых членов и всемерно способствует упрочению руководства вооруженными силами со стороны партии. На уровне лагерей партийное руководство осуществляется через так называемые промежуточные комитеты, подчиненными райкомам, Политкомиссии и ЦК. Так возникла новая ветвь КПС — партийная организация в вооруженных силах.

Как известно, воинская дисциплина отличается от партийной: она основывается на единоначалии и вертикальном подчинении. Этот принцип не может быть изменен без нарушения самой природы армии и снижения ее эффективности. В партии же действует принцип демократического централизма и коллективного руководства. Но это не противоречит воинской дисциплине, ибо созданная структура партийного руководства соответствует уровням военного командования. Политическая комиссия вырабатывает военно-политическую концепцию войны, в которой мы участвуем, военно-стратегические замыслы, главную тактическую ориентацию для Вооруженных сил освобождения и даже рассматривает в общих чертах планы их кампаний и участия в наиболее важных боевых операциях Фронта национального освобождения имени Фарабундо Марти. Райкомы партии делают то же самое на своем уровне. Как только эти решения выходят из сферы партии и становятся компетенцией Вооруженных сил освобождения, их выполнение основывается на принципах единоначалия и не может быть приостановлено никем. Когда собирается партячейка взвода, коммунисты подчиняются не воинской дисциплине, а партийной; на таких собраниях можно критиковать и начальников, которые также являются членами этой первичной организации, хотя, конечно, ячейка не должна быть препятствием для военного командования и превращаться в дискуссионный клуб, что лишает армию ее боевитости. Вполне понятно, что ячейки не могут собираться во время боев и тем более никоим образом не могут обсуждать и ставить на голосование военные приказы. Наши первичные организации в Вооруженных силах освобождения делают все возможное, чтобы поддерживать и повышать моральный дух бойцов, их боевую и политическую подготовку.