Чтение онлайн

– Стефания, что это? – позвал мужской голос, когда я встала с дивана.

Обернувшись, я увидела в руках отца мой черно-белый снимок узи. Он смотрел на меня непонимающе. Наверное, скрывать больше не имеет смысла. Рано или поздно он узнает.

– Пап… я беременна.

ГЛАВА 48.

– Ну что, Стефания, вы готовы узнать пол, или всё же решили дождаться дня родов? – спрашивает мой врач Томас с милой улыбкой.

Томас – мужчина за пятьдесят с редкой сединой в волосах и морщинами вокруг глаз. Он был давним другом моего отца и стал моим врачом, когда Эрнест узнал, что я беременна, сказал, что я заслуживаю самого лучшего, включая наблюдение в одной из лучших репродуктивных клиник Лос-Анджелеса. Эрнест поддерживает меня, говоря, что я не должна беспокоиться ни о чем, кроме своего здоровья. Но его волнует один важный вопрос.

– Кто отец ребенка, Стефания? Я никогда не спрашивал тебя о том, что произошло в больнице, но мне кажется, что это важно, – спросил он, обнаружив снимок УЗИ.

Я молчала долгое время – день, неделю, месяц. Мой психотерапевт объяснил, что мой мозг блокировал негативные воспоминания. Я не могла говорить о Мэйсоне и не понимала, почему. Отец видел это и пытался поднять мой дух.

– Дочка, забудь всё, что было до. У тебя новая жизнь и вскоре ты станешь матерью, – произнес он.

Мы ужинали в ресторане на берегу океана, куда он привел меня в первый день в Калифорнии, чтобы попробовать морепродукты.

– Ты сказал, что я должна заботиться о малыше, но их двое. Близнецы, – подняв взгляд, сказала я.

– Так это же прекрасно!

Когда отец узнал, что у него не один внук, а два, в нём будто открылась новая личность, полная заботы и тепла. Он перестал пытаться узнать, кто их отец.

– Я сначала не хотела, но теперь… хочу узнать пол малышей, – ответила я, смотря на экран аппарата, где бились два сердечка.

– Я готов вас обрадовать, мисс Кларк. У вас королевская двойня!

– Что это значит? – спросила я, слегка нервничая.

– У вас мальчик и девочка, это большая редкость.

Услышав это, я вспомнила, как читала перед сном Клаусу и Алексу, что когда-то тоже буду читать нашим с Мэйсоном малышам. Я всегда думала о мальчике и девочке, но даже не могла представить, что это произойдет так скоро. После УЗИ я решила немного посидеть в парке. С каждым днем мне становилось все тяжелее передвигаться. Я чувствовала себя маленьким бегемотом, срок уже двадцать три недели, а до родов еще почти три месяца. Мой живот достиг невероятных размеров. Но это вполне объяснимо. Мне казалось, что выносить одного ребенка уже целое чудо, а тут двое!

Перед тем как отправиться в парк, я зашла за кофе и в канцелярию. Я долго откладывала заведение дневника, но сегодня меня окрыляли эмоции. Психотерапевт утверждал, что это поможет мне. Сначала я смогу выразить свои чувства на бумаге, а потом показать их миру и близким.

Я выбрала нежно-розовый блокнот в мягком переплете с золотыми звездочками. Он показался мне немного детским, но почему я должна отказывать себе в том, что мне нравится? Главное, что он радует меня, а остальное неважно.

Устроившись на тонком пледе под большим деревом в тени, я достала из сумки блокнот и сделала небольшой глоток латте. Мои вкусовые предпочтения изменились, если раньше я не могла есть сахар, то сейчас употребляла его в больших количествах. Отец не приходил домой вечером без пирожных или эклеров, так как знал, что ночью у меня может случиться сахарный приступ, и я начну поглощать все сладости, которые есть в нашем доме.

Сегодня был жаркий день, солнце безжалостно палило, но ветви деревьев защищали меня от него. Легкий ветерок обдувал тело, а ткань платья струилась по ногам, шевелясь от дуновения. Мне пришлось полностью сменить гардероб с наступлением беременности. Климат был жарким и сухим, и я уже не могла носить любимые черные джинсы и толстовки. Теперь я стала более женственной, одеваясь только в длинные платья и юбки.

Помню, как дома, после выписки из больницы, я начала собирать чемодан, но Эрнест сказал, что могу ничего не брать, мы все купим новое. Тогда я взяла только самое необходимое. Несколько месяцев назад, когда мой живот активно округлялся, отец повез меня на шоппинг. Мы зашли в дорогие магазины, люкс и бренды. Мне было некомфортно, и я просила выбрать что-то более бюджетное. Но Эрнест слушать не стал.

Сейчас, сидя на траве в белоснежном длинном платье с мелким розовым цветочком, я не чувствовала себя прежней Стефанией. Я становилась другой, и на это влияли множество факторов: события прошлого, забота и любовь Эрнеста, мой психотерапевт. За шесть месяцев мы достигли многого в терапии, но не коснулись самого важного, темы моего взросления. От размышлений меня отвлек звонок.

Вытаскивая телефон из сумки, я подумала, что это отец, но нет, это была Анна. Мы возобновили общение всего пару недель назад, хоть я и пыталась отдалить свое прошлое, забыв родной город. Анна была настойчивой, писала о своих делах и том, как скучает. Я не отвечала, но она не теряла надежды.

Подруга рассказывала о том, что их компания распалась после ареста Мэйсона и смерти Андреа. Теперь они общаются вчетвером: Анна, Макс, Крис и Джулия. Анджелина не страдала из-за потери парня, быстро пришла в себя.

– Алло, – я провела пальцем по дисплею, принимая звонок.

– Привет, милая! Как ты? – голос Анны сразу успокоил меня.

Мы болтали около двадцати минут. Анна рассказывала о прекрасном парне, которого встретила, но не забыла упомянуть и Макса. Я знала, что они неравнодушны друг к другу, но что-то их останавливало. Она также рассказала, что Кристофер сделал предложение Джу, и она согласилась. Они были прекрасной парой, и их любовь была чистой и красивой. Мое настроение улучшилось, я не помнила, когда последний раз чувствовала себя так хорошо и улыбалась. Но затем Анна задала вопрос:

– Стефания, ты пыталась найти их номера? Тебе нужно рассказать обо всем Эрнесту! Он поможет. Найти контакты родителей Мэйса не составит труда. Ты должна с ними связаться, ведь они не знают, что ты беременна… – Анна, не нужно…

– Нужно, Стефания! Чего ты боишься?

– Из-за меня он в тюрьме… Из-за меня его жизнь сломана. Может, ему и не нужны мы…

– Стефания, Мэйсон любит тебя.

– Хватит, Анна! Извини, но я не могу, – не выдержав, я сбросила вызов.

Настроение упало до нуля. В груди кольнуло, стало трудно дышать, и резкий толчок изнутри усилил все чувства.

– Тише, маленькие, мама здесь, – тихо шептала я, опуская руку на живот.

Внутри меня творился ураган. Я помню, как впервые это почувствовала, будто легкие порхания бабочки били о стенки живота. Я сначала испугалась и сразу позвонила Томасу, но он объяснил, что это первые шевеления, и все в порядке. С этого момента я осознала, что скоро стану матерью и мне нужно вернуться к нормальной жизни.

– Я уже не выдерживаю вашего хулиганства. Вы такие активные у меня, – говорила я, медленно поглаживая живот. В ответ почувствовала сильный толчок, от чего поморщилась и зашипела.