Чтение онлайн

Собираясь в детский магазин, я решила ему позвонить.

– Алло, милая, что-то случилось?

– Нет, пап. Я просто хотела сказать, что хочу вечером с тобой кое о чём поговорить.

– Стефания, точно всё в порядке? – у отца был взволнованный голос.

– Нет, всё хорошо. Не переживай, просто нужно кое-что рассказать… для меня это очень важно, – мне было так сложно сказать эти слова.

Мои ладошки потели, а по телу пробежали мурашки.

– Дочка, не пугай меня так. Конечно, мы поговорим, родная, – послышался тяжёлый выдох отца.

Я захватила ключи от квартиры и зашла в лифт. На парковке меня уже ждал Альберто. Мой водитель был немного старше тридцати. Малоразговорчивый Альберто уже давно работал на отца. Мы сразу нашли общий язык, оба были немного замкнутыми. У Альберто была милая дочка, Изабелла, которую он растил один после того, как её мать умерла от рака. Пару раз я присматривала за ней, когда их няня заболела. Мы здорово провели два дня: я заплела ей косички, гуляли в парке и смотрели мультики. Эти моменты показали мне, какой это труд быть мамой, но и какую невероятную радость приносит это занятие. Пару раз я даже присматривала за ней, потому что их няня внезапно заболела и не могла выйти на работу. У Альберто и отца были запланированы большие дела и поездки в соседний штат. Я сама вызвалась на помощь, и мы прекрасно провели два дня с Изабеллой. Она была озорной и безумно веселой девочкой с длинными золотыми локонами, как у Рапунцель. Я заплела ей косички, мы гуляли в парке и ели сахарную вату. Вечером смотрели мультики, а перед сном я читала ей сказки. В те дни я в полной мере ощутила, что значит быть мамой. Непростая, но безумно благодарная профессия, в которую я совсем скоро вступлю.

Зайдя в первый детский магазин, я поняла, что мои глаза разбегаются от изобилия игрушек и товаров для младенцев. Я пробыла в магазине почти два часа, и руки Альберто уже дрожали от количества пакетов и коробок. Но он стойко выдерживал этот нелегкий путь, периодически улыбаясь мне.

Выходя из магазина, я была невероятно счастлива, что мои малыши не будут ни в чём нуждаться. Я подошла к вопросам покупок рассудительно, составила список того, что потребуется, и в каком количестве. Уже почти месяц я ходила на курсы «молодых мам», где мы подробно обсуждали этот вопрос. Когда мы почти подошли к выходу из торгового центра, в моем поле зрения оказалась витрина маленького магазинчика. За стеклом на полочке стояли две пары маленьких вязаных носочков: бледно-розовые и светло-голубые. Я не могла пройти мимо них, поэтому, спустя пару минут, шла к машине с ними в руках. Мы выехали со стоянки и направились на набережную, где меня уже должен был ждать отец.

Мы немного опаздывали, потому что я слишком увлеклась шоппингом. Багажник автомобиля заполнили боди, комбинезоны, пеленки и погремушки. Надеюсь, папа не будет злиться из-за того, что я сегодня потратила много денег. Но он сам настоял, чтобы я покупала всё, что пожелаю. Мои ладони потели от волнения перед предстоящим разговором с отцом. Паника постепенно нарастала, принося с собой легкую дрожь. Но, когда я смотрела на эти вязанные носочки, которые прижимала к своему животу, могла думать лишь о том, как скоро надену их на маленькие пяточки сына и дочери, и от этого мне становилось легче. Тепло разливалось внутри. Я старалась сохранять спокойствие. Отец поймёт меня и обязательно поможет. Я верю.

Внезапно машина резко вильнула в сторону, и я схватилась за ручку двери, но это не помогло. Я успела удариться головой о стекло. Резкая тупая боль пронзила висок. Повернув голову, я увидела в окне огромный грузовик, который вылетел на встречную полосу и мчался прямо на нас… и это было последнее, что я увидела. А дальше только тишина и вечный покой…

ГЛАВА 50.

Двенадцатое июля, один из очередных дней в солнечной Калифорнии. Прекрасный, теплый и солнечный, но в то же время трагичный… Две пары маленьких детских носочков валялись в крови на дороге, пока вокруг раздавался шум сирен и крики людей.

Это был пасмурный осенний день в Нью-Йорке. Тучи заполонили небо, принося с собой хмурость и мелкий дождь. На деревьях росли все те же листья, а по улицам гуляли знакомые лица. Пять лет большой отрезок времени, за который меняется многое, но что-то остаётся неизменным.

Молодой мужчина примерно тридцати лет припарковал свою черную BMW на подъездной дороге городского кладбища. Выйдя из машины, он запахнул пальто покрепче, сжимая в руках букет ярко-алых роз. Ища нужную могилу, он не мог поверить, что спустя пять лет встретит любимую таким образом. За эти годы он сильно изменился. Суровый взгляд, грубая щетина, но всё та же уверенная походка и широкие плечи. Ему было тяжело, но он не сломался, потому что знал: выйдя на свободу, он отыщет её, даже просто чтобы взглянуть издалека… Единственное, что его волновало, это её свобода и счастье.

Но он сломался в тот момент, когда узнал, что её больше нет. На гранитном камне темно-серого оттенка была красивая гравировка белого цвета. Он смотрел на могилу, читал её фамилию и имя. В глазах бегали цифры, дата рождения и дата смерти, а между ними была маленькая черточка, которая изменила всё. Черточка длиной в короткую жизнь, где она так многое не успела сделать.

– Здравствуй, моя девочка… – раздался мужской грубый голос.

Он не знал, что сказать, хотя ему нужно было так много сказать ей. Он должен был рассказать о том, как тюрьма изменила его, как он скучал и бесконечно любил свою Стешу, как он провёл эти ужасные пять лет без своей девочки.

– Вот мы и встретились, Стефания, – он опустил букет на сырую землю у надгробия.

Спустя годы они встретились снова, но не так, как он того ждал. Они не встретились глазами… она уже не сможет увидеть любимые голубые глаза, от которых её сердце стучало быстрее. Они не смогут улыбнуться друг другу, а ведь она так любила его улыбку, такую редкую, лишь уголком рта. Он не сможет обнять её и прижать к себе, сказав заветное: «Я люблю тебя, моя девочка». По его острой скуле скатилась одинокая крупная слеза. Ему не впервой было видеть могилу родного человека, и от этого ему было в тысячу раз больнее. Он так боялся потерять, не уберечь, не смочь сохранить и спасти… Они были вместе лишь временно. Судьба преподнесла им случайную встречу, обернувшуюся в главный урок. Как жаль, что нельзя вернуть время назад. Так много можно было изменить. Они встретились тогда, когда им не хватало той любви и ласки, которые они смогли подарить друг другу. Они просто хотели быть счастливыми, и это всё, что они могли… Но уже ничего нельзя исправить. Ведь двери в прошлое закрыты, но в его памяти навсегда останется она. Для него она была особенной, ведь она отличалась от других. Его грешный ангел с белоснежными кудрявыми локонами…

– Прости меня, Стефания. Но я себя никогда не прощу… Мне так тебя не хватает, родная, – подняв глаза, он глубоко выдохнул.

Нам всегда кажется, что жизнь это вечность, а смерть всегда близка. Какая бы сложная ни была жизнь, и как бы ни казалось, что выхода совсем нет, мы должны ценить возможность жить и существовать. Стефания ценила жизнь… она любила себя, солнце, луну, день, ночь. Она простила своего не родного отца, поняла свою мать, полюбила Эрнеста, который дал ей глоток свежего воздуха. Она готовилась стать матерью двух прекрасных малышей, которых так ждала и уже любила всем своим измученным сердцем. Но иногда судьба бывает слишком жестока… И в случае Стефании она не пощадила никого. Она уже никогда не сможет взять на руки своих малышей и почувствовать их запах. Она не обнимет любимого мужчину, которого ждала и надеялась, что он всё ещё её любит. И сейчас этот мужчина не видел смысла в жизни и не знал, как ему жить.

Ведь он остался совсем один… Ему не хватило смелости сказать ей так много, ведь он винил себя и ненавидел. Говорил себе, что никогда не простит и не забудет этого.

Он попрощался с ней, пообещав приходить как можно чаще. Ему хотелось кричать, как раненому зверю, хотелось рушить всё на своём пути, но, сжав руки в кулаки, он убрал их в карманы пальто и глубоко выдохнул. Идя по асфальтированной дороге, он погрузился в мрачные мысли и чуть не сбил маленького ребенка.

– Эй, дядя! – тонкий детский голосок позвал его.

Опуская глаза вниз, он заметил её… маленькую девочку в белоснежном платье с длинными кудрявыми черными волосами и пронзительно голубыми глазами.

– Простите, я не хотел, – единственное, что он смог вымолвить в тот момент, вспомнив такие дикие воспоминания. В этом ребенке он видел их двоих… родную сестру, совершившую непоправимую ошибку, и любимую девушку, жизнь которой унес несчастный случай… нелепая авария на дороге.

В тот момент ему показалось, что он просто сходит с ума, и от боли и горечи его разум отказывался ясно мыслить. Теперь в каждом прохожем он видел свою боль.