Чтение онлайн

Интересно, а кто были эти специалисты, выбиравшие щенка? Отвечу. Знаток рабочих «немцев» и защитной службы, неоднократный победитель «Большого (Русского) ринга» Ольга Валентиновна Савина (к сожалению, рано ушедшая от нас) и ваш покорный слуга. А выбирали мы щенка для друзей по принципу: самый толстый, самый спокойный и самый неагрессивный. Эти люди, весьма успешные, как теперь говорят, топ-менеджеры, никогда до этого собак не держали, а теперь для загородного дома им нужен был пес, чей представительный вид отпугивал бы нехороших людей.

Добавлю, что, заранее зная степень занятости наших приятелей, я прекрасно понимал, что особой интенсивностью дрессировочные занятия с будущим символом безопасности загородного дома отличаться не будут. Немецкая овчарка, благодаря своему имиджу, и так внушает должное уважение. Чаще всего проблем с представителями этой породы не бывает, а если еще щенок толст, ленив и неагрессивен, то их вероятность снижается до минимума.

До поры до времени Поль никаких проблем владельцам и не доставлял. Ночевал он в просторной будке, в дом его не пускали, и потому, испытывая известный дефицит хозяйской ласки, пес всячески угождал обожаемым хозяевам, пытаясь, как это свойственно многим собакам, предугадать их желания. Вероятнее всего, в какой-то момент они поощрили его поведение, стремительно выросшее в большую проблему.

Однажды Поль решил, что он никакой не символ, а настоящая служебная собака, охраняющая хозяев и их добро. Без какого бы то ни было предварительного обучения (за исключением панической реакции на его выпады атакуемых и такой же реакции хозяев) в кратчайший промежуток времени Поль познакомил со своими зубами почти каждую семью коттеджного поселка. Его хозяева, люди интеллигентные, но бесконечно далекие от кинологии, оказались совершенно не готовы к такому развитию событий. И после того, как Поль здорово искусал рабочего, зашедшего прибраться на участке, в моем мобильнике раздался голос Нели, хозяйки Поля.

— Ванька, привет, дорогой, умоляю, выручай, мы не знаем, что делать!

— А что такое, Неля? — Я в общем-то предвидел ответ.

— Да Поль у нас озверел! — В голосе хозяйки звучала неподдельная родительская озабоченность, смешанная со стыдом за нерадивое чадо.

— Что, вас строит? — спросил я.

— Нет, что ты! Он нас обожает! Ласковый такой! — обиделась Неля.

— Тогда не понял, — удивился я.

— Он нас охраняет! — воскликнула Неля.

— Так ведь радоваться надо! Вот уж от кого не ожидал, — вырвалось у меня признание.

— Так его остановить невозможно! Он уже всех соседей покусал!

— И Анатольича? — испугался я.

Анатольич был соседом и сослуживцем Нели, руководителем крупной компании и владельцем замечательного малинуа, в счастливой судьбе которого я принял не последнее участие. Мы были с ним в добрых отношениях, кусать его было бы крайне несправедливо. И кроме чисто человеческих моментов такая несправедливость имела бы и негативно-педагогический оттенок. Ибо Анатольич, в отличие от Нели, обучением своего Джека озаботился с момента появления пса дома. Собаку постоянно опекала, привлекая время от времени Андрея Чаадаева, Оля Шилова, профессиональный биолог, хендлер и отличный специалист — впоследствии президент Национального клуба породы «Бельгийская овчарка». В результате такая моторная собака, как малинуа, не доставляла своим хозяевам особых хлопот.

— Нет, Анатольича не покусал! — сняла напряженность Неля.

— Слава богу, — вырвалось у меня, и я с облегчением продолжил: — Для начала сделайте ему нормальный вольер и запирайте в нем пса, когда приходят посторонние.

— А кто посторонние? — спросила Неля.

— Все, кто не живет с ним под одной крышей! — решительно ответил я.

— Ну, вольер мы уже начали строить, через неделю будет готов, — сказала Неля.

— Далее. Нужно, наконец, начать с Полем заниматься!

— Ты же знаешь, нам некогда.

— Ну давай я пришлю тренера. Он обучит Поля, а затем научит вас с ним справляться.

— Ой, Ванька, — в голосе Нели появились просительные интонации, — а может, для начала ты сам приедешь, посмотришь?

— Приеду, конечно, но заниматься будет все же другой специалист, мой ученик, большой профи.

— А Поль его не сожрет? — заволновалась Неля.

— Да нет, что ты, это же его профессия, — успокоил я хозяйку пса.

Так или иначе, но визит к разошедшемуся Полю был отложен недели на полторы, и за это время, слава богу, ничего страшного не произошло. Гай. Игорь Гай

Тут уместно сделать небольшое отступление. Пример Поля наглядно показывает, что раннее тестирование собаки порой дает сбои. Можно с достаточной уверенностью предсказать, будет собака трусливой или, наоборот, смелой, будет она истеричной или железобетонно устойчивой к нагрузкам. Можно также предсказать, будет ли она склонна к доминированию в группе, и много еще чего… Но узнать заранее все нюансы будущего характера собаки невозможно хотя бы потому, что перед визитом «проверяльщиков» щенок мог здорово набегаться, устать и крепко спать, демонстрируя в целом нетипичное для себя поведение. Но, может, это и не так плохо? Какая-то загадка должна оставаться, иначе и жить с питомцем и наблюдать за его развитием будет неинтересно! Главное — не проглядеть трусость и невротичное поведение… И здесь я не советую особо рассчитывать на мнение заводчиков-владельцев. По ряду причин оно может не соответствовать действительности. И кроме того, даже самый честный заводчик не может знать, какие нюансы поведения щенка для вас особенно важны.

Вернемся, однако, к нашему главному герою — «немцу» Полю, неожиданно ставшему грозой поселка. Сам заниматься с Полем я уже не мог — не было времени, да и в чисто житейском плане это было неудобно. Поэтому я позвонил Игорю Гаю, своему товарищу, в конце 1980-х — начале 1990-х работавшему тренером в моей группе.

— Хай, Гай! — сказал я в трубку.

— Привет, — с оттенком усталости в голосе ответил Гай.

— Есть дело! Надо помочь с дрессировкой хорошим людям. — И я изложил краткую историю Поля и его взаимоотношений с владельцами.

— А как, ты думаешь, я к нему подберусь? — слегка напряженно спросил Гай.

— Очень просто! — Мой голос выражал максимальный оптимизм. Действительно, чего бояться-то? Я лично уверен в своих методах, и к тому же на встречу с агрессивным Полем пойдет Гай, а не я.

Тут, вероятно, следует пояснить читателю, почему я обратился именно к Гаю, а не к кому-либо из других тренеров, знакомых с моими подходами к дрессировке. Дело в том, что Игорь Юрьевич Гай являет собой зеркальное отражение тезиса о том, что недостатки являются продолжением достоинств. Тут все наоборот. Достоинства Гая есть прямое продолжение его (относительных) недостатков. Дело в том, что Игорь Гай, как бы это правильно сказать, крайне осторожный, неторопливый и терпеливый тренер. Каким бы видом дрессировки он ни занимался, он никогда не будет форсировать подготовку, не перегрузит и не спровоцирует собаку. Он обойдет все острые углы, предпочтет перестраховаться там, где 99% других тренеров не задумываясь пойдут дальше. Гай никогда не испортит собаку, не сломает ее. Именно эти его качества меня и привлекли: с одной стороны, работа предстоит серьезная и мужская, а с другой — форсировать ее не стоит.

— Игорь, — сказал я, — в данном случае нам придется совместить шоу с жизнью. Будем использовать особенности территориального поведения собак. Поль особо далеко за пределы поселка не ходит. Это в поселке он «орел», а вне его наверняка нет. Итак, вот мой план! Хозяйка отводит собаку в наморднике в лес и привязывает к дереву (все под моим контролем). Мы уходим. Я полчаса заговариваю зубы хозяйке, чтобы не переживала. После этого ты идешь в лес и заговариваешь зубы уже собаке. Поль, посидев в одиночестве в лесу, будет готов «отдаться» первому встречному, не говоря уже о таком видном парнише, как ты, Игорь Юрьевич. Поговоришь с ним, успокоишь — и он твой.