Чтение онлайн

Он едва не поперхнулся, Рогланд хохотнул.

Рыцарь коротким властным кивком указал капитану на землю. Сверр подчинился, хотя всем видом давал понять, что к играм капризных леди в хирурга относится без восторга.

Первым делом Агнея вырвала из его рук тряпку, брезгливо отшвырнула подальше и смыла со лба бурые разводы.

— И вина ни капли не осталось, — сердито сказала она, как будто не сама накануне задабривала своих спасителей. — Царапина ваша глубокая, лучше зашить.

— Чего там зашивать-то? Ты меня ни с чем не путаешь? Может, ещё цветочек мне на лбу вышить? Красавцем стану.

Сзади подошёл Рогланд, заглянул через плечо и подал тонкую круглую иглу и белую нитку.

— Ты с этим правда умеешь обращаться?

— Спасибо. На самом деле, лучше, чем с мечом. Меня воспитывали госпитальеры.

Рыцарь поднял бровь и обменялся с капитаном удивлёнными взглядами.

— Вот оно что! Так, ты в монастыре выросла.

— Не совсем. Я училась в Ордене. После того как мамы не стало. Боец из меня никудышный, — смущённо призналась Агнея, глядя через плечо наверх на рыцаря. — Зашивать раны, поверьте, я могу гораздо лучше, чем наносить.

— Тогда понятно, — хмыкнул Рогланд.

Ниточка была тонкая, почти прозрачная, но, когда Агнея попыталась натянуть её в руке, нить больно врезалась в пальцы.

— Что это, — распахнула глаза Агнея, — шёлк?

— Лучше, — улыбнулся Рогланд, — жила дракона.

— Что? — Агнея, как заворожённая, смотрела на белую полоску — Настоящая? Настоящего дракона?

— Настоящая, — оборвал её капитан, — мне долго сидеть?

Агнея заправила нить и соединила края раны. Она откинула со лба Сверра чёрную прядь, которая ей мешала, и осторожно промокнула кровь. Каждый раз, когда ей приходилось прокалывать кожу, она немного закусывала уголок губы и старалась вводить остриё как можно аккуратнее, сам капитан ни разу не вздрогнул. Рогланд сначала наблюдал, потом отошёл. Агнея сосредоточилась на шве и не спешила. Знакомые действия придавали уверенности. Только рядом теперь не было учителя.

Когда в Топорное ущелье попадали солдаты или охотники с ранами, Алвис приглашал леди присутствовать в зале и показывал, как нужно правильно зашивать. Всё изменилось после случая с сэром Осгри. Агнея была привязана к Осгри и воображала себя немного влюблённой. Вообще-то, всем девочкам полагалось быть немного влюблёнными, и учитель фехтования прекрасно подходил на эту роль. У рыцаря была жена, дородная и мягкая как перебродившее ноздреватое тесто, которое она целыми днями замешивала на кухне. Агнее казалось, что у настоящих рыцарей не должно быть таких жён.

В один злополучный день сэр Осгри вернулся со страшной раной от копья в животе. Никто не ожидал, что простая стычка с браконьерами может закончиться столь бесславно для искусного бойца. Ещё хуже был обломок древка — мелкая щепка, лишившая воина глаза. Алвис трудился над ранами, но лихорадка и нагноение только усиливались, спасти рыцаря было нельзя. Сэр Осгри страдал, временами приходя в сознание. Агнее никак не удавалось перебороть отвращение к гноящимся ранам и навестить раненого, не говоря о том, чтобы прикоснуться к нему.

Ночью во время дежурства она тихо подошла к занавеске, за которой лежал умирающий. Его жена сидела с ним рядом, почти облокотившись на грудь, и обнимала за руку. Сэр Осгри что-то шептал пересохшими губами, она отвечала ему весело, целовала нос, пустую глазницу, гладила волосы. Он так и умер, сжимая её руку, а его лицо на похоронах было спокойным и даже казалось счастливым.

Агнея больше никогда не брезговала ранеными.

Алвис говорил, что если бы она родилась мужчиной, то стала бы Мастером Хирургом. И сейчас Агнея была готова холить и лелеять капитана, лишь бы это позволило отвлечься, занять руки полезным делом, а голову избавить от тяжёлых воспоминаний.

— Вот так, — любовалась на свою работу Агнея. Чтобы отрезать нить, пришлось взять кинжал. Агнея провела пальцами по лбу. Шов получился идеально ровный и гладкий. Она ласково улыбнулась Сверру: — Через неделю будет как новенький.

Капитан смотрел на неё, не разделяя радости, внимательно и напряжённо. Агнея замялась:

— Больно?

Он хмыкнул, коротко мотнул и опустил голову.

— Вы шов пока не трогайте и… постарайтесь не хмуриться. Так быстрей заживёт.

Он опять не ответил.

Агнея поднялась с затёкших колен и едва не вскрикнула. Рогланд расстегнул дублет, верх рубашки был усыпан мелкими кровавыми пятнами. Однако, когда рыцарь разделся, стало понятно, что это всего лишь ссадина, хоть и весьма живописная, украшенная огромным кровоподтёком от шеи до лопатки. Рогланд недовольно осмотрел испачканную одежду, потом попытался выкрутиться, чтобы увидеть спину. Он заметил, что девушка наблюдает за ним, и уселся на землю, поджав ноги.

— Леди, не поможете и мне? — весело скомандовал он. — Нечестно! Этому верзиле достаётся самая приятная часть. Я тоже ранен.

Агнея подошла.

— Ох, сэр Рогланд, что же вам сказать, — в притворном испуге она осторожно вытерла с покрасневшего плеча капельки крови. — Шикарный синяк, но жить будете.

— Долго?

— Я помолюсь за это.

Он засмеялся, и Агнея не смогла удержать улыбки.

Она прошлась тканью по лопатке куда медленней, чем следовало. Агнее приходилось видеть немало мужчин. Рогланд был идеален. Широкие плечи, тонкая талия, плотные, мягкоочерченные мышцы. Агнея украдкой рассматривала спину рыцаря и его руки, пока не поймала насмешливый взгляд капитана. Сверр, похоже, разгадал её секрет. Щёки Агнеи вспыхнули.

— Признаюсь, я не питаю тёплых чувств к этим фанатичкам госпитальершам, простите, леди, — тем временем размышлял рыцарь. — Но надо бы и нам в замок парочку, а Сверр? Чтобы раны воинам промывали нежные ручки прекрасных дев.

— Ага. И половина гарнизона будет спотыкаться на ступеньках и бегать к госпитальерам, чтобы им подули на коленку.

Рогланд поймал руку Агнеи и едва коснулся губами пальцев. Невинно и церемонно выражая благодарность, при этом так подмигнул Агнее, что сердце подпрыгнуло. Рыцарь поднялся и пожал плечом:

— Я теперь уж точно постараюсь, чтобы в следующий раз меня пришлось подлатать как следует.

— Глупости, — грустно улыбнулась Агнея. Наблюдать за новой дракой ей совсем не хотелось.

— Ничего подобного, моя милая фея! Вы же видите, ради вас я уже готов лезть на копья. — Рогланд говорил совершенно серьёзно, а глаза у него озорно блестели. — Тогда я буду истекать кровью и призывать вас скорбным голосом. Вы же меня всё равно вылечите.

— Непременно.

— Одной вашей улыбки достаточно, чтобы боль унималась. Хотя… ещё ваше вино. От него я не откажусь и внутрь. Надо будет меня поить.