Чтение онлайн

Каким-то образом я опять очутился у колодца. Перегнулся через край. Кажется, все рассказал.

Наверно, потому, что я лежал грудью на твердом бревне, мне было трудно дышать. Я громко стал хватать ртом сырой колодезный воздух, и Катька сказала у меня за спиной:

– Ну, давайте сначала успокоимся... Что вы?

Все были спокойны, и никто не ответил.

– Я ведь дала ему колокольчик, - негромко добавила Катька.
– Может, он еще вернется... Не знаю, но, по-моему, для него есть надежда.

Я повернулся, чтобы спросить... Что спросить? Я расцарапал локоть о сучок, так быстро я повернулся.

– А зачем ему колокольчик?
– хмуро спросила Челка. Она сидела на корточках и гладила высокий одуванчик.

– Звонить...

– Острячка, - ядовито сказала Челка.
– Ну и не говори. Мне-то что...

Она дернула одуванчик и отшвырнула.

– Разве это секрет?
– спросила Пенка.

– Ну не знаю я!
– воскликнула Катька.
– Ну просто... колокольчик мы всегда найдем! Или я одна найду, потому что он мне в подарок! И Левку найдем, если он его не потеряет... Слышно-то далеко!

– Как ботало у коровы...
– протянула Челка.

– Дура!

– Нет, Катька, правда!
– сказал я.
– Тут ведь не корова заблудилась! Как - ты говоришь - как мы найдем Левку?

– Ясно, что не корова...
– бросила Катька.

– Ну?!

– Я не знаю... Что вы все? Ну, очень громко он звонит, его где хочешь услышишь! Если Левка хочет...

– За тысячу километров?
– спросила Челка.

– Да!

– А если он под водой?
– спросила Пенка.

– Какая разница! Хоть под землей!

Мы вздрогнули.

– Замолчи!
– приказала Челка.

Мне стало холодно, и я посмотрел на небо.

– Будет гроза...

Пиф и Зубастик встретили нас в башне. Не очень приветливо встретили. Зубастик сказал, что завтра он тоже встанет пораньше и устроит во дворе соревнования "кто громче". Будут участвовать лев, крокодил и он, Зубастик.

Нам почему-то не захотелось рассказывать им с Пифом о Левке.

– Хотите посмотреть кино про самураев?
– сказала Челка.
– В подвале есть телевизор... Руками ничего не трогайте!..
– закричала она вслед.

Почему-то мы поднялись в Левкину комнату.

Со стен на нас глядели смешные животные. Умные, почти живые... Левка говорил, что рисовать их было совсем несложно, потому что он не боялся. И они его не боялись...

Почему-то никто не сел на Левкину кровать.

В стекло ударил дождь.

– Джон вернется мокрый, - сказала Пенка.

– Успеет высохнуть, - отрезала Челка.

– Он еще не знает...

– Догадается.

– Катька, почему колокольчик может вывести Левку в другой замок? спросил я.
– Ты говорила...

Она дернула плечом.

– Колокольчик звонит - всех ищет. И его все будут искать... Пойдут к нему...

– А кто - все?
– почему-то жалобно спросила Пенка.
– Ну скажи - кто?

– Не знаю... Для нас это очень далеко...

Я опустился на пол и прислонился затылком к неустойчивой тумбочке.

Она тихонько гудела - оттого, что за окном шел дождь. Тот, кто понимает в музыке, мог бы различить в этом эхе мелодию - красивую или не очень... Наверно, это зависело бы от дождя. Сейчас дождь был сильный, но мелодии я не улавливал... А Левка говорил, что слышал ее несколько раз. "Как будто много инструментов играет, много и очень тихо, понимаешь?.." Ну и неудивительно - Левка-то умел и на гитаре играть, и петь...

А может, надо прислушаться еще? Ведь дождь и без тумбочки похож на музыку - у него есть ритм...

Все молчат. Что делает Катька? Челка? Пенка? Мне-то их не видно: я, кажется, сплю...

Левка все рассказал перед тем, как... Все свои поступки, все мысли.

А какие у меня были мысли?..

...А вдруг это случится и со мной?

"Пусть мой страх исчезнет."

Я прочитал это еще до того, как открыл глаза.

А когда открыл, то подобрал с пола желтую картонку.

– Смотрите!..

Левка написал, наверное, не для нас, а просто так.

Ниже, под заголовком, который я прочитал, было:

"Очень страшно. Я и не помню почему. Как мне объяснить им, если я не помню. Только, если я не пойду, так и буду все время бояться... ночью не спать. Пусть я иду. Я уже видел это в каком-то бреду. Я ничего не пугаюсь, и только смотрю по сторонам...

А по сторонам ничего нет. Ничего, что могло бы меня напугать. Когда я дойду до конца, я вообще забуду бояться, а сяду и засну. А потом я - уже другой, без страха за прошлое, выйду куда-нибудь... И буду вставать в семь часов... И не буду прогуливать школу. Буду есть по утрам манную кашу. И буду я сильным, ловким и смелым, и найду опять замок. А страха никакого не будет. Все."

Я перевернул картонку.

"Нет, не все. Я не мог заснуть и выпил сонной воды. И увидел такое, из-за чего все равно бы не остался. Даже и без коридора. Звонкий солнечный лес, я один иду, на плече моем маленький мышонок. Потом поля, зеленые луга, опять лес, навстречу волк, мы с ним смеемся, как вокруг хорошо. Мой мышонок испугался, я его уговариваю. Волки все теперь друзья. Замка нигде нет, но это больше не пугает. Зачем он теперь?..

Это был, конечно, бред, но я буду в него верить, ну, что так будет после коридора. Это ведь правильно? Пойду и не буду почти бояться. Все."

– А что это такое - про какую-то школу и про семь часов?
– спросил я.

– Песня, наверное...

– Ясно, песня, - сказала Катька.
– Последняя, ненаписанная.

Я решил напиться сонной воды и побывать в тех местах, о которых Левка написал на картонке. Может, и его там найду? Догоню?

Любой знает, что во сне можно добиться всего чего захочешь. Там даже больше возможностей, чем у нас в замке. Летать можно гораздо быстрее, говорить на языках незнакомых, превращаться в животных... И просто быть совсем не таким, как обычно. Особенно если засыпаешь и уже знаешь, зачем. Когда человек просто спит от усталости, сны ему снятся почти пустые... потому что ведь он заснул не ради снов, и они как будто обижаются и не раскрашиваются, скорее хотят кончиться.

Люди потому и не высыпаются, что не просят свои сны им помочь, чтобы сон пришел спокойный. А самый простой способ отдохнуть, когда спишь попросить прийти такой сон, будто ты какое-нибудь животное, превратиться в него и замереть в этом состоянии... Можно пожелать стать рыбой, тогда будешь отдыхать в озере. Если будешь львом, то вокруг тебя окажется жаркая равнина - саванна - твоя шкура пропитается африканским солнцем, и проснешься с новыми силами.

Я взял из шкафа чашку и налил из бутылки жидкость. Зашипело. Жидкость оказалась синего цвета; стремительно взлетали к поверхности белые пузырьки. Я не знал, как действует сонная вода, и, чтобы не свалиться внезапно, сел на диван.