Чтение онлайн

— Вилена… Игоревна… вы извините, что мы к вам так свалились, без предупреждения. Нежданные гости, сама понимаю, не такая уж великая радость. — Мы уже добрели до порога какого-то сумасшедшего строения- то ли замка, то ли усадьбы с башенками и крепостными стенами. Термин "эклектика" впервые стал настолько понятен мне, человеку, мало понимающему в архитектуре и дизайне. Дом Кирилла, простой и строгий, на фоне этого "чуда" показался идеалом человеческих творений…

— Кир сюда приезжает не в гости, а домой. И ему я всегда рада, когда бы ни приехал и ни пришел. А вы, Лиза, не очень-то и побеспокоили.

— Ну, одно то, как я на вас упала и вываляла в траве…

— Ай, бросьте. Я с собакой до этого все канавы уже облазила. Стоило поводок отцепить — унесло черт знает куда. Все нормально, Лиза, не заморачивайтесь. — Я думала, что Кир полон неожиданностей. Фигня. На фоне своей мамы он выглядел открытой книгой, исписанной жирным шрифтом и заглавными буквами. С транскрипцией, для особо непонятливых…

— А почему вы с ней возитесь, да еще в такую рань? Может быть… — Слова о том, что в доме должно быть до черта прислужников, самого разного назначения и калибра, так и рвались с языка. Но, отчего-то, застряли на самом вылете…

— Считай, что это моя старческая блажь. — Как отрезала. Таким тоном, что выяснять подробности сразу расхотелось. Видимо, какие-то веские причины есть у дамы, чтобы таскаться с невразумительной животинкой по мокрой траве и кустам. Такие, о которых лучше не спрашивать…

— Я тебе потом расскажу. — Кир шепнул на ухо, еще более усилив интригу. И углубив ощущение, что я попала в какую-то странную семью. Если выгул собаки — тайна… в баню их всех, с такими заморочками…

— Да какая ж старческая, позвольте?! У меня подруга выглядит старше вас, если не ровесницей. Не нужно уж так-то про себя. — И нисколько душой не покривила. Мама Янкевича выглядела великолепно. Если она не родила его в пятнадцать, то должна бы уже приближаться к полтиннику. Но ни фигура, ни походка, ни лицо, ни голос возраста не выдавали. И уж тут был реальный шанс хоть немного наладить отношения. Комплименты никому еще настроение не портили.

— А старость, милочка, не снаружи. Она изнутри приходит. Когда поймете, что это такое, мои слова вспомните…

Блин. Опять облажалась. Ну их, к черту. Решила, что буду молчать, пока сами о чем-нибудь не спросят.

Вот так, про себя бубня и отплевываясь, а внешне — сохраняя полную невозмутимость (насколько это возможно, семеня мокрыми кроссовками по блестящему мраморному полу, а потом — по шикарному ковру, знать не желаю, какой породы, чтобы еще больше не грустить), я добрела до выделенной мне комнаты.

кир, между прочим, тоже в ней со мной поселился.

— А как же правила и приличия, Кир? мы же, вроде как, не женаты… в благополучных семьях девиц с мужчинами в одном помещении не положено селить… — Откуда в моей голове взялись эти стереотипы? Из женских романов, не иначе. Моя родня, однозначно, даже не стала бы и вякать по этому поводу. Хотя бы из радости, что я показала им своего мужчину. Все предыдущие проскакивали быстро и всегда мимо родительских глаз. И даже бабушкиных. Что немаловажно.

— Лиз, мы взрослые люди. И возраст у нас далеко не юношеский. Кто будет заморачиваться на какие-то предрассудки? — Кирилл уже стягивал с себя футболку и джинсы, явно собираясь в душ.

— Я буду. Собирай манатки и вали в другую комнату. Я в доме твоей матери развратом заниматься не буду!

— Кгхм… Вот как? И с каких это пор мы стали такими щепетильными? Что-то я в прошлом за вами, Лизавета, ничего подобного не припомню. — Он, похоже, не мог определить: то ли смеяться, то ли разозлиться.

— А с таких, как стала для тебя "просто Лизой". — Не хотела даже заикаться, как меня задело такое представление, но вот же — выплыло, само собой…

— А в чем, собственно, дело-то? Я ж тебя не Марфой назвал, и не Агриппиной…

— Ни в чем. Вали отсюда и сам догадывайся. — Чтобы сомнений не было, даже помогла ему подобрать одежду, всучила в руки и распахнула дверь. На выход.

Он психанул и вышел. Конечно же, с выразительным треском по косяку. Маман, скорее всего, должна была слышать.

А мне было пофигу. Я тоже обиделась, и только сейчас поняла, на что.

Хотела упасть лицом в подушку (после душа, естественно) и пообижаться на полную катушку, так сказать, по все в себя включающей программе: и на Кира, и на его маму, и на Ирку с Андерсом, до кучи. Заодно — на себя, и на жизнь свою бестолковую, впридачу.

Но и этой мечте не позволили сбыться: дверь снова хлопнула, только теперь в обратную сторону, и в мою сторону выдали фразу:

— Через полчаса встречаемся за завтраком в столовой. Мать будет ждать. Если не запомнила дорогу, когда проходили мимо — просто дождись меня здесь. Зайду и провожу.

Ох, как мне этот тон не понравился!!! Проводит он… Да задолбается искать по чердакам и подвалам!

В общем, помыться и переодеться я смогла за пятнадцать минут. Еще пять — на тушь, карандаш и подводку. Ну, ладно, десять. Но я, все равно, выскочила из комнаты раньше, чем туда приперся Кирилл.

И даже не встретила его в коридорах и на лестнице. И, как назло, не заблудилась. Приперлась прямиком в столовую. Чтобы встретиться, нос к носу, с Виленой Игоревной.

— А что же вы одна, Лиза? Почему не вместе с Кириллом?

— У нас разногласия. Похоже, неразрешимые. Я сейчас быстро перекушу и уеду, если вы, конечно, не против. Не люблю злоупотреблять чужим гостеприимством.

— Да? И каким, интересно, способом? Пешком или на оленях?

— Такси вызову.

— Милочка. Такси сюда не ездят. — Все бы ничего, если бы не тон, противно-мягкий, как при разговоре с ребенком. — Вы лучше сядьте, покушайте, а потом разберемся.

— Значит, позвоню друзьям. Они приедут и заберут.

— И какой же у нас срок? Я так понимаю, что где-то в районе месяца?

— Что? — Видимо, проблемы с головушкой у кирилловой мамаши. Семейная какая-то беда…

— Ну, сколько недель беременности?

— У кого? У меня сейчас ни одна знакомая не ждет детей. — И как с ними разговаривать-то, с ненормальными? Говорят, лучше не спорить, а поддакивать. Но как и чему, если я ни черта не понимаю?

— Понятно. Значит, тесты еще не делали…

— Вы о чем, Вилена. Игоревна? — Черт. Вечно, что ли, буду спотыкаться на ее отчестве?

— Я, когда Кириллом была беременна, тоже себя так вела. Не совсем спокойно, иногда — неадекватно… — И посмотрела на меня со значением. Вроде, как я должна была все понять из этой фразы. Я тупила и молча пялилась на нее в ответ. Дождалась продолжения. — А о том, что нахожусь в положении, догадалась только на третьем месяце.