Чтение онлайн

Как только появляется возможность, он спешит в деревню, к Марии Алексеевне, где “ждет меня мой милый друг”, как писал он в стихотворении “Отпускная двум чижикам”. Однажды, уезжая в Черенчицы, Львов выпускает из клетки чижиков. В прозаическом вступлении к стихотворению написал: “Вот, мой друг, А.П. (Анна Петровна Полторацкая), отпускная, которую я дал двум своим чижикам, отпуская их на волю, перед моим отъездом из Петербурга, в деревню к М.А., дожидающей меня с весною”. И у него, как у предчувствующих свободу птиц, “сердце трепетным биеньем измеряет каждый миг и с сердечным восхищеньем ждет с тобой нас обоих”.

Мария Алексеевна оказалась идеальной женой: красива, горда, умна, при этом заботливая мать, рачительная хозяйка, она умело вела семейный бюджет, преумножая наследство для детей (в конце 1790-х гг. за Львовыми числилось более 2000 крестьян — состояние значительно выше среднего). [34]

Некоторые считали его любимцем фортуны, счастливцем. На это Львов отвечал: “Счастья тот лишь цену знает, кто трудом его купил”.

Львовым пришлось пережить немало тяжелых дней. “Черным годом” назвал Николай Александрович 1793—1794 гг. После рождения пятого ребенка, дочери Прасковьи (28.10.1793), у Марии Алексеевны началась тяжелая форма горячки, которая осложнилась потерей памяти и длительным нервно-психическим расстройством. В ноябре начались проблемы со здоровьем у Николая Александровича. В письме С.Р. Воронцову Львов писал: “...переломил руку, шесть месяцев глазами страдал, а теперь еще худо могу ими работать, а наконец, всего хуже, я чуть было не потерял Марию Алексеевну... я 10 лет в один год состарился”. [35]

Но были ль бы и здесь так дни мои спокойны,

Когда бы не был я на Счастии женат?

— напишет он после десяти лет семейной жизни. Жену Львов боготворил, она беззаветно любила мужа. В эпоху, когда часто, особенно среди дворян, браки совершались по расчету, их союз оказался на редкость гармоничным, превратился в легенду. Для Львова брак - непременно - взаимность, он представить не может жизни без любви, без Марии Алексеевны:

Родился,

Влюбился,

Женился

И жил, пока любил...

Русская дворянская усадьба восходит к боярской вотчине и дворянским поместьям XVI—XVII вв. Жизнь классической русской усадьбы коротка — век. Она зарождается после 1762 г., когда Петр III опубликовал манифест “О вольности дворянства”, запретивший порку дворян, разрешивший им уходить в отставку, выезжать за границу, покидать столицу и жить в своих поместьях. Русская усадебная жизнь — результат и выражение этой свободы. С изданием в 1861 г. манифеста Александра II “Об освобождении крестьян” закончился “золотой век” русской усадьбы, происходит перерождение, упадок усадебного строительства, утрата усадебной культуры. Державин пророчествовал:

Разрушится сей дом, засохнет бор и сад,

Не вспомнится нигде и имя Званка.

Время наивысшего расцвета усадебного строительства — екатерининская эпоха — 1770—1790-е годы, когда Россия застраивается усадьбами. Классицизм, господствовавший в усадебной архитектуре, как бы представил стиль столицы в деревне. Дома строились по типу городских дворцов: обязателен портик с колоннами, бельведер с флагштоком, сад и парк с каскадами прудов.

Многие архитекторы в эти годы занимаются усадебным строительством. Архитектору Львову, с его гениальным вкусом, удалось создать эталонные, на редкость поэтичные усадебные ансамбли.

География его творений широка: пригороды Петербурга и Москвы, Владимирская, Тамбовская, Новгородская губернии, Украина и, конечно, он не забыл свою родину — Торжок и Новоторжский уезд, недаром себя он называл — новотор, а друзья называли его “новоторжец”. Именно здесь он создает настоящий венок эмоционально выразительных усадебных ансамблей: Арпачёво, Митино, Василёво, Знаменское-Раёк, Горницы, Прямухино, Грузины — это отнюдь не полный перечень новоторжских усадеб, в формировании облика которых участвовал Львов. Его цель как зодчего — всеохватывающая гармония архитектуры, природы и человека.

Родовое гнездо — Черенчицы он обустроил полностью по своему вкусу, здесь архитектор был совершенно свободен в выборе средств и приемов. Назвал усадьбу своим именем — Никольское.

Строительством своей усадьбы он занялся с начала 1780-х гг., с создания хозяйственного комплекса. Во всех утилитарных постройках Львова неизменно воплощается принцип архитектуры классицизма: целесообразность, прочность, красота. Архитектор обдуманно располагает хозяйственные комплексы усадьбы: постройки, связанные с обработкой и хранением зерна — ближе к полям; кузницы — в склоне Петровой горы, близ прудов; в низине, вблизи лугов — скотный двор.

Хозяйственные сооружения, благодаря необычной архитектурной форме — дровяной сарай с классическим портиком, с колоннами, создающими галереи вокруг здания, землебитный скотный двор с шестиколонным портиком, погреб в виде пирамиды; кузница из дикого камня-валуна в холме — включены в парадную зону усадьбы.

Четырехкамерная кузница в Никольском строится одной из первых (на камне высечена дата: 1783), она как будто вросла в склон Петровой горы. В ней размещались горн и наковальня, отапливаемая комната для кузнеца, подсобные помещения для хранения угля, навес для ковки лошадей. Романтический декор кузницы — ниши наподобие гротов, арки из разноцветного камня-валуна — особенно выразителен был при вспышках горна. Близ Петровой горы Львов построил миниатюрную усадьбу для своего друга, Петра Лукича Вельяминова. Двухэтажный дом и хозяйственные постройки были землебитными. С балкона гостевого дома открывался вид на парк и пруды.

Львов всегда стремился “оживотворить живыми водами” усадьбы: журчанием ручьев, шумом каскадов и фонтанов. В Никольском очень профессионально была разработана гидротехническая система, которая включала несколько искусственных прудов, плотины, дренажную сеть, деревянный подземный водопровод, несколько ключевых колодцев. Живописная трехчастная нижняя система прудов замыкала английский парк перед домом. Водная гладь здесь сочеталась с каскадами из валунов, гротами и арочными мостиками, была устроена купальня и сооружен “храмик”, на острове возведена беседка, а полуостров украшал павильон-ротонда. Дно прудов было выстлано лещадью, откосы облицованы камнем. Для очистки прудов архитектор соорудил подземный деревянный водовод, верхний конец которого, закрытый деревянной пробкой, находился у дна пруда. Во время чистки пробка вынималась, и вода спускалась в отводную канаву. [36]

При въезде в усадьбу со стороны Торжка находился фонтан. Это оригинальное сооружение в виде грота, декорированного камнем-валуном и маской льва, из пасти которого вода падала в каменные чаши. [37]

Господский дом Львов спроектировал компактным, кубическим. Сохранилась гравюра с собственноручной надписью автора: “Дом в деревне Черенчицы, 15 верст от Торжка. Прожектировал, чертил, иллюминовал, строил, гравировал и живет в нем Николай Львов”. Дом, в два с половиной этажа, с бельведером, поставлен в центре усадьбы, на пригорке. Нижний этаж отделан рустовкой, а верхние украшены четырехколонным ионическим портиком. Позднее к центральному дому решили пристроить флигели, но, по-видимому, возвели лишь западный, а восточный если и построили, то был он деревянным и просуществовал очень недолго.