Чтение онлайн

Ульф помолчал, поглаживая курчавую викинговскую бороду, проговорил задумчиво:

– Не знаю, какой там высший разум всеми этими делами заправляет

и какую цель преследует, но ясно одно: мы здесь не случайные гости.

И тут мне пришло в голову одно соображение. "Меня осенило",

как пишут в книгах.

– Послушай, Ульф, - сказал я.
– Нам нужно создать какое-нибудь общество. То есть объявить о создании какого-нибудь общества. Скажем, общества "Через тернии к звездам"...

– Имени древнеримского мудреца Сенеки, - подхватил Ульф, мгновенно уловив мою идею.
– И дать объявление в "Вечерних новостях Столицы". Ежедневно давать объявления о создании акционерного общества.

Игорь, ты молодец! Давай продумаем детали.

И мы продумали детали.

Объявление о приеме заявок на вступление в акционерное общество "Через тернии к звездам" имени древнеримского мудреца Сенеки мы решили давать ежедневно с указанием адреса, по которому постоянно дежурил бы наш человек. Это Ульф брал на себя. Мнимая цель нашего мнимого общества - организация на севере континента с разрешения правительства добычи алмазов, которые и в этом мире были большой редкостью. Отсюда вытекало вполне приемлемое для любопытствующих объяснение странного названия: оно призывало преодолеть все трудности и раздобыть драгоценные камни, по красоте подобные звездам. Ну а древнеримский мудрец Сенека со своими словами о терниях и звездах был малоизвестным персонажем сказания какого-нибудь мелкого древнего государства. Концы с концами вроде бы сходились.

О подлинной же цели объявления вы, конечно, догадались. Да, мы с Ульфом исходили из того, что и афоризм, и имя Сенеки, и наконец, определение "древнеримский мудрец" станут сигналом для тех, кто, подобно нам, мог попасть в этот мир. Сигналом о том, что они не одни, и что их ждут. Мы надеялись,что такие найдутся. Придут по указанному адресу и скажут: "Швеция" или "Дания", или "Тулуза", или "Кривой Рог"... Придут. Очень хотелось, чтобы пришли. Пришли, преодолев театрализованные испытания, затеянные по чьей-то неведомой воле, пришли и вместе с нами двинулись к цели.

Потому что, казалось мне, я понял эту цель.

Нашу затянувшуюся беседу прервал светловолосый атлет с бицепсами циркового жонглера, которого звали Олином Медорием Эндором, или просто Олем.

– Пора уходить, - коротко сказал он Ульфу, входя в комнату.

Ульф поднялся.

– До свидания, Гор. Меня не ищи, я тебя сам найду. Все дела по нашему

Сенеке беру на себя.

Он подмигнул мне и вышел. Я двинулся было за ним, но Оль меня

остановил.

– Не спеши, Гор. Я в твои секреты вникать не собираюсь, не мое это дело. Но и ты наших секретов знать не должен, согласен?

– Так и должно быть. Больше шансов на успех.

– Вот и отлично. Поэтому не торопись, пусть Терий уйдет. Вернешься так же, как и попал сюда. Стод!

В комнате возник хозяин квартиры, мой давешний провожатый.

– Проводи.

Стод молча кивнул. Оль нахмурился и добавил, обращаясь ко мне:

– И прошу, приказываю: больше ни с кем никаких разговоров.

– Понял.

– А наблюдение мы все-таки будем продолжать, ты уж извини. И справки кое-какие наведем. Я по цепочке передам, там проверят.

Я пожал плечами.

– Проверяйте. Но у меня документы на чужое имя. Поддельные. Совсем недавно изготовленные. Я не Гор Линест Врондис, под этим именем меня здесь не знают. Впрочем, и под любым другим тоже. Но я с вами. Хочу помочь прикончить прелестных крошек.

– Та-ак ...
– Оль забарабанил пальцами по столу.
– Стод, что будем делать?

Стод прошелся по комнате, не выпуская меня из поля зрения.

– Поддельные бумаги не аргумент. Ни за, ни против, - рассудительно проговорил он, ожесточенно потирая подбородок.
– Знаю я кое-кого с поддельными документами. Вполне надежные люди. Опять же Терий его знает. И вообще Терий знает больше, чем мы. Надо передать по цепочке.

– Да говорю же, ничего это не даст, - вмешался я.
– И имя вымышленное, и о прошлом моем ничего не выясните. Гарантирую. Предположим, это тоже секрет. Главное-то что? Главное ведь - определить, разделяю ли я ваши убеждения, готов ли бороться вместе с вами. Можно это определить или нет?

Стод резко остановился.

– Он прав, Оль. Главное - убедиться, что он никакого отношения к стражам не имеет.

– Верно, - согласился Оль.
– Очень верно. Еще раз извини, Гор, но придется посидеть здесь немного. И дверь я закрою. Стод останется в коридоре, а я быстренько вернусь. Иначе никак нельзя.

– Не надо извиняться, я все понимаю. И на вашем месте поступил бы так же, - вздохнув, ответил я.

Они вышли и заперли дверь. Я сел на диван и прислушался, стараясь уловить хоть какой-нибудь звук из-за стен, но вокруг стояла, как говорится, мертвая тишина.

Оставалось только удивляться, как этим парням, не имеющим никакого опыта конспиративной работы, удалось создать разветвленную и строго засекреченную организацию. Как они, воспитанные с детства в духе почитания монарха, являвшегося земным олицетворением небесных сил, решились на столь не угодное императору, а значит, и богу дело, как покушение на атомное могущество Корвенсака? Жажда жизни оказалась сильней веры в бога? Чаша жизни перевесила чашу загробного воздаяния? Кто-то ведь первым решил для себя, что лучше хорошая жизнь здесь, на земле, чем проблематичное существование после смерти, о котором никто из живых ничего не знает, а мертвые не шлют никаких вестей. Кто-то решил, и зажег других, и все больше становилось убежденных в том, что лучше жить здесь и сейчас без непрерывной угрозы атомной смерти, чем там, в неведомом мире, которого, возможно, и вовсе не существует. И возникла организация... Или все происходило совсем по-другому?

Я уже начал подумывать, что заключение мое продлится до утра, когда дверь распахнулась и Стод с Олем осторожно внесли в комнату опутанный проводами тяжелый аппарат.

– Это, конечно, детектор лжи, - поднимаясь, сказал я.

– Он самый, - подтвердил Оль и взгромоздил аппарат на стол.

Стод распутал провода, закрепил на моей голове и запястьях блестящие прохладные обручи.

– Задаем только один вопрос, - предупредил Оль, согнувшись над аппаратом.
– Твоих секретов нам не надо, поэтому только один вопрос.

– Валяй, спрашивай, - согласился я.
– Спрашивай, не есть ли я переодетый тайный страж общественного спокойствия.

Я не волновался. Если детекторы лжи в этом государстве работали исправно - в в этом убеждал случай с членом Совета сорока пяти, - то мне ничего не угрожало.

– Так и спросим, - сказал Оль.
– Скажи, Гор, только искренне, имеешь ли ты какое-то отношение к стражам?

Он и Стод уставились на детектор, а я неторопливо ответил:

– Совершенно искренне заявляю, что не имел и не имею ни малейшего отношения к стражам общественного спокойствия. Совершенно искренне заявляю, что хочу вместе с вами попытаться ликвидировать атомные заряды, расположенные под императорским дворцом и тем самым устранить угрозу уничтожения Страны.

– Пррядок!
– успокоенно сказал Оль.
– Готов в очередной раз принести извинения.

– А я готов в очередной раз ответить, что извиняться не надо.

Такова жизнь.

Стод собрал обручи и провода, Оль просветлел лицом, но тут же, словно спохватившись, нахмурился.

– Гор, еще раз повторяю: ни с кем никаких разговоров. Будем молча

делать каждый свое дело, а в нужное время встретимся в нужном

месте. А увидишь меня на улице, или его увидишь - не узнавай. Понял?