Чтение онлайн

Облака в пустыне -- редкие гости. Бывает, что целый месяц не увидишь в небе тучки. Если же летчик долгое время не летает в облаках, то теряет навыки в полетах по приборам. Эти навыки в некоторой степени можно поддерживать полетами на учебно-боевом самолете, где имеются две кабины, из которых одна закрывается шторками. Но в полку мало было таких самолетов.

– - Давайте проводить полеты в закрытых кабинах на боевых самолетах, -предложил Поддубный.
– - Инструктор будет подавать команды по радио, ограждая напарника от ошибок. Получится почти то же самое, что при полете на двухместном самолете.

– - То, да не то, -- возражал Семен Петрович.
– - Потеряет летчик пространственную ориентировку, тогда что? За хвост самолет не поймаешь!

– - Разрешите мне попробовать с Дроздовым?

– - Ну пробуйте.

Оказалось, что так летать можно. Начали летать на боевых самолетах в закрытых кабинах командиры эскадрилий, затем командиры звеньев и, наконец, летчики, имевшие соответствующую подготовку. Эта новость дошла до дивизии. Прибыл инспектор, чтобы удостовериться на месте. А спустя некоторое время полковник получил указание: "Начать полеты под колпаком на боевых самолетах".

Семен Петрович вышел из класса покурить. Как и вчера, и позавчера, нещадно палило солнце. До чего ни дотронешься -- раскалено. Возле столовой двое солдат обливали друг друга холодной водой. Захотелось и полковнику освежиться.

– - Ану, полейте-ка на меня, -- обратился он к шоферу водовозки, снимая китель и подставляя под шланг широкую спину.

Вдруг над аэродромом показался одиночный самолет. Либо кто-то из летчиков заблудился, либо начальство прилетело.

Полковник поспешил в штаб и оттуда позвонил на аэродром.

– - Кто там летает?

– - Подполковник Удальцов запросил разрешение на посадку, -- доложил диспетчер.

– - А-а, ну так принимайте его.

Подполковник Удальцов командовал одним из полков дивизии. Между ним и полковником Сливой в течение нескольких лет продолжалось негласное соревнование. Прибудет Семен Петрович в штаб дивизии, обязательно поинтересуется, сколько часов налетал полк Удальцова, какие упражнения выполнил, какие не выполнил. То же самое делал и Удальцов. И если находил, что у него показатели лучше, говорил:

– - Гаснет, Семен Петрович, трубка, гаснет!

Если же показатели были лучше у Семена Петровича, тот в свою очередь подтрунивал над соседом:

– - В хвосте плетешься, Иннокентий Михайлович, не к лицу это Герою Советского Союза! Не с кого брать пример нам, простым смертным...

Соседи-командиры дружили между собой -- хотя Удальцов был моложе Сливы лет на пятнадцать, -- и частенько навещали друг друга. При этом не упускали случая указать на замеченные неполадки.

– - У вас, Семен Петрович, авиационные специалисты вне строя, табуном ходят на стоянку самолетов. Непорядок!

– - Разве?

– - Сам видел.

Но полковник Слива не оставался в долгу:

– - Пусть так, но и я кое-что подметил на твоем аэродроме, Иннокентий Михайлович! Автобус для летчиков обшарпан, совсем как в отстающем колхозе. Да и телефонная связь... одна порча нервов.

Расставались командиры и брались за дело. Семен Петрович читал мораль инженерам за то, что "распустили младших авиационных специалистов".

– - Сраму из-за вас набрался.

А подполковник Удальцов звонил командиру обслуживающего подразделения:

– - Соседи потешаются над автобусом, который ты подаешь для перевозки летчиков. Обрати-ка внимание! Может, найдется килограммчик краски, чтобы освежить, а? Подмажь, сделай милость! А телефоны у нас -- одна порча нервов!..

Аварийность, возникшая в Кизыл-Калынском полку, прекратила эти взаимные посещения и соревнования. Обоим командирам стало как-то неловко вести прежние разговоры. Что уж за показатели, какое может быть соревнование при аварийности! Семен Петрович и Иннокентий Михайлович встречались теперь лишь на совещаниях у командира дивизии, что бывало не так уж часто.

И вот неожиданно Удальцов прилетел.

– - С чего бы это?
– - недоумевал Слива.

Отправив на аэродром "Победу", Семен Петрович похаживал по штабу, придираясь к каждой мелочи и без конца делая замечания подчиненным. Прежде всего он напал на дежурного по штабу.

– - Это что?
– - указал он на окурок в углу.
– - Прибрать, подмести! Быстрее!

– - Есть!
– - вытянулся дежурный.

– - А у вас чего кобура обвисла, как свиное ухо? Силушки не хватает потуже пояс затянуть?
– - набросился он на дежурного по полку.

– - Жарко, товарищ полковник!

– - Подтянуться!

– - Есть!

В коридор выбежал писарь в расстегнутой гимнастерке.

– - А ну, ко мне, -- поманил его полковник.
– - Ты что ж это, голубчик, разбойником носишься по штабу?

– - Начштаба подполковник Асинов разрешил, больно душно, -- ответил писарь, солдатик первого года службы.

– - Разрешил? Коль разрешил -- дело иное. Но ты все-таки застегнись, голубь!
– - и полковник провел рукой по колючей, стриженой голове солдата.

– - Есть, товарищ полковник!
– - проговорил польщенный отцовским вниманием солдат.

Не найдя, к чему бы еще придраться, Семен Петрович зашел в кабинет и тоже начал готовиться к встрече. Убрал со стола лишние бумаги, набил табаком трубку и послал посыльного за бутылкой минеральной воды.

За окном просигналила "Победа" -- это Челматкин предупреждал командира о приезде гостя. Семен Петрович подошел к окну. Блеснув на солнце Золотой Звездой Героя, Удальцов бравым шагом вошел в штаб.

– - Здравия желаю, Семен Петрович!
– - приветствовал он Сливу еще из коридора.

– - Здравствуйте, Иннокентий Михайлович!
– - воскликнул Слива и бросился навстречу гостю с распростертыми объятиями.

– - Как живем-можем в царстве песков?

– - Так и живем. А ты чего тут летаешь, гудишь, варанов и тушканчиков пугаешь?

– - Дело есть, сами же затеяли, Семен Петрович!

– - Какое дело?

– - Забыли?

– - Нет, в самом деле?

Удальцов хитро прищурил глаз.