Чтение онлайн

– Взгляни, Вайрика: весь цвет королевства Льюрского, ничтоже сумняшеся, явился нас посрамить. Вон, дарген Экслинский: немолод уже, но боец испытанный. Родной брат матушки Бариолы, между прочим - неужто на родную кровь копьё поднимет? Шэммун Вэндорский: именит скорее древностью рода, нежели собственной доблестью. Младший сын эркассара Арзуасского... ну, этот просто юнец горячий. И ещё... Священное Пламя! Никак, старая шэммуни Интанская?! Дуэлянтка, солдафонка, самодурка; трёх мужей в могилу свела, четвёртого догрызает. А уж дворни насмерть перепорола!.. Никак не уймётся, ведьма.

– Матушка покойной Гераны?
– вспомнила Суламифь, омрачась.

– Недолго в трауре ходила, - подытожил Эрихью, но рассеялся мигом.
– Позвольте, где эркассари-наследница Бриннская? Не на трибунах же, среди придворных клуш, неспособных отличить древко копья от наконечника? Нет, здесь она: вон её стяг. Серьёзная соперница, такой и проиграть не зазорно... И, конечно, Олем Северный, сарнийская кровь, нипочём такую потеху не пропустит. Его герб с илагром, владыкой морских глубин, в королевстве один такой. Вишь, своего священного зверя увековечили. Язычники!
– заключил вполне беззлобно.

– И берсерки, по слухам. Осмелишься ли, милый, преломить копья с берсерком?
– поддразнила Суламифь.

– Нет ничего проще. Особенно если, бросая вызов, он латы на себе разорвёт!

Незаметно протянув руку, Суламифь надвинула на лицо Эрихью забрало шлема. Оба расхохотались.

– Да, Вайрика: как рана твоя?
– Отсмеявшись, Эрихью вновь явил свой лик; заботливо взглянул на землянку.

– Рана?
– Девушка позабыла уже, о чём речь - Пустяки... всё давно в порядке.

– Лекарю-исцелися-сам, - пошутил Эрихью.

Пританцовывали единороги под сёдлами - тоже предвкушали. Играло солнце на доспехах и щитах воинов, на остриях их копий, на сбруе скакунов; разноцветные стяги полоскались на ветру. Зрители болтали, смеялись, бились об заклад; там и сям общий гул перекрывали приветственные клики.

Варварская картина - но грех сказать, чтобы была она неприятна конфедератке. И публика докосмическая: взбалмошная, недисциплинированная, но в целом доброжелательная. Отчего бы не выступить перед нею. И дома Суламифь принимала участие в многоборьях летних и зимних, да и в командных состязаниях, вроде квиддича, тоже. Обычное дело.

– Вскоре после турнира батюшка в Меран отплывает, - вспомнил Эрихью.
– Очередная попытка обратить туземцев в Веру Истинную. Без посредства огня и железа.

– Благородное сердце.

Суламифь лишь плечами пожала под доспехом. Сколько ещё захватнических войн в истории Элкорна - и в прошлом, и в будущем. Когда-нибудь осуществится здесь и геноцид в полном объёме. По иронии судьбы - не ранее, чем юное человечество осознает себя Человечеством. Оборотная сторона великих географических открытий и глобализации.

– Жаль, мы с тобой молоды для подобных миссий, - молвил Эрихью полумечтательно, полуразочарованно.
– Не путешествовать нам с учителем.

И Суламифь кивнула. К чему лишний наблюдатель на островах Меранских? Каждый за свою территорию в ответе.

– Очень рассчитывает батюшка, что вскорости королевству Льюрскому станет не то что до меранцев - не до Святой Земли даже. Ты понимаешь...

– О чём секреты, дети мои?

Резко вскинулся Эрихью. Изогнув в усмешке тонкие губы, матушка Бариола осадила единорога почти вплотную к нему. Отец Одольдо приближался неторопливо, пустив скакуна свободным шагом.

У-у, змея подколодная!
– мысленно (но уловимо для Суламифи) прошипел Эрихью.

– Святая Аризия да пребудет с вами, матушка, - молвил вслух.

– День добрый, Ваше Преподобие, - поклонилась и Суламифь.

– Так о чём беседы потаённые?
– От настойчивости Бариола приветствием пренебрегла, равно как и благословением.

– О дипломатии, - ответствовал Эрихью сколь возможно сдержанно.

– Оставь молодёжь в покое, сестра моя. Похвально, что сии отроки в высоком искусстве политики сведущи, не так ли?

Одольдо присоединился к остальным, глаза его светились юным задором. Бариола прощупала всех будущих противников на турнире взглядом подозрительно небескорыстным. Выискивает ли давнего кровника Вайрики фер Ламбет? раздосадована ли отсутствием такового? Знать бы наверняка. Увы - врождённая телепатическая блокировка, не пробиться.

Обозрел и Одольдо поле грядущих ристалищ. Полушутливо простёр длань над сотоварищами.

– С благословенья Единого, и да хранит нас Священное Пламя. Час пробил!

С четырёх концов арены разом грянули медью трубы; затем рявкнули герольды - возвестили прибытие королевской фамилии, да заодно оглушили землянку, непривычную к столь громким изъявленьям уважения. Едва успела она обнажить голову в общем порыве со всеми. Кстати вспомнила: на осенних турнирах, организованных двумя влиятельнейшими монашескими орденами, всегда присутствует и глава Церкви далуорской, не только представители мирской власти...

Пышная процессия свершала, под ликованье трибун, круг почёта по арене. Внушительная стража возглавляла и замыкала шествие: впереди - дюжина юношей из личной гвардии короля; позади - столько же девушек, телохранительниц королевы. Первая из высоких гостей, на сером в яблоках скакуне - Владычица Аризия, рослая, величественная, в богатой кольчуге, при церемониальном мече. Следом - правящая чета. Глава Королевского Дома, Дерьен Шестнадцатый: длинный, тощий, разнаряженный с безвкусной роскошью, с лицом каким-то неопределённым, но отмеченным многими пороками. ("Слаб умом, хил здоровьем" - кстати припомнилось из древних земных летописей. О ком бишь из горе-правителей? немало их таких перебывало, и отнюдь не на Земле одной). И супруга государя, Раффида Реватская: в себя углублённая, в неизменном траурном платье... давно не до развлечений ей, тайной вдове.

Наследник трона - бледноватая копия отнюдь не блестящего отца - прибыл с невестой своей, Эльвой Торнской. Та страдала - не только в Конфедерации о том знали - инфантилизмом, да ещё ходили упорные слухи об её наследственном бесплодии. Немало потрудились королева и Владычица сотоварищи, дабы свершилось это сватовство, в обход лимиек. И, как всегда, неразлучны были младшие принцессы, рождённые королевой - весь мир далуорский знал да помалкивал - от принца-регента.

Ринна и Орта, отроковицы семнадцати и пятнадцати лет. Старшая выглядела более тренированной, младшая - более интеллигентной. Очень они были симпатичны наблюдательнице, да и вся Конфедерация возлагала на них немалые надежды. Когда вырождается правящая династия, дворцового переворота не миновать; история же знала и много худших узурпаторов.

В последние перед состязанием минуты Суламифь не отказала себе в исследовании настроений праздничной толпы. Определила: самые искренние восторги выпали на долю королевы и Владычицы. Главе Королевского Дома достался весь казённый официоз. Наследный принц - тот вовсе, казалось, не воодушевил никого. Принцесс-бастардов не решались пока приветствовать открыто.

Процессия поднялась на трибуну, заняла целый ярус в секторе знати. Прежде чем сесть, Владычица простёрла руку всеохватным жестом. Вмиг улеглась буря криков, и воцарилась благоговейная тишина.