Чтение онлайн

Вопрос о том, куда женщина тратит такую прорву времени, собираясь покинуть пределы квартиры, относится к тем величайшим тайнам мироздания, на разгадку которых человечеству уповать не следует.

А раз так, я привык смотреть на это с мудрым спокойствием философа, не унижаясь до суетных ежечасных напоминаний и язвительных вопросов о примерной дате окончания сборов.

Сегодня мы собрались выйти прогуляться. Просто прогуляться – я акцентировал на этом моменте внимание супруги, заметив, что визит в одно из иностранных посольств, а также посещение каких-либо светских раутов не входит в наши планы на вечер. Не то, чтобы я рассчитывал, что мои слова достигнут сколько-нибудь значимого эффекта, но не сказать их я все же не мог.

Я всегда гордился своей выдержкой и хладнокровием, поэтому Иркино обещание быть готовой через полчаса я не встретил холодным саркастическим смехом. Я лишь улыбнулся и завалился на диван со сборником англо-американской фантастики, купленным вчера по случаю.

К сожалению, при покупке я был недостаточно внимателен, и оказалось, что почти половину рассказов я читал раньше. Но остальные меня не разочаровали, я проглатывал их один за одним, и меньше, чем через два часа книга была прочитана.

От нечего делать пару старых рассказов я пробежал глазами еще раз, но большого удовольствия от этого занятия не получил. Память у меня отличная, и предугадывать практически каждое слово – это совсем не то, что читать свежий текст.

Передо мной встала проблема, чем себя занять. Включать телевизор не хотелось, браться за новую книгу – тоже. Именно этим своим состоянием я могу объяснить тот факт, что я в высшей степени наивно клюнул на Иркин крик из спальни: «Слава, я через пять минут, собирайся!»

В наказание за свою доверчивость следующие полчаса я провел в кресле полностью одетым. Но все в этом мире рано или поздно заканчивается, хотя когда ждешь женщину, в справедливости этой истины начинаешь сомневаться.

Ирина появилась в дверном проеме, приняв эффектную позу и наблюдая за моей реакцией. И я таки среагировал, потому что, скажу вам, было на что. Ирка довольно улыбнулась и сделала плавный пируэт. Я поддержал нижнюю челюсть рукой. На всякий случай.

– Послушай, – сказал я, возвратив челюсть на свое привычное место. – Я и понятия не имел, что в твоем гардеробе есть эта… – я замялся.

– Юбка? – подсказала супруга.

– Ну… – я с сомнением почесал подбородок. – Можешь ее так называть. Мне кажется, что ей и до набедренной повязки еще расти и расти. В прямом смысле.

– Скажешь тоже, – фыркнула Ирка. – Обычная мини. Не такая уж и короткая, целых тридцать сантиметров. Я ее вчера купила.

– А, – глубокомысленно заявил я. – Почему-то никогда раньше не замечал за тобой склонности к коротким юбкам.

– Но теперь-то я беременная! – пояснила жена.

С полминуты я искал связь. Не нашел. Пришлось попросить разъяснений.

Ирка вздохнула и с неохотой (три к одному, что показной) принялась вещать. В пример она привела Юльку, свою не самую близкую подругу, которую я почти не помню. Юлька, оказывается, в жизни не носила ничего выше колена, а в последние месяцы беременности в буквальном смысле рыдала навзрыд над тем, что не может надеть мини-юбку.

– И что? – все еще не понял я. – После родов ее мечта наконец осуществилась?

– Да ну! – Ирина махнула рукой. – Накупила себе короткого заранее, но так ни разу и не надела. Почему ей хотелось мини носить? Потому что позволить себе не могла! А когда можно стало… – вместо окончания фразы последовал новый взмах изящной ручки.

– Но ты-то вполне можешь себе это позволить.

– Правильно. Поэтому и надела.

Супруга смотрит на меня как на отсталого ребенка. Я и правда чувствую себя соответствующе. У кого-то из нас явные проблемы с логикой, – к такому выводу прихожу я в конце концов.

Я набираюсь решимости разобраться в этом вопросе окончательно. Но тут замечаю в Иркиных глазах веселых чертиков. Через секунду чертикам становится тесно в глазах, и они выскакивают наружу в виде заливистого смеха.

Я тоже улыбаюсь.

Возможно, вы считаете нас немного сумасшедшими? Если честно, я тоже. Но что нам остается делать?

Что будет делать человек, когда узнает, что жить ему осталось чуть больше двух месяцев?

Что он будет делать, если узнает, что и всему миру отмерено не больше?

Крепко ударится в религию?

Начнет тонуть в стакане с водкой?

Пустится во все тяжкие, в бесплодной попытке отведать все возможные развлечения от ЛСД до группового секса?

Ляжет на кушетку и не захочет больше вставать?

Вариантов много. Мы выбрали самый простой и одновременно самый сложный. Мы решили продолжать жить. Просто жить, словно ничего не случилось.

Конечно, получалось у нас неважно. Иногда просто плохо.

Но мы старались изо всех сил.

Мы никогда не говорили о том, сколько дней осталось. Хотя, просыпаясь утром, я в первую очередь мысленно отрывал очередной листок от невероятно тонкого воображаемого календаря. Но жить мы пытались так, словно у нас впереди вечность.

Обсуждали, где будем отмечать мой день рожденья в октябре, купили Ирке новые сапоги на осень. Строили планы на будущее, которого у нас не было. Которого ни у кого не было.

Когда Ирина сказала о своей беременности, я на самом деле, по-настоящему был счастлив. Боль и обида пришли позже, но я гнал их от себя. Старался наслаждаться каждой минутой отпущенного нам короткого счастья, но без надрыва, без искусственности.

Ирка удивляла меня несказанно. Я ожидал частых истерик, боялся их, но, как оказалось, совершенно напрасно. Напротив, складывалось впечатление, что она переносила все значительно легче меня. Если я по большей части играл в жизнь, то Ирина просто жила. Почти все время.

Лишь пару раз я заставал ее на балконе беззвучно плачущую в ладоши. Она меня не видела, и я неслышно уходил из комнаты.

Трусливо уходил. Или мудро, не знаю. А может быть, это одно и то же.

Через пять минут Ирка выходила ко мне с сияющим лицом и предлагала что-нибудь предпринять. Сегодня предложила погулять по городу.

Разумеется, босоножки Ирина выбрала на самом высоком каблуке. С критическим видом осмотрел я чрезвычайно сексапильную особу, стоящую передо мной.