Чтение онлайн

Вообще, нас называют идеальной парой. И заочно, и в глаза. Слышать такое бывает иногда довольно неуютно, но всегда очень приятно. Наверное, мы и вправду идеальная пара, если такие вообще существуют в природе.

Я разложил шампуры на мангале и, отойдя на шаг назад, полюбовался этим замечательным зрелищем. Ника смотрела на меня сквозь длинную челку, которая выбилась из-под заколки в виде бабочки и упала на глаза. Так смотрела, что мне стало хорошо и очень весело.

– Какое мясо предпочитает мадам? – осведомился я, склонив голову чуть набок и повесив на согнутую руку несуществующее полотенце.

Ника моментально вошла в роль капризной посетительницы дорогого ресторана.

– Мадам предпочитает вкусное мясо!

– О, разумеется! – я склонился в полупоклоне. – Но я имел в виду, как это мясо должно быть приготовлено. Недожаренным или подгоревшим?

– А можно что-нибудь среднее? Чтобы и прожарилось и не подгорело?

– Безусловно, мадам…

– Вот и замечательно! – Ника захлопала в ладоши.

– Но не в нашем ресторане! – закончил я строго.

Ника заливается звонким смехом. Она всегда смеется над моими шутками, даже когда они не помечены знаком качества. Иногда такие приступы веселья могут длиться минут десять, Ника захлебывается смехом, у нее уже нет сил смеяться, а остановиться никак не может. В ней еще осталось так много от шестнадцатилетней девчонки, которую я когда-то полюбил. Она и внешне почти не изменилась. И фигура сохранила девичью подтянутость, хотя она никогда не мучила себя диетами, и лицо не утратило того юного задора, который обычно исчезает с появлением взрослых проблем. Ей никогда не дают ее лет.

В этот раз Ника отсмеялась довольно быстро. Правда, когда она шла к нашему импровизированному столу – расстеленному на траве одеялу – ее плечи еще тихонько подрагивали, но уже больше по инерции.

Вырваться из городской суеты в лес, на шашлыки удается так редко. До обидного редко. Но от этого наслаждение от каждой минуты тишины, от каждого глотка чистого лесного воздуха еще ярче. Этим летом мы устраиваем пикник всего второй раз. Но первый – это был шумный выезд с компанией друзей, громкой музыкой, и таким же громким купанием в речке. Удовольствие тоже незабываемое, но совсем другого рода.

Мы любим своих друзей, но компанию друг друга не променяем ни на что.

– Готовность номер один! – громко объявил я, и Вероника развила бурную деятельность.

На покрывале как на скатерти-самобранке начали появляться пластиковые тарелочки с зеленью, помидорами, нарезанным сыром. Я не люблю сыр, а Ника, наоборот, жить без него не может.

Несмотря на мои шутливые обещания, шашлыки удались. То, что надо. А что еще можно сказать? Между прочим, слово «шедевр» как раз произошло от французского выражения «то, что надо», «так, как должно быть». Я откупорил бутылку вина и плеснул содержимое в протянутые Никой стаканчики. «За нас!» – произнесли мы в один голос наш любимый тост. И засмеялись этой синхронности. Чокнулись – смешно чокаться пластмассовыми стаканчиками – и я обнял ее за плечи.

Купаться Ника пошла первой. Я, слегка одуревший от вина, мяса и яркого солнца, пообещал ей присоединиться через пять минут. Но, проводив взглядом ее удаляющуюся фигуру в открытом купальнике, тут же сократил это время вдвое. Если бывают в жизни моменты, когда человек совершенно счастлив, то это, несомненно, был один из них.

Но и одной минуты мне не удалось полежать спокойно. Я не услышал плеска воды, зато услышал восторженный Никин визг и последовавший тут же крик:

– Какая прелесть!

Следующую фразу я уже угадал, мы все-таки десять лет женаты.

– Костя, беги скорее сюда! Ну, скорее!

Издав намеренно тяжелый и громкий вздох, я встал на ноги. Что же она там нашла? «Какой прелестью» могло оказаться все, что угодно. В том числе и то, что никак не попадало под мое понимание прелести.

Не знаю, почему, но к Нике я шел полный дурных предчувствий. Подсознание упорно не хотело верить, что меня ждет нечто приятное или по крайней мере совершенно безвредное. А я привык прислушиваться к своему подсознанию. Просто оно редко меня подводит…

Исключения только подтверждают правила. Я был искренне рад, что обманулся в своих предчувствиях. К тому же лишний раз убедился, что каждая настоящая женщина по сути своей является ребенком. Правда, женщины то же самое говорят о мужчинах, на что нам, мужчинам, остается только снисходительно улыбаться. Но вот вам пример, который вряд ли оставит у кого-нибудь хотя бы тень сомнений.

Вероника держала в руках небольшой стеклянный шарик. Размером с теннисный мяч, полупрозрачный и переливающийся на солнце всеми цветами радуги. На самом деле изумительная вещь! Я мог бы десять раз пройти мимо этого сокровища и, если бы был в хорошем расположении духа, возможно даже наподдал бы его ногой. У Ники же был такой вид, будто она нашла пропавшее золото инков. Она держала шар на вытянутой руке и, слегка поворачивая его из стороны в сторону, ловила солнечные блики.

– Что это, Ника? – не проявить заинтересованности было бы непростительной ошибкой с моей стороны. Я не хотел портить чудесно складывающийся день.

– Шарик.

Замечательный ответ! М-да, впрочем, стоит признаться, вопрос не лучше…

– Я имею в виду, что это за шарик?

– Костик, ну кто из нас двоих с высшим образованием?

– Прости, любимая, у нас не было курса шариковедения.

– Жаль… – Ника начала крутить шарик вокруг своей оси.

– Где ты его взяла?

Черт! По-моему, задавать идиотские вопросы входит у меня в привычку. Но Ника не обратила на это внимания.

– Здесь лежал, прямо на тропинке.

– Можно посмотреть? – я протягиваю руку.

Больше всего мне хочется как можно быстрее завершить лицезрение шарика, согласиться взять его домой и пойти, наконец, купаться. Перспектива окунуться в прохладную воду озера настолько соблазнительна, что я готов на все, лишь бы приблизить этот миг. Солнце печет немилосердно, и на моем затылке запросто можно поджарить яичницу. В воду, в воду, скорее в воду!

Я несколько мучительно долгих секунд делаю вид, что внимательно разглядываю шарик. Действительно, не то стеклянный, не то из прозрачного пластика. Не совсем, впрочем, прозрачного, свет сквозь него видно, но рассмотреть ничего нельзя. И цвет… Интересно сделана вещица, то шарик вроде красноватый, а чуть повернешь – уже отсвечивает голубым.

– Очень красиво. Пойдем купаться? – изо всех сил надеюсь, что переход не получился чересчур резким.

– Пойдем! – легко соглашается Ника.

Она протягивает руку за шариком. Какое-то мгновение мы держим его вдвоем. И тут раздается едва уловимый щелчок, и – я не верю своим глазам – одна половина шарика чуть заметно поворачивается относительно другой.

Казалось бы, что в этом удивительного. Но еще секунду назад я был полностью уверен, что у этого шарика нет двух половин. То есть… мысли путаются… я хочу сказать, что шар выглядел абсолютно цельным и монолитным. Я задумчиво беру его в свои руки, Вероника не противится этому. Она, по-моему, тоже удивлена. Во мне просыпается исследователь.

Теперь уже я без всякого притворства пристально разглядываю находку, пытаясь разглядеть малейшую щель в плоскости поворота. Ничего! Ни зазора, ни черточки. Я провел по поверхности шара ногтем – гладко, абсолютно гладко.

– Ника, мне показалось, или?..

– Или, Костя, – Вероника твердо кивает головой. – Потому что мне показалось то же самое.

– Но посмотри! – я подношу шар к самым Никиным глазам. – Здесь же просто нечему крутиться. Может быть есть какое-то объяснение…

– Костя!