На пороге неба Часть Первая
Шрифт:
Эльфийская девчонка закричала, что папа Айон — дракон. Интересно, откуда столь важные вести? Я повернулся к побледневшей Айонель, услышав об отце, она по-настоящему испугалась. И теперь смотрела на меня с ужасом.
В любом случае, первым делом я оборвал болтушку:
— К чему эта клевета, Микланель? Пока ты не предоставишь доказательств, а их быть не может, Айон происходит из знатного благородного эльфийского семейства, столь откровенная ложь в первую очередь очерняет тебя. Это раз. И второе, сегодня же напишешь на мое имя официальное извинение, которое я покажу всем. Так как подобные глупости необходимо пресекать на корню. Тебе понятно?
Выставив девиц, я подхватил Айон на руки, перенес к дверям ее комнаты и приказал служанке:
— Отмойте и переоденьте госпожу. Ей еще на урок надо успеть… — Айонель взглянула на меня с благодарностью. Наконец-то… Но легче не стало, после ее улыбки мне пришлось противостоять соблазну обнять ее, который в последнее время неотступно был со мной. Так что я поспешил покинуть драконницу, пока ее улыбка вновь не переросла в гнев.
И, как следствие расставания с ней, уже на лестнице на меня упала очередная капля кислоты. Устало посмотрел на висящих надо мной двух пауков.
Они мне дружно улыбнулись!
Я нахмурился, но реагировать не стал — сейчас не самое лучшее время идти у эмоций на поводу. Невидимые сражения с темными сильно меня подкосили. Ко всему на днях гномы прислали сообщение, что частично разграблена одна из моих сокровищниц.
Мне придется прибыть на место и разобраться, и дело совсем не в похищенном золоте, его у меня достаточно, проблема в статусе: никто в том мире не может безнаказанно брать МОЕ!
По этой причине в ближайшее время отбывал из академии на неделю.
Мне нужно разыскать грабителей, за которыми — в этом я ни на миг не сомневаюсь! — стоят темные, поскольку из всех моих сокровищниц для разграбления выбрали именно ту, которая ближе всего к владениям короля-дракона, где у тьмы неограниченные возможности.
Я сразу отдал приказ выяснить все по этому делу, воров наказать, золото отобрать и сегодня получил первые отчеты.
Размышляя об этом, миновал коридор ученического корпуса и направился к себе на второй этаж, где по дороге меня окликнул секретарь Смотрителя. Поклонившись, официальным тоном он сказал:
— Господин Арминель! По окончании утренних занятий вам приказано явиться на обед. Господин Смотритель отказы не рассматривает. — Гатлинель сухо поклонился, развернулся и ушел.
Темные подери этого Смотрителя! Как не вовремя он вздумал поиграть во властность. Может, сменить его на этом посту?.. Я покачал головой. Не выйдет, пока у меня нет подходящего кандидата на замену, не водружать же академию на себя!
Разрезая кожу клыками и выдирая резцами куски плоти, в ногу вцепилась огромная серая бестия…
Я сдержанно выдохнул и сам себе усмехнулся. Да, пауки были лучше. Таща за собой вгрызшуюся в плоть призрачную псину, и терпя невыносимую боль в мышцах, медленно поднялся по лестнице.
Темные довели меня до того, что я мысли между собой связать не могу!..
Отбивая одну за другой атаки никому невидимых врагов, за это время настолько изнемог, что иногда хотелось проклясть свое бессмертие. Я жутко устал, вымотался, но больше всего мои силы подсекала мысль, что это мучение будет длиться бесконечно.
В аудитории, где мои прилежные ученицы все еще спокойно записывали пройденные заклинания, быстро прошел к своему столу.
— Сдавайте, что успели написать…
Кто-то из девчонок радостно подбежал с листком к моему столу, кто-то заворчал, что ничего не успели. Собака, висевшая на ноге, успела исчезнуть, зато у моего кресла появился огромный волк.
«Проклятье!»
Зверь смотрел на меня так алчно и кровожадно, будто я хорошо прожаренный кусок отбивной. Но не кидался, наслаждаясь моим бессильным бешенством. Эти темные — такие извращенцы…
Эльфийки, решив, что мой гнев относится к ним, сразу примолкли и быстро принесли недописанные листочки.
— Эти данные мне нужны, чтобы скорректировать ваше дальнейшее обучение, — произнес я как можно спокойнее, хотя волк уже начал движение в мою сторону. — Кто все сдал, может идти на обед…
Радуясь досрочному отдыху, девчонки, похватав сундучки с письменными принадлежностями, стремительно скрылись с моих глаз. Я захлопнул магией дверь и развернулся к зверю.
— Итак, чего вам надо?
Волк сел и, вытянув морду вперед, жадно сверкая глазами, произнес:
— Отдай мне драконницу и… приди к нам на поклон!
Я громко расхохотался:
— К кому на поклон? К дохлым каменным глупцам?! Не дождетесь!
Через десять минут я шагал через богато обставленные покои Смотрителя в главную столовую, где проходил большой академический обед, на котором, по словам секретаря, решались все важные вопросы или обсуждались проблемы академии. На нем я присутствовал впервые за полтора месяца работы здесь.
Как и ожидалось, в компании Смотрителя собрался весь цвет учебного заведения для девушек. Вокруг стола сидели разновозрастные фигуры, облаченные в зеленые эльфийские балахоны. Большую часть присутствующих я не знал, меньшую, кажется, уже где-то видел.
— Приветствую тебя, молодой маг, — покровительственно произнес совсем еще не пожилой Смотритель, солидный темноволосый эльф в балахоне с богатой окантовкой. На мой взгляд, ему не больше четырех сотен лет. Молокосос! Я насмешливо улыбнулся. Кое-кто тут в мудрых старцев заигрался.
— Рад видеть вас, Смотритель.
Пользуясь, что еще не все прибыли, а у эльфов опоздавших ждать не принято, я сел рядом с ним. Где-то под потолком носился ворон, но полусветлое окружение не давало ему на меня сесть и спокойно насладиться кровавой трапезой. Что откровенно радовало: мне в достатке хватило челюстей взбешенного волка по дороге сюда.
С дальнего угла стола послышался девичий шепот:
— Кто этот молодой эксцентричный учитель? Почему он сел на место рядом со Смотрителем?