Чтение онлайн

Но хуже всего была невозможность помочь Насте. Он перебирал варианты: попытки подкупить персонал клиники, силовой захват, обращение в высшие инстанции — все упиралось в железобетонную стену из денег и связей Наума. Система работала против них. Рощин, продажная сволочь, обеспечивал Науму прикрытие на всех уровнях.

Но Северский не мог ждать. Каждый день промедления означал, что Настя все глубже погружается в медикаментозный туман. Он собирал информацию о клинике, её персонале, системе охраны. Он понимал, что ступает на скользкую дорожку, но выбора не оставалось.

Каждый вечер он приезжал к клинике, наблюдал за сменой персонала, фиксировал маршруты патрулей. Постепенно складывалась картина, появлялись идеи. Возможно, где-то в этой системе найдется слабое место. Должно найтись — иначе всё теряло смысл.

Однажды ночью Дмитрий решился на отчаянный шаг. Тщательно изучив систему охраны клиники, он выбрал наименее освещенный участок забора. Дождавшись, когда патруль пройдет мимо, он быстро перемахнул через ограждение.

Сердце колотилось как безумное, когда он крался между деревьями больничного парка. До корпуса, где держали Настю, оставалось метров пятьдесят. Северский уже видел окно её палаты на втором этаже — единственное освещенное в этот поздний час.

Внезапно территорию залил яркий свет прожекторов. Резкий голос из громкоговорителя приказал:

— Стоять! Руки вверх!

Северский рванул в сторону забора. Позади раздались выстрелы — охрана стреляла на поражение. Пуля чиркнула по дереву рядом с его головой. Адреналин придал сил — одним прыжком он достиг забора и перемахнул через него, приземлившись на другой стороне.

— Уходит через восточный периметр! — доносились крики охранников.

Северский бежал, петляя между припаркованными машинами. Только оказавшись в нескольких кварталах от клиники, он позволил себе перевести дыхание. План провалился, а ситуация только ухудшилась — теперь охрана будет начеку.

В тускло освещенном кабинете следователя Северского царила гнетущая атмосфера. Вечерний свет едва пробивался сквозь жалюзи, отбрасывая длинные тени на стены, заваленные папками с документами. Дмитрий в который раз перечитывал материалы по делу Насти, когда дверь без стука распахнулась. На пороге появился Михаил Старостин с бутылкой виски и двумя стаканами.

— Хватит себя изводить, — произнес Михаил, проходя внутрь и закрывая за собой дверь. — На тебе лица нет.

Он молча разлил янтарную жидкость по стаканам и придвинул один Северскому. Тот залпом опрокинул виски, даже не поморщившись.

— А что я должен делать? — глухо спросил он. — Сидеть сложа руки, пока эта мразь Наум методично уничтожает её в этой чертовой клинике?

Старостин присел на край стола, внимательно глядя на друга.

— Послушай, я кое-что разузнал, — понизил он голос. — Наум платит главврачу огромные деньги не только за содержание Насти. Он требует регулярные отчеты о её состоянии. И знаешь зачем? Эти бумаги нужны ему для полного контроля над наследством.

Северский нахмурился, снова взяв в руки завещание Станислава Робертовича. Он перечитывал этот документ десятки раз, но только сейчас начал понимать, куда клонит Михаил.

— Вот! — его палец остановился на ключевом пункте. — Смотри: «В случае смерти наследницы все имущество переходит в благотворительный фонд помощи детям-сиротам. При этом опекун обязан вернуть половину средств, полученных от управления активами».

— Теперь понимаешь? — Старостин подался вперед. — Пока Настя официально жива, но недееспособна, Наум полностью контролирует её состояние. Но если она умрет…

— Ты с ума сошел? — Северский резко встал, опрокинув стакан. — Предлагаешь её убить?

— Тише ты, идиот! — зашипел Михаил. — Я говорю об инсценировке. Если она официально умрет, все права Наума на управление имуществом аннулируются. Более того, ему придется вернуть половину присвоенных средств. А там такие суммы, что его партнеры по бизнесу живьем сожрут.

Северский медленно опустился обратно в кресло, обдумывая услышанное. План казался безумным, но в нем была своя логика.

— Это слишком рискованно, — наконец произнес он. — Если нас раскроют…

— А есть другой выход? — Старостин налил еще виски. — Сколько она еще протянет на их препаратах? Месяц? Два? А потом — вечный овощ. Ты же видишь — Наум методично выводит её из игры, просто делает это медленно и якобы законно.

В кабинете повисла тяжелая тишина. За окном моросил дождь, капли монотонно барабанили по стеклу, создавая тревожный аккомпанемент их разговору.

— Даже если мы решимся, — произнес Северский после долгой паузы, — как это осуществить? Клиника под круглосуточной охраной, везде камеры, персонал предан Науму.

— У меня есть кое-какие мысли, — Старостин понизил голос. — Помнишь Сашу-патологоанатома? Он мне должен. И есть еще пара ребят, которые помогут. Главное — все рассчитать по минутам.

Следующие дни превратились в бесконечную череду тайных встреч. В тесной квартире Старостина, пропахшей крепким кофе и сигаретным дымом, собирались люди, которым Северский доверял как самому себе. Бывшие сослуживцы, проверенные временем друзья — каждый понимал риски, но никто не отказался.

На столе были разложены фотографии клиники «Светлый путь», планы здания, графики дежурств персонала — результат нескольких недель тщательного наблюдения.

— Значит так, парни, — Северский остановился перед собравшимися. — Задача максимально сложная и рискованная. Нужно вытащить человека из психушки. Причём так, чтобы все думали, что он мёртв.

— Твою мать, Север, ты совсем охренел? — присвистнул один из присутствующих. — Это же не просто побег устроить. Тут целая операция нужна.

— Именно поэтому я позвал лучших, — Северский развернул на столе чертежи. — Три этажа, круглосуточная охрана, видеонаблюдение. Пациентка находится в 237-й палате.

План операции вырисовывался постепенно. Ключевым моментом должна была стать инсценировка смерти Насти. Это был единственный способ вырвать её из-под контроля Наума — только полностью уверившись в смерти своей подопечной, он ослабит бдительность.

— Инсценировать смерть можно, — задумчиво протянул Александр. — Есть препараты, которые дают все признаки клинической смерти. Но это чертовски опасно, особенно учитывая количество психотропных в её организме.

— А если просто подменить тело? — предложил кто-то. — Найти похожее, немного замаскировать…