Чтение онлайн

– И кто победил?

– Никто.

Он отхлебнул глоток и попросил Лину налить ещё.

– Святоша утверждал своё, Сова – своё. А мы просто слушали. А потом все разошлись. Но если наш друг говорил спокойно, по крайней мере, держа себя в руках, то Святоша весь брызгал пеной и поминал имя бога, всуе…

Я улыбнулся. Ната запустила мне пальцы в шевелюру и с упрёком сказала:

– Тебе смешно? Но ведь, Сова…

– Знаю. Наш друг. Но мне тоже не всё нравится в его изречениях. Или, если хочешь, учениях. Я не хочу иметь посредников между собой и небом! Да и не верю я ни в какое небо, будь оно хоть языческим, как у нашего индейца, или тысячелетним и незыблемым, как у монаха. Тебе оно помогло? Я не молился, когда падал в пропасть – я искал глазами, за что ухватиться…

– Эх ты, отступник…

Элина, перестав дразнить младшего брата, повернулась в нашу сторону:

– Дался вам этот спор? Ну, путь один одно говорит, а другой – другое… Что, от этого что-то изменится? Я тоже ни во что не верю – так мне и все равно!

– Как ты не понимаешь? – Мягко заметила Ната Это ведь спор будущего.

– Будущего? Не смеши, Натка! Какого будущего? Да мне и в голову не могло прийти, что оно будет вот таким! Чтобы я сменила подиум на камни и колючий кустарник, а платья от кутюр – на шкуры диких зверей? А ты говоришь – будущее… Нет у нас никакого будущего, и всё тут. Живем одним днем, ему и радуемся. И хорошо, что живём! Умирать, что-то, не хочется! А так – солнце светит, травка пахнет, вода чистая – что ещё надо? Не нужно мне никакой религии – ни Совиной, ни монашеской. Раз так сложилось, что все мы сейчас вынуждены быть, как наши предки из каменного века, то это не означает, что мы должны походить на них во всем. Что-то я плохо себе представляю, как буду заклинать тушу убитого свинорыла… или просить небо отпустить мне грехи за связь с нашим мужем! Склоняться в поклонах и биться башкой о землю, прося отпущение грехов у Святоши? Скорее, я ему на лбу, камнем его же крест и нарисую! Что в лоб, что по лбу – а мне ничего не надо… Вот мой дух и мой бог! – она поднырнула под мою руку Ему я и буду молиться, если что… и грешить буду!

Она звонко рассмеялась. Братья только переглянулись. Старший, с улыбкой, заметил:

– У тебя веселые подруги. В посёлке девушки больше плачут или молчат…

– Но ведь есть, почему? – вставила Ната.

– Есть… Мы не спорим. Только что толку, плакать? Ушедшего не вернёшь. А слезами горю не поможешь. От тоски, знаешь, тоже умирают!

– Не умрут, – спокойно сказала Ната Кто тосковал очень сильно – уже умер. А эти, раз выдержали, значит будут жить и дальше.

– Ты… суровая, – промолвил он без осуждения Наверное, так и надо сейчас, ко всему относиться… Но не всегда получается.

– Я вовсе не о том хотела сказать, – Ната перевела взгляд на девушек Плачут в поселке не только, по прошлому…

Шейла успокаивающе провела ладонью.

– Эта шайка притихла – они считают, что если кто ни будь пожалуется, то вы выполните свое обещание.

– Свое обещание?

– Ну да! Весь поселок слышал, как вы сказали Белому и его дружку, что убьете любого, если на него укажут девушки!

– Я так говорил?

От изумления я только водил головой, смотря то на девушек, то на братьев. Чага рассмеялся:

– Вот так приходит слава… Смирись, Дар. От этого уже никуда не деться.

– Вы давно видели Сову? – мне захотелось сменить тему.

– Да нет, не очень. Он зачастил в посёлок – учит их мужчин правильно ставить ловушки на зверя и делать оружие. Охота многому научила людей в поселке, и откапывать коренья теперь хотят лишь единицы. Без его помощи, некоторые бы просто умерли с голоду.

– Он приносит мясо?

– Скорее, показывает, как добыть его самим. А некоторым, вроде Дока – бывает… Но пожилых в долине почти нет, они погибли в числе первых. Осталось несколько, как Стопарь и его жена – Туча, ну там, ещё несколько женщин и мужчин – всех не помню. В посёлке, самый старый – это Док.

– А Карга?

– Ушла куда-то… И пропала.

– Но от него есть какой-то толк… Он лечит. А другие – просто ноют и без конца вспоминают прошлое.. вставил младший А что толку его вспоминать? Мне духи Совы безразличны, но он хоть не скулит, как многие. Нет, если и выбирать между ним и монахом, то уж лучше индеец. Наш Сова хоть верит в то, что говорит… На груди парня красовалось несколько сбитых когтей, а так же, свежих, волчьих. Видимо, он уже встречался с грозными хищниками долины. Тот заметил мой взгляд и дотронулся до самого большого клыка:

– … Убил одним из первых! Никогда раньше, не то, что на волка, на щенка руку не поднимал!

– Он меня спасал…- улыбнулась охотнику Шейла Я коренья искала, а волк подошел со спины… Чер его одним ножом достал!

Она легла рядом со старшим братом и положила ему голову на грудь. Мы обменялись молниеносными взглядами с Натой, теперь становилась понятной затаенная грусть парня…

– Мы в городе жили, – пояснил старший Об охоте и не слышали… Пока все не случилось.

– Я тоже, – без эмоций вставил я реплику А теперь не вспоминаю о нём.

– И правильно делаешь, – поддержал меня Чага Так спокойнее… Не нужно ломать себе голову над бессмысленными надеждами. Я вот, автомеханик был, а Чер – учитель. А теперь он самый классный следопыт в долине – это и сам Сова признал.

– А по мне, – Ната решительно поджала губы Так уж лучше так. Эта жизнь, хоть она и страшная, но она наша. Мы сами себе хозяева, сами решаем, куда пойти и кого слушать. Нет законов? Ну и пусть! Зачем они в степи? Никто не станет тебе указывать, что делать и как делать! А главное, сейчас сразу видно, кто есть кто, и что он из себя представляет. Тот же Сова! Он – мужчина! Воин! Охотник!

– Индеец, одним словом, – не удержавшись, съязвил Чага, посмеивающийся над запалом моей подруги.

Ната смерила его гневным взглядом:

– Пусть индеец! За его одеждой и повязкой на голове нет показухи ряженого! Он куда менее дикарь, чем те, кто считал себя цивилизованным, и сам превратился в зверя, когда привычный им мир рухнул и заставил всех показать своё истинное лицо! Я знаю – наш друг всегда поможет и выручит! А такие, как Святоша, они рады только мутить головы отчаявшимся да слабым – им легче, когда за них всё решает пастырь! Только, как бы этот провожатый, не оказался козлом-провокатором, ведущим стадо на убой!

Младший брат одобрительно захлопал в ладоши:

– Браво, Ната! Сова ошибся с твоим именем – надо было назвать не Маленьким Ветерком, а Бушующем Вихрем!

Она отмахнулась и села рядом со мной, обратно на своё место, с которого сорвалась в порыве… Элина погладила её по голове:

– Малыш ты наш… Нужно ли так нервничать из-за каких-то, споров? Святоша далеко, в посёлке. Мы – сами по себе. Сова – тоже… Не обращай ты внимания на них!

Ната тяжело вздохнула:

– Эх, Линка… Ты не понимаешь, рано или поздно, этот бывший священник не ограничиться одними спорами. Что-то подсказывает мне, что он захочет большего.

Я не стал говорить, что и сам предполагал подобное. Такие люди, как лже-монах, всегда стремились вначале увлечь души людей, а потом и их руки, и всегда в своих собственных целях. Но углубляться в эту тему не хотелось…

– Расскажите нам, что нового видели в прерии, как живут люди не только в поселке, но и на окраинах долины. Сова рассказывал мне, что есть несколько стойбищ, и в них живёт народа не меньше, чем возле скалистого озера!

– Да, – согласно промолвил Чага Живут. Я знаю поселение на самом краю болот. А индеец встречал охотников на лягушек, – он презрительно поморщился И дальше.