Чтение онлайн

Вой реактивных двигателей накатывал волнами — то затихал, когда истребители заходили на большой круг над полигоном, то заставлял воздух дрожать невидимой мембраной. «Четвёрка» отрабатывала манёвры под руководством шерла Мелори — уход от ракет ПВО и уничтожение наземных целей. Рэйзор задержался на парковке возле штаб-квартиры, оценивая слаженность действий пилотов. Построение «в линию» они выполняли безупречно, а вот «ромб» пока получался неровный и растянутый. Ферьеры в подчинении Идира доверяли друг другу больше, поэтому формации его звена занимали куда меньшую площадь. Сейчас же Идир тренировал офицеров других дивизий, и они только начали привыкать к стилю пилотирования Мелори.

Когда «квадрат» пролетал над штаб-квартирой, ведущий истребитель совершил полный оборот вокруг оси — в процессе Рэйзор увидел сквозь прозрачный колпак кабины, как Идир отдал воинское приветствие. Можно представить, сколько нервных восклицаний раздалось в радиоэфире звена, но это всё равно не остановило бы лихачества шерла.

Сев в один из штатных гравимобилей, Рэйзор направил его по полю вдоль колючей проволоки, ограждающей базу и полигон. Скоро он миновал и КПП в энергетическом заслоне по периметру территории «Третьей стороны». Парк справа закончился, сменившись первозданным лесом, когда территория базы осталась далеко позади. Заметив белеющую макушку здания над кронами деревьев, Рэйзор остановил гравимашину и покинул салон: если он подъедет к мельдому на транспорте, это будет похоже на облаву и настроит людей на агрессивные оправдания.

Расположение святилища показалось странным. Даже до войны никаких поселений, кроме научно-исследовательского городка, в округе не было, и здание стояло на приличном удалении от цивилизации. Следов гравийной дороги, ведущей от уничтоженного института, тоже не осталось. Мельдом будто вырос сам по себе, как гриб в лесу.

Рэйзор исследовал опушку с устремлённым ввысь белокаменным зданием, увенчанным четырьмя башенками. Выкорчеванные молодые деревца, дровяник, воткнутый в колоду топор — всё свидетельствовало о том, что мельдом, вопреки общепринятому представлению, не забросили. Само святилище превратилось в подобие объекта искусства, посвящённого войне: на обгоревшем фасаде взрывной волной выбило окна, раскололо стену и повредило крышу. Остальные стороны сохранились лучше — если не считать обвалившейся кровли башенок. По приказу правительства Саморе со святилищ срывали символы веры, нередко повреждая при этом структурные укрепления — похоже, та же участь коснулась и мельдома.

Сзади обнаружился потрёпанный довоенный грузовичок с мешками цемента в кузове. Просканировав окрестности, Рэйзор увидел колею в травяной подложке, уходившую далеко вглубь леса. «Значит, где-то есть съезд с основной дороги, ведущий к мельдому. Занятно», — подумал Рэйзор, прислушиваясь к приглушённым звукам, доносившимся из здания. Кто-то увлечённо сверлил стены.

Рэйзор занёс ногу над первой ступенькой крыльца и замер, прикидывая возраст свежего, ещё не успевшего покрыться отпечатками грязной обуви бетона. Судя по прочности, заливке не меньше полутора-двух месяцев. Что же могло произойти два месяца назад, что подвигло солдат приступить к ремонту здания? Нападение на штаб-квартиру случилось позже, а других причин для эмоциональной нестабильности людей он назвать не мог…

Массивная деревянная дверь со строгим прямоугольным орнаментом распахнулась, и на верхнюю, десятую ступень лестницы вышел молодой самориец, одетый в простую рубашку с закатанными рукавами и заляпанные краской штаны из плотной ткани. Положив руки на поясницу, он с наслаждением потянулся и, прищурившись, поднял взгляд к небу. Рэйзор погасил «настроенческие» светодиоды и не шевелился, ничем не выдавая своего присутствия. В списках сотрудников «Третьей стороны» незнакомец не значился. Покряхтев, мужчина снял повязку с головы и с ожесточением почесал макушку, стряхивая остатки строительной пыли с чуть вьющихся волос длиной до плеч. Мельком посмотрев вниз и не заметив робота в камуфляжной расцветке, почти невидимого на фоне леса, он снова повязал голову и взялся за широкую ручку двери, намереваясь зайти обратно в мельдом. Рэйзор сымитировал деликатное покашливание, и мужчина резко обернулся. Костяшки его пальцев, всё ещё сжимающих ручку, побелели от напряжения. Не желая пугать, Рэйзор собрался заговорить первым, но человек опередил его.

— Добрый день. В-вы из «Третьей стороны»? — немного заикаясь, обратился он к Рэйзору. — Извините, я здесь недавно, не всех ещё знаю…

Смятение мужчины было понятным: Рэйзор не слишком-то часто показывался на глаза обычным гражданам, а образы безжалостных киборгов-захватчиков хорошо сохранились в памяти тохшан. В его экипировке использовались некоторые принципы динамической брони пришельцев, поэтому для неподготовленных людей он выглядел устрашающе.

— Здравствуйте, меня зовут Рэйзор, и я действительно служу в «Третьей стороне».

— Ах, то-от Рэйзор… Да-да, в новостях мелькало, теперь припоминаю. — Мужчина просиял. — Не ожидал вас тут увидеть. Что-то случилось?

— Как бы поделикатнее выразиться… — Рэйзор выразительно покрутил головой, осматривая мельдом. — Никто не поставил нас в известность о ремонте святилища. Довольно странно восстанавливать его рядом с военной базой, не считаете?

Приветливая улыбка сползла с лица саморийца, и он засуетился.

— Наверное, мне и впрямь надо было раньше заехать в вашу штаб-квартиру и показать документы на собственность, — торопливо сказал он. — Я не хотел отвлекать по пустякам… Решил сначала закончить реставрацию, продумать назначение и цели, потом уже, так сказать, представить идеи на суд. Сейчас принесу копии бумаг… Да вы проходите, проходите! Поднимайтесь, лестница крепкая, выдержит.

Собеседник перебивал сам себя и явно нервничал, поэтому давить на него не было смысла — уже хватало потока оправданий.

Внутренняя площадь главного зала почти целиком повторяла наружный периметр мельдома, за вычетом трёх комнатушек, размерами больше похожих на кладовые. Из здания вынесли и скульптуры старого божества, и картины с его ликами, и даже скамейки для прихожан. У дальней стены виднелись отломанные плиты пола — скорее всего, раньше там располагался жертвенник. Из мебели остался лишь стул возле стены с закреплёнными на ней строительными лесами. Пока самориец ходил за документами в подсобку, Рэйзор изучал незамысловатый интерьер святилища, раздумывая, что же привлекло солдат «Третьей стороны». Молиться в мельдоме сейчас вроде бы не на что.

— Вот, пожалуйста… — Вернувшийся мужчина протянул увесистую папку с распечатками. — Здесь подтверждение владения, мои личные данные, результаты экспертизы здания…

Рэйзор, придерживая папку левой ладонью, большим пальцем быстро пролистал все страницы. Манипуляция заняла считанные секунды, и самориец поднял непонимающий взгляд на Рэйзора.

— Там в начале мои документы, потом право на собственность, потом…

— Я видел, — смягчив тембр голоса, заверил собеседника Рэйзор. — Мне не нужно вчитываться в каждую строчку.

— А… извините.

Самориец стащил с головы бандану и комкал её в руках. Рэйзор следил за температурой тела человека, частотой дыхания и сердечным ритмом.

— Значит, вас зовут Дио Мереш? И по профессии вы психолог?

— Да. Родился в Кооре, по специальности проработал семь лет.

— Но здесь указано только дополнительное образование. Какое учебное заведение вы закончили первым?

Дио облизал пересохшие губы, тяжело вздохнул и потупился. Его пульс заметно подскочил. Рэйзор по-прежнему старался не перебарщивать с допросом, поэтому отправился в обход зала, изучая свежеокрашенные стены. Под белым цветом смутно проступали какие-то рисунки. Было заметно, как их сначала пытались отскоблить, но потом, сдавшись, щедро залили новой краской.

— Вы закрасили религиозные картины? — догадался Рэйзор.

— Да, первым делом убрал всю роспись, — с облегчением в голосе подтвердил Дио. — Они ведь слышат, когда о них думают…

— Они? — Рэйзор развернулся всем корпусом.

Дио в сдающемся жесте поднял вверх руки.

— Клянусь, я не замыслил ничего дурного! Мне сложно говорить, ведь столько… предвзятости появилось после войны. Боюсь, вы неправильно меня поймёте.

— И тем не менее, вы не побоялись приехать сюда, чтобы отреставрировать мельдом.