Чтение онлайн

— Клавдий Ермолов и Афанасий Вяземский, — пожал плечами я. — Думаю — не последние. Все-таки с этим мостом я здорово засветился.

— Твою ма-а-а-ать, князюшко, представь, какие у них будут лица… — опричники переглядывались и давились со смеху.

Наверное — это было нервное.

— Не соглашайся, Миха, — посоветовал Барбашин. — Даже если предложат полцарства и принцессу.

— Полцарства мне и нафиг не нужно, принцесса — тоже, у меня девушка есть. А вот снаряжения — нет! — развел руками я. — Что делать-то?

— Снаряжения? — на меня синхронно повернулись и поручик, и штабс-капитан.

— Ну да, да… В этом «Рыбацком дворике», говорят, можно было достать опричную снарягу, которая выглядела бы как земская! А теперь мне в чем в Хтонь идти? У нас сутки на сборы… — развел руками я. — И «Рыбацкий дворик» на ремонт закрылся, после того, как ваша милая компания бронированных носорогов там погостила.

— Так… — Голицын побарабанил пальцами по столу. — Это решаемо. Сколько вас будет?

— Двое. Я и Эля.

— Э-э-э-эля, то-о-о-чно! — щелкнул пальцами он. — Ермолова!

— Кантемирова, — поправил его Барбашин.

— Бывает, — кивнул поручик. — Значит, два комплекта, плюс нелетальные средства. Извини, Титов, «татариновы» я тебе через «Гуси-Лебеди» не отправлю. Зайди лучше в тамошнюю «Орду», назовись вольным сталкером, попросись в Общество Хтонической Самопомощи, они с оружием поспособствуют…

— Там есть Орда? — обрадовался я. — Это многое упрощает! Я знаю одного тролля…

— Да его полстраны знает, — вздохнули опричники. — В общем, вперед, Федорыч, иди, выполняй свои боевые задачи, а мы свои продолжим выполнять. Кстати — про магазинчик тот забудь, нет его больше в природе. Помещение — есть, магазина — нет. Шагай, Титов, шагай, а мы тут доедим и отчеты составлять станем… Эльдары ведь вой поднимут, что мы тут их дипломатиху угнетаем! А мы и не угнетали вовсе…

— А хотелось! — гыгыкнул кто-то из бойцов с соседнего столика. — Дипломатиха-то ого-го! Там есть чего поугнетать, ух, я б поугнетал!

Это, наверное, какой-то прикол у них был, про «дипломатиху». «Директриса» слышал, «авторка» — тоже слышал, «дипломатиха» — никогда не слышал.

— Гущенко! — рявкнул поручик. — Я твоей Наташке ка-а-ак расскажу!

— Господь с вами, поручик! Чего вы сразу…

Опричники загоготали, я попрощался с офицерами и двинул в колледж в полном смятении.

Они знали! Знали про меня кое-что, и я сделал что-то такое, что чуть не заставило их посыпаться! «Выдох Силы» — вот как это называлось. Самая первая интуитивная техника любого менталиста. Но не у меня, потому как я менталист не очень такой настоящий… А тут — прямое подавление воли, приказ, который действует на уровне инстинктов. И они вскочили с мест и стали звать меня по имени-отчеству! Нифига себе, а?

Наверняка у опричников стояла какая-то ментальная защита, или в боевой комплект входили специальные амулеты, вот они и удержались на грани. Хотя этот самый «выдох» некоторое время шлейфом действовал, похоже. Иначе с чего бы служивые меня «Федорычем» назвали? Это я — Федорыч? В восемнадцать-то лет? Дичь какая-то, а?

Но в сторону, все — в сторону! Это — мысли завтрашнего дня, как писал один из моих любимейших современных авторов.

* * *

Эля, конечно, удивилась, что я пришел без обещанного снаряжения. Но я ее заверил, что все необходимое для экспедиции будет ждать нас в Братске, и такое объяснение ее вполне устроило. У нас имелся мой большой рюкзак на семьдесят литров и ее маленький — на сорок, и там вполне помещался минимальный запас еды, холодное оружие, сменное белье, одежда и кроссовки, еще и место оставалось. Зачем все это? Так Бабье Лето в Васюганской Аномалии в этом году зимой началось. Самую большую Российскую Хтонь ожидало глобальное потепеление на три недели. Меховые боты там без надобности…

Никто нас особенно не провожал. Кузевич на воротах пожелал удачи и проконтролировал, чтобы мы надели перстни — вот и всё. А еще сказал, что любой детектор наши айди-браслеты будет считывать, как положено, ни единой отметки о статусе магов второго порядка никто не найдет, разве что спецслужбисты, но тем и так все, что нужно — известно.

Это было странно и непривычно, все-таки с нами тут всерьез возились до этих пор. А как же — молодая поросль, надежда и опора… Хотя теперь из разряда «надежд» мы уже перешли в категорию «становой хребет Государства Российского». Ну, а как? Мы — маги. И за каким фигом двух таких распрекрасных магов низводить сначала до уровня пустоцветов, а потом и вовсе — цивильных? Только ведь плечи расправили, только силу почувствовали! Обидно, а?

— Штурман, — сказал я, обращаясь к Кантемировой. — Какая первая точка маршрута?

— Якорная площадь, — откликнулась Эля. — У нас через пятнадцать… А, нет, уже — через двенадцать минут маршрутка на Псков!

Я посмотрел на нее ошарашенно.

— Как — Псков? Это же в другую сторону! Мы же в Братск должны ехать!

— Кто тут штурман? — деланно нахмурилась она. — Сам доверил мне маршрут прокладывать! Вот и страдай теперь, томись в неведении! Нефиг было с опричниками своими кофе пить, мог зайти и со мной все билеты позаказывать!

— Кофе, — покивал я. — С опричниками. Ладно, доверюсь женщине.

Я не стал ей рассказывать про авалонскую эльфийку и платье с вырезом, дурак я, что ли? А про Барбашина с Голицыным — поведал. Вот она и думала, что я там фигней занимался.

Спустя шагов двадцать Эля сдалась:

— Ну все, Миха, я пошутила.

— Не едем в Псков? — обрадовался я.

— Едем! Но не в сам Псков, а в аэропорт. Имени княгини Ольги, между прочим! Оттуда — самолет в Иркутск, без пересадок и дозаправок. Десять часов — и на месте, прики-и-инь! Вылетим в девять вечера, прилетим в… Вот блин! А во сколько мы прилетим, там же другой часовой пояс? — остановилась она. — По-нашему понятно, примерно в шесть. А по-тамошнему?

— Разберемся, — уверенно сказал я, подтянул шлейки рюкзака, взял Элю за руку в вязаной красной варежке, и мы пошли на маршрутку.

Никакой уверенности я, на самом деле, не чувствовал. Во-первых, потому, что слыхал, мол, с колюще-режущим на борт самолета даже дворян не пускают, все в багаж надо сдавать. А во-вторых — я на пассажирских авиалайнерах не летал никогда. На конвертопланах — да, но конвертоплан — это совсем другое дело! Это ж не десять тысяч метров над землей! Бр-р-р-р…

Еще и перстень этот дурацкий. А ну, как навернется, а я и среагировать вовремя не смогу? А если и смогу — удержу целый самолет, или как?

— Ты чего такой бледный? — спросила Кантемирова.

— Ничего, ничего. Холодно. Пошли быстрей! — отреагировал я.

Маршрутка была самая обычная — «Антилопа». Точно такая, как те, которые под «Мостом глупости» себе крыши плющили, только в пассажирском варианте. Народ уже грузил багаж в задние дверцы, и баулы там были что надо — величиной со среднестатистического кхазада примерно. С тоской глянув на свой рюкзак, я решил:

— Вещи берем с собой в салон.

Расплатившись с толстым дядькой в дубленке, который тут играл роль водителя, мы протолкнулись на последние свободные места — сзади. Спустя три минуты пыхтения и страданий у окошка устроилась бабуся в красном драповом пальто и бёрдском пуховом платке, после нее — Эля, потом, выставив ноги и рюкзак в проход — я, и далее — два кхазада, которые страшным шепотом ругались на шпракхе. Я старался не прислушиваться, потому что костерили они друг друга просто невероятно, можно даже сказать — эпически.