Чтение онлайн

Самый важный фрагмент!

Потому, что один из моих артефактов, — свиток, длиной почти в три локтя, предположительно той же эпохи, написан на языке того самого, третьего фрагмента. Я сумел перевести три слова на плитке и нашел те же слова в свитке. Слова, которые соответствовали предлогам: "и", "это", "он".

Практически бесполезно...

Но я очень надеялся, что письмо, лежавшее в моей комнате, поможет понять остальные.

Мой наставник, человек по имени Смитсон, наконец, написал — впервые за последние шесть лет. Я сам написал ему почти четыре года назад, сообщив, что еще жив и детально описав, как в один, не очень приятный день очнулся с рогами, копытами и хвостом. Два года набирался я смелости, чтобы написать те строки. И вот, ответ.

Смитсон был моим наставником. Но не только. Еще он был моим старым другом, он всегда поощрял мою любовь к прошлому, и мне очень хотелось показать ему, что я сумел узнать за истекшие годы. Даже просто увидеть его снова значило для меня очень много.

Брайан небрежно крутил в руках хрупкую статуэтку, реликт культуры народа тиннед, — пять тысяч лет до нашей эры...

— Брайан, будь добр, поставь ее на место! — буквально простонал я.

— Что? О... извини, — сказал енот, осторожно возвращая статуэтку на полку. — А у Фокса есть что-нибудь? Ну, по этим твоим камням?

— Нет. Он перерыл в библиотеке все, что смог и не нашел никаких записей старше пятисот лет. Впрочем, сам знаешь — в иные разделы Библиотеки не рискует заходить даже Фокс! Правда, я все еще уверен, что старые вещи могут находиться в нижних хранилищах. В тех, которые я еще не полностью исследовал.

— Подумать только — почти двадцать лет в Цитадели и тебе не хватило времени! — фыркнул Брайан. — Хотя, не удивлен — думаю, даже если все мы дружно примемся за поиски, на переборку уйдет добрая тысяча лет! Ты же знаешь, некоторые из тех хранилищ так набиты, что без лома туда даже не войдешь!

Я угрюмо кивнул, вспомнив о последней попытке проникнуть в одну из старых кладовых. Когда я, с огромным трудом, взломал дверь, то оказался погребен под лавиной древних... Э-э-э... Ну, до некоторой степени данный инструмент можно посчитать некоей помесью метлы и швабры.

Усмехнувшись промелькнувшим воспоминаниям, я еще раз взглянул на предмет, который мог стать... который станет краеугольным камнем работы всей моей жизни!

— Теперь, когда я знаю, где ты находишься, я могу пойти и посмотреть, что мне написал Смитсон, — сказал я к камню. — И возможно, потом я посмотрю, что сможешь сказать мне ТЫ!

Камень хранил упрямое молчание…

Я уже слегка проголодался, а потому, покинув кладовые, отправился в едальню, по дороге прихватив письмо Смитсона и намереваясь прочитать его во время еды.

Свободно организованный распорядок дня большинства из нас означает, что в едальнях нет установленного времени принятия пищи, а поскольку многие из нас не являются людьми, то и пища там подается очень необычная...

Брайан подхватил немного свежих речных устриц с раздаточного стола для плотоядных, а я наполнил миску ветвями жимолости, кленовыми почками, желудями и кусочками фруктов.

Я люблю фрукты, но слишком много плодов начнут бродить в многокамерном желудке, опьяняя меня. Однажды я съел целый бочонок яблок и опьянел на несколько дней. Было чуточку забавно... Но в основном неудобно.

Увидев сидящего рядом с окном близкого родственника оленей — лося-морфа, я решил к нему присоединиться.

— Привет, Ленс. Как дела?

Ленс усмехнулся, что было едва заметно под его горбатым носищем.

— Все цветет и пахнет! В основном. Правда есть маленькая проблема с выращиванием моих любимых водяных растений. Фокс дал мне несколько книг... но они мало помогли, и теперь приходится ограничивать себя... — он вздохнул, недовольно глядя на стоявшую перед ним миску с зеленью.

Я сел, пропустив хвост между спинкой лавки и сиденьем, и бросил в рот пару желудей.

— Ну, возможно в некоторых из тех свитков на неизвестном языке, которыми я сейчас занимаюсь, найдется что-нибудь полезное, — пошутил я.

Брайан сев рядом со мной с треском открыл устрицу и кивнул Ленсу.

— Ты, в конце концов, собираешься распечатать это письмо? — сварливо спросил он меня.

— Ладно, уговорил. Вскрою, — улыбнулся я, разламывая сургучную печать острыми копытцами, на концах пальцев.

«Дорогой Джонатан...»

— По крайней мере, он все еще помнит мое имя, — еще раз улыбнувшись, заметил я и продолжил чтение:

«Должен признаться, я был потрясен твоим письмом. Мы все слышали о том, что произошло в Цитадели... Честно говоря, я даже не знал чего мне бояться — твоей гибели... или худшего. Но прочтя письмо, я подумал, что худшее все же случилось.

Рог и эскизы, которые ты приложил к письму, подтвердили мои предположения, вот почему я так долго не решался ответить. И за это прошу меня простить...»

В этом месте чернила брызнули на страницу — словно написать эти слова стоило больших усилий.

«Прости меня, старый друг. Два года, я набирался решительности продолжить это письмо. Все это время я регулярно брал в руки пахнущий мускусом рог, который ты прислал мне, и рисунки, на которых изображен ты. Я не могу этого объяснить, но мне кажется, что они пахнут тобой. И эти рисунки такие...

Но я отклонился.

Прямо сейчас я смотрю на камень, который, я уверен, может помочь тебе оставить след в этом мире. Я верю, что нашел нижнюю часть Ключевого Камня. И мне очень хочется увидеть эти два куска соединенными!

Я отправлюсь в путь через две недели. Если путешествие пройдет без происшествий, то прибуду спустя две недели после письма. Думаю, нам стоит встретиться на той поляне, где мы нашли артефакты народа тиннед десять лет назад.

На этом остаюсь, навеки твой, Смитсон.

P. S. С нетерпением жду встречи, коллега!»

Я пару раз перечитал окончание… и моя рука замерла на полпути к миске. Последняя доставка почты задержалась почти на полторы недели... спасибо отвратительной погоде и нападению банды разбойников... прочитал я письмо не сразу, были к тому причины... а значит, прошло уже около двух недель с тех пор, как оно должно было прибыть...

Смитсон приезжает завтра!