Чтение онлайн

– Ты издалека, кирья? – вдруг спросила Аселлит, протягивая руку за веером.

– Да, меглейа Аселлит, – очень звонко ответила Аяна. – С востока.

– Занятно. Желаю приятно провести время, – сказала Аселлит, прикрываясь веером.

Конда попятился, заворачивая потихоньку в толпу справа от роскошных кресел, на которых восседали крейт и креа, и Аяна, склонив голову, шагала спиной вперёд рядом с ним, от всей души надеясь не споткнуться.

– Почему ты разговаривал с ними, как будто их много? – спросила она, когда они затерялись в толпе, и Ригрета стояла, распахнув глаза и тяжело дыша. – Почему мы пятились?

– К крейту и крее обращаются во множественном числе, – сказал Конда, отводя их дальше, за колонну. – К меглейо нельзя поворачиваться спиной. Подождите тут, я принесу пить.

– Однажды придворная дама пятилась и наступила на свой шлейф, – сказала вдруг девушка, стоящая рядом. – Она упала... Бедняжка.

– Её казнили? – с ужасом спросила Аяна.

– Нет, – рассмеялась девушка, качая головой, отчего металлический обруч на её чёрных волосах звякнул подвесками, потом внезапно стала очень серьёзной. – Она умерла от стыда.

Ригрета повернулась к девушке и с чувством взглянула на неё.

– Прекрасно её понимаю.

– Вы тут с киром Пай? – спросила девушка с любопытством. – Втроём? Говорят, он очень, очень щедр.

– Щедр и обилен, – сказала Ригрета. – Очень. Весьма.

Аяна покраснела, и черноволосая незнакомка повернулась к ней.

– А ты, стало быть, Ондео? Я Талиамэ.

– Да. Ты родом из Телара? – спросила Аяна, узнавая оттенок смугловатой кожи, такой же, как у Чамэ.

– Да. Я не слышала о народах с востока. Это ты про степь?

– Дальше.

– А вот и я, – сказал темноволосый мужчина, подходя к Талиамэ. – Тали, это тебе. Добрый вечер, кирио, – обратился он, отдав Талиамэ стакан с вином, которое она тут же пригубила, прикрывшись веером. – Ондео! Рад наконец познакомиться ближе. Я Полла.

– Здравствуй, кир Полла, – улыбнулась Ригрета. – Я Ригрета. Рада знакомству.

Конда стоял поодаль с двумя стаканами вина, внимательно глядя на них. Аяна покосилась на него и снова всмотрелась в кира Поллу, потому что его лицо казалось ей подозрительно знакомым.

– Рада знакомству, – сказала она, мучительно вспоминая, где же могла видеть его.

– Далгат, – сказал Конда, шагая к ним. – Добрый вечер.

Оглушительный раскат грома и тяжёлое ослепительное копьё молнии будто поразили Аяну. Далгат! Кир, который хотел нанять её капойо к маленькой дочери! Его жена, которая носила дитя, и полная детская побочных детей, рождающихся от каждой новой няни! Тот самый Далгат, занимающийся размножением указов крейта! "Очень надеюсь, что ты будешь на побегушках у Юталлы, как Далгат у своей чернявой", – сказал Кейло... У него ещё и актриса?!

Аяна стояла, широко распахнув глаза, в немом восторге. Это надо же! Далгат Полла! Вот это удаль!

– Я вижу, ты преуспеваешь в делах, – сказал Полла, почти незаметно оглядывая Ригрету и Аяну, которая стояла, сложив руки, и взгляд кира Далгата задержался на небольшом колечке на её руке. – Когда дел очень много, сложно распределить силы.

– Ты прав, кир, – сказал Конда, кладя руку на талию Аяны. – Очень сложно.

Полла внимательно следил за Кондой, и от Аяны не укрылся его взгляд, явно ожидающий, что вторая рука ляжет на талию Ригреты. Но этого не произошло. Полла заинтересованно повёл подбородком.

– Мы пресыщены местной роскошью, – сказал он. – Твой отец выбрал правильный путь. Он привозит диковинки с другого края света. Они действительно могут заинтересовать человека, который разбирается в ценности вещей.

– Согласен с тобой, – сказал Конда, сжимая пальцы на талии Аяны и притягивая её чуть ближе. – К слову, лишь немногие способны действительно увидеть истинное сокровище за диковинным внешним видом. Остальные лишь мнят себя знатоками, опираясь только на необычный вид флакона и выливая на землю животворящие эликсиры, которые не так слащавы и приторны, как ожидалось. Иногда нет ничего лучше прекрасного местного вина, которое не таит в себе неожиданностей.

Он подтянул Аяну ещё чуть поближе, и она коснулась бедром его бедра. Чувствуя, как уши слегка розовеют, она покосилась на Ригрету, которая с нарочито скучающим видом стояла, рассматривая подол платья.

– Жаль, что твой отец не берёт партнёров, – сказал Полла.

– Почему же? Он готов работать с надёжными людьми, которые не разорят его дел и не приведут их в беспорядок. Он готов брать долговременных партнёров, что касается вопросов поставки вин.

– А что касается диковинок?

– Совершенно исключено, – отрезал Конда. – Это дело Пай.

– Очень жаль, – сказал Полла, вежливо кивая. – У меня сейчас прекрасный поставщик вина из Телара. А местного я достаточно выпил в молодости.

– Ты ценишь разнообразие. Желаю приятно провести время, кир, – кивнул Конда.

Аяна растерянно смотрела на него, и он повернулся, заглядывая ей в глаза. Весёлые искры звёзд над бездонной тёмной глубиной плескались в его зрачках. Он слегка сжал пальцы на её талии.

– Позволь тебя пригласить, – сказал он, и Аяна рассеянно кивнула, не в силах пошевелиться или подумать о чём-то, летя где-то между этих звёзд.

Он протянул ей руку и провёл сквозь толпу, потом встал перед ней, заложив одну руку за спину и подняв правую ладонь. Аяна привычно повторила его движение, но вдруг будто очнулась - и моментально похолодела, шагая к нему.

– Ты... – прошептала она. – Ты вывел меня танцевать... На приёме?! – сказала она, шагая за его плечо и возвращаясь назад, и лишь голубая вуаль скрывала её синие от ужаса губы.

– Да, любовь моя, – шепнул он, удерживая невидимый предмет между их ладонями. – Смотри мне в глаза.

Она смотрела. Она смотрела туда, в манящую звёздную бездну, которую уже видела над балконом его спальни в доме Пай, и ещё однажды до этого, по пути в долину Рогатого духа, который жил теперь, извлечённый из её воображения и перенёсённый на плотное полотенце из власки, как родоначальник всех остальных странных существ, обитавших на тонких полотнищах седы и более плотных, хлопковых. Она видела в них широкое тёмное море, плещущее под бортом большой рыбацкой лодки, и огонь во тьме, привязанный к сломанной мачте "Фидиндо", потерявшего руль, паруса и надежду. Шаг, шаг, поклон. Шаг, шаг, поворот. Две звёздные бездны, четыре угла зала, восемь пар, считая и их, в этом танце, шестнадцать человек, поднявших ладони в этом движении, бесконечное количество глаз, направленных на них, увлечённых танцем, подхваченных музыкой. "Там, та-ли-та-ли-да, та, та", – переливчато пел большой струнный инструмент, сопровождаемый флейтами и мендере, журавли на подоле кафтана танцевали, шурша и переливаясь в ярком свете свечей, колебавшимся в сквозняке приоткрытых окон.