Чтение онлайн

– Лойка, он немало пережил. А некоторые вещи до сих пор переживает, – сказала Аяна, вспоминая серьги и платье Ригреты.

– Не занудствуй. Мы все немало пережили! Долго он от меня бегать собирается? Это смехотворно! Бегать от собственной жены!

Она расхохоталась, и Аяна удручённо покачала головой, вспоминая глаза Верделла, который сидел здесь же, за этим столом, с красной лентой в кулаке и с тёмным отчаянием в глазах.

– Ты очень несерьёзно к этому относишься. Он дал обещание защищать тебя. Для него это значит многое.

– Он три недели показывает мне спину. Хороша забота! Ладно. Мне нужна лошадь, а твоего кусаку я всё же побаиваюсь.

– Ты куда? – спросила Аяна, выглядывая за дверь кухни вслед за упорхнувшей Лойкой.

– Хочу услышать вразумительный ответ, даст он мне свою Нодли или нет! – крикнула Лойка, взлетая по лестнице, отчего её светлые волосы густым облачком взметнулись за спиной.

– Стой! – воскликнула Аяна, слыша, как скрипнула дверь в коридор мужской половины. – Стой! Постучись!

Наверху хлопнула дверь. Аяна схватила прихватку и сдвинула кашу с решётки, вышла и поднялась в детскую.

– Луси, я разогрела. Пойдём.

– Выпусти меня! – раздалось из соседней комнаты, и Аяна вздрогнула. – Выпусти!

Верделл вылетел, на ходу натягивая рубашку, в коридор, красный, как ягода рябины. Лойка стояла в дверях, озадаченная и немного смущённая.

– Слушай, у него такие шрамы на спине, – сказала она, с ужасом глядя на Аяну. – Откуда? Он рассказывал, что их наказывали, но... Неужели это хлыстом?!

– Я же сказала, стучаться надо. Лойка, что ты творишь?

– Я просто спросила про лошадь, а он хотел выскочить. Ну я и закрыла перед ним дверь, – развела руками Лойка. – Ладно. Схожу в порт, найму извозчика. Куплю себе лошадку. От Верделла толку не дождёшься...

Она ушла, повесив кошелёк за пазуху, насвистывая весёлый мотив. Луси сидела на кухне, пока Кимат ел, и качала головой.

– Зря она так с ним, – сказала она наконец.

– Луси, а что с Ирселе?

Луси слегка смутилась и отвела глаза.

– Он ухаживает за мной... Он мужчина порядочный. Но я пока...

– Я поняла. Ты же знаешь, если вдруг ты надумаешь, мы устроим.

Конда пришёл вечером, как всегда, усталый. Аяна села на доску для посиделок рядом с ним и положила голову на его плечо, глядя, как Кимат носится по саду с деревянной птицей.

– Весейме сказал, что Лойка купила лошадь.

– Верделл бегает от неё.

– Как бы в ней не проснулся азарт, – сказал Конда с улыбкой. – Я слышал, в долине как-то раз...

– Кир Конда, мне надо поговорить с тобой, – сказал Верделл, высовываясь в сад. – Я хочу снять комнату в городе. Можно?

Конда пожал плечами.

– Как хочешь. От себя не сбежишь.

Верделл развернулся и исчез, а через какое-то время громко хлопнула главная дверь. Аяна с беспокойством посмотрела на Конду, но он лишь пожал плечами и развёл руками.

Рэн Элфрианэм, типичная южанка Под самый вечер пришла весёлая Лойка. Аяна попыталась было усовестить её, но та лишь весело сморщилась при словах про безопасность, девушек и порт, и столовый нож, который блеснул у неё в руке, явно мог не только произвести впечатление.

– Верделл научил, ещё в долине, – рассмеялась она, глядя на недоуменное выражение лица Аяны.

– Я его заставила тогда. Где он?

– Уехал. Ты, по-видимому, замучила его. – Ну и ладно, – пожала плечами Лойка. – Не будет занудствовать, как ты. Мне тебя хватает.

Аяна лежала, засыпая, под боком у Конды, когда вдруг где-то на краешке слуха вдруг поймала за прозрачный хвост мелодию песни. "Сплети мне венок из травы и колосьев..." – возникли в голове слова, и она подняла голову, потом встала, осторожно выползая из-под руки Конды. Двери на мужскую половину были открыты, и тонкая полоска света вытекала на ковёр из щели приоткрытой двери комнаты Верделла. Аяна постучалась и заглянула туда. Лойка сидела на кровати, рассматривая флейту, которую Верделл купил на новогодней ярмарке.

– Он тут все вещи бросил, – сказала она, показывая её Аяне. – Смотри.

Она подняла флейту и наиграла мелодию про спелые яблоки, а потом про то, как май и июль решили породниться.

– У меня была флейта в Ровалле, – сказала Лойка, откидываясь на постель. – Осталась там, когда меня увозили выдавать замуж. И ты была права... Он действительно хранит то полотенце.

– Она сунула руку под подушку и достала свёрнутую ткань. – Вот, погляди. – Тебе не стоит копаться в его вещах. Пойдём, Лойо...

– Почему? У нас раньше не было секретов... Он сказал, если нужно что-то – бери. Он плёл шнурки и складывал в мешок, и в моих вещах копался. А! Смотри! Она вынула из кармана камзола гребень из ароматного дерева и повертела перед Аяной.

– Он вкусно пахнет, когда им причёсываешься, – сказала она, проводя по волосам. – Зачем ему гребень? Он причёсывается рукой.

– Он берёг его для жены, – вздохнула Аяна. – Боялся осквернить прикосновением.

– Ой. Ну ладно. Оставлю тогда себе, – хихикнула Лойка. – Для следующей жены пусть купит ещё один.

– Он купил его в Нанкэ. Неизвестно, когда снова попадёт туда.

– Айи, а что мы будем делать дальше? – спросила Лойка, расчёсывая волосы.

– Ну вот, Конда сейчас соберёт деньги, отвезёт их этим Хад, его разведут... Что дальше? – Будем просто жить, – пожала плечами Аяна. – Жить скучной жизнью двух счастливых людей, воспитывать Кимата... Съездим в долину, побываем в Койте и Падене. Откроем сэйнан в деревне эйнота, потом, возможно, я рожу ещё ребёнка...

– Скучно, – потянулась Лойка. – Но в долину я бы тоже съездила. Я скучаю по отцу и маме, и по парням. Я ещё соскучилась по морю. Мне понравилось там, не смотря ни на что. "Фидиндо" был как живой, знаешь?

Я знаю, что это всего лишь деревянный корабль, но иногда мне казалось, что он и вправду живой. Когда меня не гоняли помогать, я лежала на палубе, на нагретых досках, и будто чувствовала его дух. Я скучаю по этому ощущению под ногами.

– Тебя гоняли помогать?!

– Ну, я же заняла место Верделла. И дела его тоже мне достались. Паруса ставить помогать, вахты эти...

Ну и драить всё, что Эрланту показалось недостаточно отдраенным. Она развернула руки ладонями кверху, и Аяна ужаснулась.