Чтение онлайн

– А когда я могу сделать что-то, ради тех, кого люблю?

– Надежда? – голос отца настороженный. Но я должна… обязана высказать все, что есть у меня на сердце.

– Из-за меня уже погибла мама, твой друг Док… все твои друзья. И это моя вина, которая лежит на мне. Бабушка, которая осталась без любимой дочери, тетя, что так и не смогла пережить потерю любимой старшей сестры. Все они – несчастны. И это по моей вине.

– Ты не права, Надежда.

Но я так, к сожалению, не думаю. Я хочу, чтобы отец понял меня. Но он не поймет, у него иная правда.

– Что я, отец?

– Ты о чем?

– Я – человек или хладная? Кто я? Где мое место?

– Твое место рядом с нами, с теми, кто тебя любит.

– Верно. Но я чужая для этого мира. Я одна. Непонятна для людей. А когда люди чего-то не понимают, то они начинают этого бояться, а затем и ненавидеть. Я боюсь их ненависти… и боюсь начать ненавидеть их из-за своего страха.

– Почему?

– Они не выживут после этого. Я боюсь стать убийцей как…

Я опасаюсь последнего слова, что едва не срывается с моих слов. Но отцу не сложно догадаться.

– Убийцей как я, верно?

– Прости. Мне лучше лечь спать.

Я сажусь на землю и натягиваю спальник. Ноги мерзнут, а нос хочет чихнуть.

Я с силой тру свои руки друг о друга, стараясь согреться. Мне холодно.

– Устала выпендриваться?

– Ты не спишь?

Робин смотрит на меня одним глазом и хитро улыбается.

– Не сплю. Замерзла?

– Нет.

– Врешь.

– Не вру.

– Врешь. И я это чувствую. Дай мне сюда свои руки, – берет мои ладони в свои и греет их своим дыханием. Мне уютно и тепло. Инстинктивно прижимаюсь к парню, чтобы согреться.

Я улыбаюсь и мне становиться не по себе.

– Спи, – гладит меня по голове Роб. – все будет хорошо.

– Спокойных снов.

– И тебе.

Я закрываю глаза и отдаюсь во власть Морфею. Сон накатывает мгновенно.

Просыпаюсь я от того, что мое тело горит, а к спине прижимается Роб.

Я отстраняюсь и вылезаю из мешка, шатаясь и едва держась на ногах.

Мне плохо. Я не знаю, что происходит со мной.

Держась за холодные стены пещеры, я подбираюсь к выступу и выглядываю вниз. Никого нет. Вся земля покрыта утренним туманом.

Под моей рукой плавится камень. Я плавлюсь вместе с ним. Изнутри. Мое тело горит.

– Надежда! – входит в пещеру отец. Он, скорее всего, совершал обход. Он жив, а значит, у нас есть шанс прорваться к первому гетто. Это радует.

Отец подхватывает меня в тот самый момент, когда я готова рухнуть на камни.

Наши голоса и шум будят Робина и Несс. Они с ужасом подлетают к нам, не зная, чем они могут помочь.

– Что случилось? – кричит Несс.

– Нам надо быстрее уходить. Мы должны как можно быстрее добраться до первого гетто! – дает ей ясный ответ отец.

– Что с ней? – гладит меня по волосам Роб, когда отец укладывает меня на спальник.

– Видишь? – тычет он в стену, где видны подтеки оплавленного камня. Такого просто не может быть. Не должно. Но оно есть. К сожалению.

– Это…?!

– Надежда. Она сделала это. Скажи мне, что-то подобное было и с тобой? – кивает он на Робина.

– Верно. Но ей тогда стало не так плохо. Я не знаю, почему она так…

– Никто не знает. Идемте, нам надо спешить, пока военные дают нам шанс.

Несс злится, но молча собирает вещи.

– Идемте!

Робин понурив голову бредет за отцом. Я едва могу разглядеть его; мое сознание покидает мое тело. Мы выходим из пещеры.

– Она сильная. Не переживая, Граф, Надежда справиться. Но только я не уверен в том, примет ли она свои особенности…

– Что с ней? Ты можешь сказать конкретно?

– Сейчас? Нет, не могу. Но могу сказать, что она – идеальное оружие! Восхитительное и неповторимое. И я тебе это сейчас объясню. Пойдем, – слышу я разговор двух мужчин, одним из которых является мой отец.

Я дожидаюсь пока хлопнет дверь. Решаюсь открыть глаза. Я нахожусь в стерильном помещение, которое ярко освещено софитами. Во все углы понаставлены приборы, которые фиксируют малейшие изменения в… моем теле?

Я подключена к ним и руки раскинуты в разные стороны; они покоятся на специальных подставках.

Интересно, если я повытаскиваю все эти иголки, то останусь ли я в сознании?

Решаю попробовать. Получается и я могу встать с кровати.

На мне самая стремная одежда, которую я могла когда-либо представить: ночнушка, что завязывается сзади. Медицинская фигня, что скрывает все спереди, но открывает интересный вид на твой зад.

Меня начинает злить все происходящее со мной. Я решаю разобраться с этим раз и навсегда. Но сперва нужно найти свою одежду. Я не собираюсь сверкать голым задом перед всеми.

Руки наливаются силой, а глаза горят яростью.

Я выхожу в коридор. Всюду снуют больные, такие же как я, и врачи, что косятся на меня как на ненормальную. Я все еще в этой больничной рубашке с завязками на спине.

– Где у вас одежда больных? – останавливаю я одну из женщин, что одета в белый халат. У нее очки сползли прямо к крыльям носа и выглядит она высокомерно. Но мне на это плевать. Видимо, пока я была в отключке, то моя сила успела восполниться.

– Внизу. В хранилище. Только, вам ее не выдадут без разрешения врача, – пожимает она плечами и спешит по своим делам. Пару раз она оглядывается назад. Но меня это не заботит, я уже иду вперед по коридору и пытаюсь отыскать глазами лестницу или лифт.

Лестницы не оказывается, а вот два лифта я нахожу уже через минуту.

Рядом со мной стоят люди. Пара больных, но одеты они лучше меня – все отдам за пижаму, что надета на этих счастливцах. Двое парней и одна субтильная девчонка.

– Красивая, – присвистывает один из парней. Я хмыкаю, но ничего не отвечаю. Обойдется. Но кажется, мой новый знакомый так не думает. – Немая?

– Немая и красивая… какая жалость, – строит рожу девчонка. – Идем, Линь! – тянет она парня. Ему подходит имя. Он имеет азиатскую внешность. Второй парень – его друг – выглядит несколько иначе. Он рыжий и его брови сливаются с цветом лица. Их практически невидно. Очень колоритные персонажи.

– Стой, Джесика, я хочу узнать имя этой незнакомки, – остужает пыл Джесики, Линь.

– Линь, друг, не надо, – пытается успокоить его рыжий.

– Гарт! – оборачивается к нему парень. Тот умолкает. – Отвянь!