Чтение онлайн

Барон оглядел пленных.

– На разбойников не похожи, - решил он.

– На разбойников не похожи, - сообщил Клементу Ноэль.

– Крокаданы говорят, что разбойники, - доложил тот.

– Крокаданы говорят, что разбойники, - сообщил барону дворецкий.

При упоминании крокаданов барон поморщился. Ноэль заметил это и тоже поморщился.

– Сами они что говорят?

– Сами они что говорят?
– спросил Ноэль.

– Сами говорят, что они иностранцы, поданные герцога Ральфа Гезерского.

– Говорят, что поданные герцога Гезерского, - сообщил Ноэль.

– Чего он их сюда привел?

– Чего ты их сюда привел?
– спросил Ноэль.

– Так ведь решить надо, что с ними делать.

– Клемент не знает, что с ними делать, - перевел Ноэль.

– Я обедаю, - сообщил барон.

– Их светлость, барон Брамина-Стародубский обедают, - сообщил Клементу Ноэль.

– Я думал...
– начал было оправдываться Клемент.

– Ты, э-э-э, милейший, следующий раз не думай, - барон снизошел и, дал добрый совет непосредственно самому Клементу.
– Ты их посели в темнице, пусть э-э-э... отдыхают. И проверь, свежая ли там солома. Дай воды, может быть, они пить захотят, - он еще раз окинул пленников баронским взглядом.
– Э-э-э, оковы можешь не надевать. После обеда я отдохну. Потом приведешь их ко мне. Подумаем, что с ними делать.

– Будет выполнено, Ваша светлость!
– отрапортовал Клемент и ловко вытолкал пленников за широкую дверь.

Глава стражников, как и было приказано, повел их в темницу.

– Тут недалеко, - объяснил он.
– В соседней башне. А барон у нас добрейшая душа, сами видели. Другой бы и не подумал, чтобы пленным чистую солому постелили. И насчет воды бы не распорядился. Бросил бы в темницу и сиди, жди, пока пытать начнут. А наш не такой. Наш обо всех заботится. Друг ты ему, или совершенно посторонний, все равно заботится. И никого не пытает, только вешает.

– Значит нам крупно повезло и мы попали к барону, отличающемуся своей добротой?
– спросил Агофен.

– А как же, - не почувствовал иронии ран Клемент.
– Другой бы и оковы надел и к стене велел приковать. А наш, видишь, не велит. Наш добрый.

– Ты, я вижу, тоже добрый, - подсказал Дороша, - разговариваешь с нами, не ударил никого. Вешать не стал.

– Как барон, так и я, - подтвердил ран Клемент.
– Может, за вас выкуп дадут. Это молодые у нас горячие: как что, сразу вешать. А барону капитал нужен. Тут соображать надо. И о дружинниках своих я тоже забочусь. Из всех, что у баронов служат, я и есть самый добрый.

Несмотря на могучее телосложение и грозный вид, ран Клемент оказался человеком спокойным и общительным. Наверно, по местным понятиям, он был и добрым.

– Это мы сразу поняли, - согласился с дружинником Максим.
– А скажи ты нам, ран Клемент, почему это барон один обедает? У него что, родственников нет?

– Жена уж много лет как преставилась, а дети есть. Трое, и все в рыцари {2}пошли. Здесь им скучно, да и доходов никаких. Старший при дворе короля Пифия Седьмого выслуживается. Средний в духовном ордене воюет. Эти двое преуспевают. А третий в странствующие рыцари подался. О нем ничего и не слышно, где-то далеко странствует. Другие родственники тоже разбежались. Что им здесь делать? Видели, как замок запустили? Если бы у барона капитал имелся, разве до этого дошло бы. У их светлости ни счета в банке, ни золотого запаса в подземном хранилище. Сплошное натуральное хозяйство. Все богатство: этот замок, да три хилые деревушки, по десятку дворов в каждой. Дружинников всего два десятка держит. А скота вовсе нет. Мясо едим только то, что на охоте добудем. Но наш барон гордый, вида не показывает. Тут один банкир уговаривал его замок продать, большие богатства предлагал. Так наш ни в какую. "Брамина-Стародубские, э-э-э, не нуждаются!" - очень похоже скопировал он барона.

– Три взрослых сына уже в рыцарях, а барон ваш еще крепким выглядит, - отметил Агофен.

– Старая закалка. Он покрепче молодых будет, - ран Клемент гордился своим бароном.
– На мечах с тремя дружинниками управляется. Да так, что им потом отлеживаться приходится.

– Сколько ему лет, вашему барону?

– Девяносто первый нынешний весной разменял, - с удовольствием сообщил дружинник.
– Наш - самый старший из всех баронов в округе. Его другие бароны уважают и слушаются.

– Девяносто первый?!
– Максим, в свои двадцать, считал всех, кому за шестьдесят старыми развалинами.
– А выглядит молодцом. Прямо Мафусаил. {3}

– Это кто такой?
– поинтересовался ран Клемент.

– Был такой долгожитель в наших краях, - не стал вдаваться Максим в подробности, которых он и не знал.
– Говорят, лет шестьсот жил. И до последнего дня пахал. Сельским хозяйством занимался.

– У нас такого не бывает, чтобы шестьсот, - признался ран Клемент.
– За сто, некоторые переваливают, но редко. И недалеко переваливают.

– Тут наследственность важна, и образ жизни. Работать надо, - решил просветить дружинника Максим.
– У этого Мафусаила внук был, Ноем {4}звали, тот тоже больше трехсот лет отмахал И до самого конца на пенсию не уходил, все время работал. Корабль построил.

– Один?
– не поверил Клемент.

Максим не знал: один строил Ной свой Ковчег, или трудилась там целая бригада, а Ной был там кем-то вроде проектировщика и главного инженера. Но в легенде о Ковчеге, которую знал Максим, кроме Ноя никто не упоминался.

– Один, - решил он. И объяснил: - Так Ной его лет двести и строил. За такое время и один сумеет, если хороший мастер.

– За двести лет можно и одному, - согласился Клемент.

– Он и построил. И, учти, без единого гвоздя.

– Чтобы корабль и без единого гвоздя, таких мастеров у нас нет, - с сожалением отметил ран Клемент.
– Как же это он?

– А вот так... Деревянные шипы употреблял.

– И держали?

– Еще как держали. В наших местах умельцы и дома строили без гвоздей, - вспомнил учебник истории Максим.

– Я плотника приведу, ты расскажи ему, как это без гвоздей, - попросил ран Клемент.
– А то строить надо, а гвозди дорогие, не укупишь. Кузнец за каждый большой гвоздь по цыпленку требует. А где я ему цыплят возьму? У нас, в замке всего шесть куриц.

– Расскажу, - не мог Максим признаться, что и сам не знает, как без гвоздей строить. Но рассчитывал, что долго они здесь не задержаться и рассказывать не придется.
– А ты скажи мне, ран Клемент, чего это вы все: повесить, повесить?.. У вас что, всех, кто приходит на ваши земли вешают?