Чтение онлайн

После этих слов Повелитель Петухов влепил кикиварду звонкую оплеуху справа, затем точно такую же слева, поставил его на пол и прислонил к стене.

– Ты, еще жив, чучело огородное, сбежавшее с поля где не растет даже сорная трава... А если для того, чтобы понять это, тебе мало двух оплеух, то я выдам тебе сейчас такого леща, какого не видел еще ни один кикивард.

– Понял, - поторопился сообщить Гарпогарий.
– Леща не надо!

Все как-то очень быстро изменилось. Теперь щеки Гарпогария болели от оплеух, но голова, которая еще недавно раскалывалась, совершенно не болела, тошнота прошла. А главное, он понял, что все еще жив и ему было так хорошо, что опять захотелось жить.

– Все понял?

– Я все понял! Не надо меня больше бить по морде, я сотник, - попросил он.

– Раз понял, то стой и жди, когда Максим Разящий Кулак пожелает разговаривать с тобой, - приказал Агофен. А на просьбу "не бить больше по морде", дипломатично не ответил.

Гарпогарий нашел глазами Максима, наклонил голову в знак того, что хочет жить, готов повиноваться и застыл у стены.

– Оказывается, у нас целый бочонок волшебного напитка, - благосклонно отметил барон.
– А ты, Максим не только хороший боец, но и неплохой лекарь. Можешь остаться у нас в замке, моим личным оруженосцем. {11}Года через два мы тебя произведем в рыцари.

От подобного предложения не отказываются вообще и, тем более, не отказываются, если его делает такой барон как Брамина-Стародубский. Но Максиму Корабельникову оно не подходило. Уж о чем не мечтал Максим, так это о том, чтобы стать оруженосцем. Кроме того, ему не нравилось средневековье и, вообще, через две недели у него начинался учебный год. Говорить об этом барону не имело смысла. Брамина-Стародубский все равно не поймет. Но обидится. Это факт. Пришлось лихорадочно вспоминать книги о рыцарских временах... И вспомнилось ведь, что рыцари давали обеты, позволяющие, разрешающие и запрещающие. Вся прелесть заключалась в том, что пока обет не выполнен, ничем другим заниматься нельзя.

– Большая честь для меня, быть оруженосцем Вашей светлости, - учитывая важность момента, очень серьезно сообщил Максим.
– С радостью и почтением принимаю это приглашение. И сожалею, что не могу сегодня же приступить к своим обязанностям. Вначале мне необходимо выполнить обет, - Максим нахмурился и замолчал, пытаясь подтвердить этим важность обета и намерения любой ценой выполнить его.

– Конечно, - барон считал, что обеты надо выполнять любой ценой.
– Дело чести прежде всего. Могу ли я узнать, суть обета твоего?

– Разумеется, Ваша светлость, в этом деле не может быть секретов, - и старясь использовать самые изысканные выражения из "Айвенго", "Янки при дворе короля Артура" и других каких-то романах о рыцарях, Максим поведал барону Брамина-Стародубскому жуткую историю о том, что в детстве у него похитили брата- близнеца. И тогда еще он дал клятву, что не будет знать покоя, и не поступит ни к кому на службу, пока не разыщет брата. И в Счастливой Хавортии он появился, в основном, потому, что дошел слух, будто кто-то видел брата в этой стране. Только по этой причине он вынужден задержаться с вступлением в должность оруженосца.

Брамина-Стародубский отнесся к этому сообщению с пониманием и сочувствием. Искренне пожелал удачи и в заключение благосклонно сообщил:

– Э-э-э... сколько бы ни длился твой поиск брата, Максим, мое предложение э-э-э... остается в силе.

– Благодарю Вашу светлость, - поклон Максима еще нельзя было назвать элегантным и безукоризненным, но Эмилий решил, что его товарищ успешно овладевает этим необходимым при дворе высокопоставленных особ искусством.

А Максим, получив отсрочку от призыва на рыцарскую службу, вернулся к будничным делам.

– Давай, рассказывай, - велел он кикиварду.

– Чего рассказывать?
– спросил тот. Огуречный рассол и оплеухи Агофена оказали нужное действие и кикивард полностью пришел в себя.

– Рассказывай, зачем вы охотились за Бахом?

– Вождь приказал. Великий и Могучий, - заученно взвыл Гарпогарий, - Повелитель Всех Свободных Кикивардов...

– Стоп!
– остановил его Максим.
– Это мы уже проходили. Ты скажи нам, зачем Бах понадобился твоему великому и могучему пожирателю баранов?

– Зачем Великому и Могучему какой-то дракон? Ха! Не нужен ему никакой дракон...
– Гарпогарий издал звук, напоминающий хихиканье.
– Его генерал Гроссерпферд попросил. Они друзья: Великий и Могучий и генерал Гроссерпферд.

– Это еще кто такой?
– заинтересовался Максим.

– Ты не знаешь, кто такой генерал Гроссерпферд?
– удивился Гарпогарий.
– Гроссерпферд самый главный и самый сильный генерал. Он разгромил всех врагов.

– Ну и что? Наполеон {12}тоже сначала всех разгромил, потом его разгромили.

Ни Гарпогарий ни остальные присутствующие, о Наполеоне ничего не знали. Да он их и не интересовал. В Счастливой Хавортии было немало своих генералов.

– Но король Гроссерпферда не любит. А с нами, кикивардами, генерал дружит. Нас, храбрых кикивардов, генерал уважает. Он хочет нам помочь в борьбе за свободу и независимость.

– Есть такой генерал, - подтвердил барон.
– Он сейчас в опале.

– Что он собой представляет, Ваша светлость?
– заинтересовался Максим.

– Генерал как генерал, обычный солдафон, похож на старого мерина. Мы его так и называем: э-э-э... Коняга, - барон генерала Гроссерпферда не жаловал.
– Но некоторые, не без основания, называют его э-э-э... Верблюд. Связи при дворе и определенное везение позволили ему продвинуться по службе. Одержал несколько побед, - неохотно признал барон.
– А вообще, э-э-э... весьма груб и нахален, гипертрофированное самомнение. Когда он разговаривает, рядом стоять невозможно, заплюет. Э-э-э... неприятная личность.

– Где он живет, где его замок находится?
– спросил Эмилий.

– Какой замок?
– удивился Брамина-Стародубский.
– Он не барон, чтобы замок иметь, он, э-э-э... всего лишь генерал. У него имение.

– Не знаете ли, Ваша светлость, где оно находится?

– Почему не знаю? Оно здесь совсем недалеко. Если идти от моего замка на восток, э-э-э... то вскоре будет Пегий Бугор, там обитают драконы. Ты, вероятно, знаешь?
– он посмотрел на Эмилия.