Чтение онлайн

Да смеяться определенно есть над чем. И я уже привыкла не обращать на это внимание, но от чего-то смех Максима меня сильно смутил. И немного выбесил, что уж скрывать? Я подхожу и силой вырваю у него свой паспорт из рук. Это не сложно, так как он как раз заходится во второй волне смеха, подхрюкивая и булькая, как старая бабушкина колоша под дождем.

— Знаешь… — начинает он, немного успокоившись, — Женя мне вообще-то показывала твое фото. Просто я не смог удержаться и не взглянуть на тебя, на милого ребенка. И не пожалел об этом… — и он снова заржал, как конь. Я уже не просто раздражена, я конкретно злюсь. Я излучаю злость каждой клеточкой своего тела и готова разорвать его в мельчайшие клочья, и раскидать их на юг, на запад, на север и восток, чтоб ветра разнесли их по всему свету. Но Максу нет до этого дела. Он смеется, а я понимаю, что ждать тут маму будет очень не просто.

— Если ты закончил, — прервала я его хохот, — то может, посмотрим, что в конверте, о котором упоминал твой отец? Может, там есть сроки? Дата их возвращения? Телефон для связи?

— Ах, конверт… Ну, давай посмотрим.

Мы вместе двигаемся на кухню, где ищем письмо в каждом ящике. Я попутно еще запоминаю, что и где лежит. Мне ведь тут есть. Мне тут готовить. Мне тут жить.

Так, приборы в первом ящике в тумбочке под микроволновкой. Кружки и стаканы сразу же над ними, а полотенца и салфетки сбоку в отдельном шкафу.

— Нашел! — Гаркнул на весь дом Макс, и я подошла к нему. За его спиной мне был виден лишь краешек небесно-голубого конверта и больше ничего.

— Эй, не мог бы ты пододвинуться? — я пытаюсь обойти с другой стороны, но он снова поворачивается так, что я ничего не увижу. Из-за плеча в меня летит пустой конверт и попадаеь прямо в лоб колючим уголком. — Аккуратнее! Что там написано? Телефон есть? — Максим молчит. — Когда они приедут? Число указали?

Я сгораю от нетерпения и интереса. И то, что Максим так рьяно скрывает от меня содержимое письма, лишь подогревает мой интерес. Будь проклят мой небольшой рост и скудные физические данные. Я могла бы побороться с ним за право изучения конверта, будь хоть немного схожа на Тайсона. Ведь вполне возможно, что в письме есть что-то и о маме. О моей маме, на секунду. Может, она оставила какие-то указания для Максима, если я вдруг решу приехать к ней в гости на лето.

— Да это прикол что ли? — от резкого гортанного крика, я вздрагиваю и отскакиваю назад, налетев задницей прямо на угол столешницы. Парень кидает листок, срывается и куда-то уходит быстрым шагом. Проводив его взглядом, я подхожу и поднимаю ту самую бумажку, которая так легко и просто вывела из себя этого мистера Яржукакконь.

«Дорогой Максим!..

По первой букве я узнаю, что письмо писала мама. Только она может писать «Д» такой пухлой, похожей на ватрушку.

Мы с твоим отцом уезжаем в свадебное путешествие. Он преподнёс мне этот подарок совсем неожиданно, поэтому мы ничего не сообщили тебе заранее. Надеюсь, ты не сильно обидишься, что мы уедем в твое отсутствие, не попрощавшись, но через два часа у нас уже самоле.

На этом моменте мамины плавные, округленные буквы пропадают, на смену им приходит острый и резкий почерк. Похоже, тот, кому он принадлежит, спешил или жутко нервничал. И из-за этого буквы стали похожи на пики или острия ножей — такими острыми они были. Мне почерк не знаком, но я догададываюсь, кому именно он принадлежит.

Наверняка, мы бы успели попрощаться, если в перерывах между своими пьянками, ты заезжал домой или хотя бы брал трубки. Я бы уже даже обратился в полицию с заявлением о продаже если бы не стабильные смс-ки от банка со списанием денег с МОЕЙ карты.

Это путешествие пойдет на пользу нам всем. Мы отдохнем от тебя, а ты наконец-то научишься правильно распоряжаться МОИМИ финансами и СВОЕЙ жизнью. Охренел? Поясняю!

На столе в моем кабинете лежит конверт с деньгами. Сумма там ровно такая, какую я считаю должно хватить на время нашего отсутствия, чтоб ты выжил. Именно выжил! Там достаточно денег на еду, бензин, оплату уборщицы и повара. Степанида выходит в отпуск двенадцатого июня, но я нашел ей замену.

Все твои карты заблокированы. Мои друзья предупреждены и в долг они давать не будут, даже не пытайся. Пора взять за ум. Мне противна мысль, что мой сын гуляка и пьяница. Это твой последний шанс! Если ты разочаруешь меня снова, мне придется принять серьезные меры. Надеюсь, ты исправишься. Иначе, тебя исправит армия! И это будет самая удаленная часть в СИБИРИ!

Дальше снова пишет мама:

Максим, твой отец возлагает на тебя очень большие надежды. И он невероятно расстраивается, когда видит тебя таким. Просто справься с этим, я очень тебя прошу. Не подведи меня.

Вот и конец. Я слышу шаги: на кухню возвращается Максим, держа в руках еще один конверт.

— Прочитала?

Я киваю, совсем немного испытывая чувство стыда, из-за того, что стала свидетелем семейной драмы. А с другой стороны — благодаря маме я теперь часть этой семьи. Если, конечно, она это позволит. Ведь она даже не рассказала мне о них. И словом не обмолвилась о том, что у нее кто-то появился, и с этим «кем-то» они зашли так далеко, что пришлось отправиться в свадебное путешествие.

— Тогда ты должна понимать, что мы в полнейшей заднице.

— Почему? Там же написано, что денег хватит на еду и прочие прелести. Или ты думаешь, что я могу сильно повлиять на твои расходы? В таком случае не переживай. Я итак собиралась найти роботу и не сидеть на вашей шее.

— Дело не в тебе… — он швыряет конверт на стол, а сам двумя руками обхватывает голову и чуть взъерошивает волосы. — Денег нет.

— Как нет?! Их украли? Но кто мог?

Я вспоминаю весь бардак в доме, полуголые тела и понимаю, что мог любой, кто вчера тут находился. А их, судя по всему, было очень много. И где теперь искать воров? Что делать? Стоит ли обращаться в полицию?

— Сомневаюсь, если честно… Кажется, я сам взял их, чтоб устроить небольшой праздник. — Он пожимает плечами.

— У тебя ведь что-то осталось? Ты же не мог потратить деньги на еду, бензин и оплату персонала на «небольшой праздник». — Делаю кавычки пальцами в воздухе.

— Кажется, именно это я и смог сделать. — Он падает на стул, роняет голову себе в ладони и усердно массирует ее. — Да и что там тех денег? Тысяча, может, полторы тысячи баксов — разве этого бы хватило на три месяца?!

От удивления у меня открывается рот. Я судорожно вспоминаю курс рубля, потом пытаюсь умножить эти числа в своей пустой голове, а когда получается результат, то непроизвольно ахаю. Сумма настолько велика, что все нолики не помещаются у меня в голове, и некоторые просто выпадают и падают на пол, отстукивая странный ритм. Нет, конечно, в прямом смысле из моей головы ничего не выпадает, а стук — всего лишь биение моего сердца, но тем не менее, я шокирована очень даже! И куда только можно было деть столько денег за один вечер? Мне это кажется просто нереальным. Если только не сидеть всю ночь и не жечь по одной купюре.

— Знаешь, я думаю, половины этой суммы хватило бы на год безбедного существования, — не пытаясь даже скрыть нотки осуждения в своем голосе, говорю я.

Макс странно взглянул на меня, как на пришельца, но слова мои никак не прокомментировал, вместо этого он спросил:

— Какое сегодня число?

— Двенадцатое. А что?

— Шикарно, еще и Степанида в отпуск ушла. Как думаешь, она уже уехала в свою глухомань? — Он взглянул на меня, как на последнюю надежду, и я просто не смогла его огорчить тем, что я не знаю об этом ничего, но когда женщина, встретившая меня, выходила, то с ней была небольшая дорожная сумка. И если это и есть Степанида, то скорее всего она уехала. Поэтому я просто пожимаю плечами. — Шикарно, — снова повторил он. — Просто шикарно. И что мы будем делать?