Чтение онлайн

— Вообще-то, я имею право продавать свою продукцию там, где только пожелаю!

— Если бы это было так, то ваши магазинчики давно уже открылись бы в Чайна-тауне.

Да, продавать он имеет право, но покупать без особого разрешения того самого Благотворительного комитета никто не станет — таков порядок в Чайна-тауне. Многие китайцы — включая моего прадеда — покинули свою родину из-за сложной экономической ситуации, возникшей в период так называемых опиумных войн. Англия навязала Китаю героин в качестве платы за чай, тем самым разломив нашу страну, как орех гинкго. Старые раны все еще кровоточат.

— А почему вы думаете, что мне действительно нужен сбыт в Чайна-тауне?

— Кто хоть раз держал в руках газету, знает, что «Лил Бэттис» в последнее время успешно переманивают ваших лучших сотрудников. — Я знаю это и от жителей Чайна-тауна, и из разговоров американцев, подслушанных мной, например на Юнион-сквер. — Меньше работников — меньше доход. Приходится изворачиваться. Даже привлекать к работе членов семьи владельца бизнеса.

Я на все сто уверена, что так оно и есть: иначе почему за прилавком я увидела саму мадам дю Лак да еще их дочь?

Месье дю Лак часто моргает, словно на него вылили ушат холодной воды. Похоже, я попала в точку. Теперь надо спешить:

— Так вот, я могу устроить вам заседание Благотворительного комитета. Гарантий, конечно, никаких, но на заседаниях рассматриваются только готовые бизнес-планы, особенно в тех случаях, когда речь идет не о китайцах.

Отец Тома — один из самых уважаемых бизнесменов во всем Чайна-тауне, и он входит в число шести почетных членов Благотворительного комитета.

Я делаю глубокий вдох и говорю на одном дыхании:

— За это вы убедите вашу приемную комиссию взять меня в колледж на бюджетное место с полноценной стипендией на весь период моего обучения там. — И пока месье дю Лак не успел в полной мере осознать мои аппетиты, добавляю: — У меня очень высокие баллы, я трудолюбива и усидчива. — Сказав это, я уверенно улыбаюсь: — Одним словом, вам не придется сожалеть.

Месье дю Лак долго испытующе смотрит на меня. Потом медленно качает головой:

— Родителям большинства студенток это не понравится. Они предпочтут перевести своих дочерей в другие учебные заведения.

— Здесь мы можем смело взывать к их благородству, — парирую я (богачи всегда выпячивают эту свою добродетель). — На табличке над входом в ваш колледж написано, что образование должно быть «демократией возможностей». Несомненно, предоставить девушке из бедной семьи возможность улучшить свой социальный статус — вот что такое Америка! Кто поспорит с этим?

Месье дю Лак хмурит брови, но он не злится. Скорее, глубоко сомневается.

— Ох, уж они найдут, что возразить, поверьте мне.

Я тоже придаю своему лицу задумчивое выражение, хотя в глубине души уже ликую — ведь он не взорвался, услышав от меня «мы»! Теперь чем чаще я буду говорить ему о наших совместных действиях, тем выше мои шансы на успех!

Но не успеваю я додумать эту мысль, как он снова качает головой:

— Простите. Мы — старейшее и самое престижное образовательное учреждение к западу от Миссисипи. Если бы даже мне удалось уговорить всех родителей, ни они, ни уж тем более администрация не согласятся тратить по пятьсот долларов в год на ваше содержание в период обучения. Мы же не благотворительная организация. И если вы решите идти в суд — что ж, пожалуйста. Все эти судебные разбирательства — довольно грязное дело. И окончательное решение зависит, как правило, от толщины кошелька…

Чтобы подчеркнуть весомость своих слов, он кидает презрительный взгляд на мою обувь. И, что еще ужаснее, резко встает. Я тоже вскакиваю, хотя наш разговор просто не может закончиться таким образом. Он нетерпеливо встряхивает руками. Похоже, сейчас прогонит меня поганой метлой… Я представляю себе маму, задумчиво перебирающую фасолины в мыслях о будущем, а не о настоящем; Джека, снова получающего розгами по рукам; отца с истертыми стиркой ладонями… Нет! Только не сдаваться!

— Понимаю… — Я судорожно пытаюсь подобрать слова. Слишком рано я стала сматывать удочку. Он даже не успел притронуться к наживке. — Может, мы найдем какой-то компромисс…

Соображай, голова, соображай!

— Думаю, вам следует наконец написать рецепт для моей жены. Но можете и не писать. Мне все равно.

— Возможно, я поспешила насчет трех лет… — Я больше не могу скрывать своего разочарования. Все насмарку! Я была слишком самоуверенной!

Месье дю Лак напряженно смотрит на меня.

— Может, год? — робко предлагаю я.

— Три месяца!

— Три месяца?!

— За которые вы должны будете не только добиться заседания этого Благотворительного комитета, но и обеспечить нам возможность продавать нашу продукцию в как можно большем радиусе вокруг Чайна-тауна. Если вы этого не добьетесь, мы исключим вас из нашего уважаемого колледжа.

— Ни это же невозможно! — всплескиваю я руками. Какой из меня посредник?

— Ну, вы себя недооцениваете.

Он скрещивает руки, рискуя все-таки потерять пару пуговиц на рубашке.

— Решайтесь, у меня полно дел. У вас будет три месяца обучения в лучшем колледже Сан-Франциско. Вас будут кормить лучшие повара Франции, и вы даже сможете бесплатно пользоваться услугами нашей прачечной. Чего вам еще желать?

— Я… я… — Мне трудно совладать с собой. — А если у меня все получится?

— Мы разрешим вам продолжить обучение, срок которого, однако, не сможет превысить трех лет.

Я не верю своим ушам. Три месяца — это хотя бы что-то. Немного везения, и они могут стать тремя годами! А что я ожидала — что дракон примет меня с распростертыми объятьями в своей пещере и нагрузит своими сокровищами мои мешки?

Я пытаюсь представить себя защищающей проект перед шестью почетными членами Благотворительного комитета — успешнейшими бизнесменами. Что я знаю о ведении переговоров, кроме того, что написано в книге миссис Лоури?

Месье дю Лак уже надевает шляпу. Сейчас или никогда!

— Хорошо, я сделаю это! — бросаюсь, очертя голову, в пропасть.

Морщинки под глазами месье дю Лака разглаживаются. Он улыбается.

— Мы представим вас как дочь одного из самых богатых китайских бизнесменов. Скажем, что вы просто хотите проникнуться атмосферой нашего уважаемого образовательного учреждения: так сказать, изучить его изнутри. Потрудитесь вести себя максимально корректно, потому что даже прислуга будет относиться к вам очень настороженно. — С этими словами он протягивает мне руку: — Добро пожаловать в колледж Святой Клары!