Чтение онлайн

Кайл отлично это понимал.

Точно так же, как я понимала, кто здесь старший специалист и как всё должно быть для пользы дела.

Взяв Женни под руку, я молча потянула её вниз с крыльца, а она так же молча последовала за мной, только бросила на Кайла дикий, почти что вопиюще внимательный взгляд.

Точно так же в молчании мы дошли до нашего дома и, пропустив её внутрь, я закрыла дверь.

Само движение получилось у меня неожиданно естественным, как если бы я и правда была хозяйкой здесь, но прямо сейчас внимания это точно не стоило.

– Хотите воды?

Она явно была не в своей тарелке.

Испугалась покойника, как и полагается всякой добропорядочной даме?

Или же дело было в чем-то другом?

– Д-да, спасибо... – Женни поспешно кивнула, прикрыв горло рукой, но тут же отмерла, посмотрела на меня пристыженно. – Если позволите, давайте я сама. Вы наверняка едва успели осмотреться.

Мне оставалось только кивнуть и не мешать ей, а заодно и не смазывать для самой себя картину происходящего.

Женевьева качнула головой, то ли принимая мой ответ, то ли давая мне понять, что уже пришла в себя, и уверенно направилась в сторону кухни.

Превосходно сориентировавшись в темноте, она взяла с полки неожиданно простую для такого дома жестяную кружку, зачерпнула воды из бадьи и осушила ее залпом.

Рядом на полке стояла ещё одна кружка, но мне восстанавливать равновесие не требовалось.

Скорее уж я нуждалась в тишине и возможности проверить, насколько моё мнение о происходящем совпадает с мнением Кайла, но прямо сейчас Женевьева и её реакция были важнее.

– Знаете, что я ненавижу больше всего на свете, леди Нильсон? Трястись от страха. А сейчас я трясусь. Мы все трясемся, – она резко и со слишком громким в тишине пустого дома звука поставила кружку на стол. – Это началось летом. Первыми были старики. Казалось бы, ничего удивительного, ведь люди смертны. Но не так. У нас было по одному мертвецу в день. Иногда по двое или трое. Наши плотники работали, не покладая рук. В какой-то момент мы даже рискнули предположить эпидемию, но никаких признаков болезни не было. Люди просто умирали. Без причины.

«Так же, как без причины в тридцать три года умер Йозеф Мерц».

Спрашивать Женни об этом сейчас точно не стоило, да она бы и не услышала.

Её взгляд сделался почти прозрачным, а зрачки расширились.

– Потом начал погибать скот. В августе – птицы. У мадам Клион в одну ночь сдохли все куры. Как были, на насестах. Они просто уснули вечером и не проснулись утром. А потом начали болеть дети.

Она запнулась и снова положила ладонь себе на шею, то ли инстинктивно стараясь прикрыть уязвимое место, то ли обнаружила наконец отсутствие платка.

Я зачерпнула ещё воды и пожала ей.

Женевьева поспешно кивнула, приняла кружку, и вдруг посмотрела на меня абсолютно осмысленно.

– К счастью, никто из них не погиб. Думаю, это просто не успело произойти. Тогда оно остановилось. Вернее, мы так думали, но... – она сделала несколько мелких глотков. – Люди изменились. Стали злее. То, что раньше могло обернуться разве что скандалом, теперь заканчивается дракой. Месяц назад вдова Валош утопилась в реке, и вовсе не от тоски по мужу, как многим нравится предполагать. Валош был глупцом, к тому же много старше ее. У нее всегда имелась парочка любовников про запас, и что бы ни болтали о ее раскаянии и свирепом духе Валоша, это всё не то. Не то...

Она заглянула в кружку, как если бы надеялась обнаружить на ее дне какие-то ответы, а потом снова посмотрела на меня.

– Простите. Не прошло и дня, как вы приехали, а я уже вас запугиваю.

– Я действительно не суеверна, – подумав, я всё-таки зачерпнула немного воды для себя, чтобы мое поведение выглядело правдоподобным.

Женни оперлась руками о стол и глубоко вздохнула.

– Знаете, Фьельден не так плох. Самуэль путешествовал в юности. Немного. Но он говорит, что этот город ничем не хуже всех остальных. Даже красивее некоторых.

– Вы никогда его не покидали? – мне даже не пришлось изображать удивление, задавая вопрос вроде бы из вежливости.

Мы с ней были примерно одного возраста, и если она все свои тридцать с небольшим лет просидела на месте...

– Нет, – Женевьева улыбнулась мне устало, коротко, но искренне. – Сказать по правде, мне никогда и не хотелось. Для вас это, должно быть странно. Вы ведь упоминали, что раньше много странствовали с графом. Я не такая. Хотя это, должно быть, очень интересно – увидеть другие страны и города, встретить непохожих на нас людей... Не думаю, что я умерла бы от страха или не справилась с этим, но я всегда чувствовала, что моё место здесь. Что именно во Фьельдене я буду нужна для чего-то. Хотя, это, наверное, так глупо. Брат Лукреций говорит, что задача людей – восхвалять Безликого Бога и благодарить Плачущую Богиню...

– Вы не верите в этих Богов. Вы верите в Фэрэй.

Это было смелое предположение на грани откровенной дерзости, но уж слишком хорош оказался выпавший момент. Идеально подходящий.

Женни болтала почти бессвязно, скорее уж размышляла вслух, и грех было этим не воспользоваться.

Поняв, что именно я ей сказала, она повернула голову, взглянула на меня серьёзно и спокойно.

– Готиингсы, и в особенности Матильда, любят болтать о Фэрэй. Вам ещё расскажут много страшных сказок о том, что она любит жить среди людей. Принимать облик обычной женщины и ходить среди нас, наблюдая за нами и незаметно воздавая нам по заслугам. Вы молоды, красивы, у вас завидный муж. Не думаю, что нужно объяснять вам причину, по которым вас будут недолюбливать.

Она именно так и сказала, «Готиингсы», подчеркнуть отстраняясь от семьи мужа, и это тоже следовало запомнить.

– Вы с господином Самуэлем давно женаты?

Вопрос мог показаться странным, но Женни, судя по короткому смешку, и сама поняла свою оплошность.

– Восемь месяцев. Я...

Дверь хлопнула совсем негромко, но она замолчала, сочтя, что через минуту найдутся делам разговоры поважнее.

Я же прекрасно узнала Кайла по шагам, но на мгновение мне показалось, что они отдаются по дому эхом, как будто к кухне с разных сторон приближались как минимум двое.

Остановившись на пороге, он немного помолчал, привыкая к темноте, и только потом вежливо кивнул Женевьеве в знак приветствия.

– Госпожа Готиингс. Ваг супруг ждёт вас снаружи.

Она снова схватилась шею, всего на долю секунды отвела глаза, а потом улыбнулась немного растерянно.

– Да, мне уже пора. Благодарю за приём, леди Элисон.

Я хотела выйти и проводить её, как полагается радушной хозяйке, но Женни пересекла холл почти бегом, низко опустив голову.

Она всё ещё была встревожена, если не сказать больше, а Самуэль, которого я успела увидеть мельком через приоткрывшуюся, когда она выходила, дверь едва не бросился ей навстречу.

На месте он, конечно же, устоял, – сила воли у сына мэра должна была быть отменной. Однако в левой руке он держал платок, – тот же, что был на его жене днём или очень похожий.

– Что там произошло? – я спросила, не оборачиваясь.

И совсем не удивилась, когда голос Кайла прозвучал ближе, чем должен был бы, если бы он всё ещё стоял на пороге кухни.

– Кажется, новый хозяин Фьельлена сказал нам: «Добро пожаловать».

Я все-таки посмотрела на него, но не успела поймать взгляд, потому что он развернулся и, перешагивая через ступеньку, ушел наверх.