Чтение онлайн

Викси понял, что это дает ему немного времени и залез на водительское сидение. Он достал магическую бумагу и начертил на ней формулу. Это была магия, которую огневики использовали, когда теряли контроль над пламенем и сильно травмировались. Наренгу заглянул ему через плечо и отнял листок.

— Но мне очень плохо, — возмущенно прошептал Викси.

— Ты сделал две ошибки, дубина, — маг вернул ему листок с исправлениями. — В таких вещах это просто недопустимо, жизнь все же одна.

— Со мной раньше ничего подобного не происходило, первый раз использую на практике, — попытался оправдаться юноша.

— Но ты же понимаешь, что в данной ситуации учебника у тебя под рукой нет, а я мог бы и не посмотреть, что ты там навыводил?

Не дожидаясь ответа, Наренгу прошел в автодом:

— Хотя, дубина здесь только я. Всем вытер сопельки, погладил по головке. Осталось завязать вам бантики, раздать конфеты и поцеловать в лобик. Если бы ты знал, как я хочу дать волю своей ярости.

Викси столкнулся с ним взглядом и вжался в кресло.

Надорпуль метнулся на потолок, гремя деревянными конечностями. Розовый осьминог висел у него на голове.

— Твое? — спросил Наренгу, показывая мешочек с землей и вишневыми косточками.

Дух вишни кивнул.

— Про нечисть я знал, — сказал он Викси. — А что это за розовая штука?

— Просто оживленная игрушка, — отозвался огневик слабым голосом.

Осьминог протестующе растопырил щупальца. Он понял, что грозный маг может положить конец его существованию, если не продемонстрировать свою пользу. Игрушка метнулась к тайнику Исиды и ловко открыла его, давая Наренгу доступ ко всем секретам хозяйки.

— Не просто игрушка, — маг коснулся щупалец. — Что-то вы все какие-то сговорчивые. Как Исида вообще вам доверяла, кучка предателей, а?

— Это не мы сговорчивые, а ты слишком страшный, — проскрипел надорпуль с потолка.

— Кстати, об этом, — задумчиво сказал Наренгу и заполнил лист бумаги формулой. Вокруг шеи Викси и надорпуля появились огненные круги.

— Объяснить, как это работает? — заботливо спросил маг.

Огневик устало покачал головой. Надорпуль пару минут ждал, когда сгорит, но понял, что его жизнь временно сохранена.

— Теперь можно ехать. — сказал Наренгу. — Не отставайте.

Он сел в свою машину.

— Мне кажется, что раньше я тебя не катал, — сказал он Исиде.

Холодная и изящная рука, нащупала его руку. Мужчина сжал ее в ответ.

— Ты успокоилась? — спросил он.

— Да, — хриплым от слез голосом ответила она.

— Очень тебя прошу не заставляй меня пожалеть о моем решении.

Исида немного подвинулась и положила голову на его плечо.

— Они живы? — спросила девушка.

— Да, но я хочу, чтобы ты знала…

— Что ты убьешь их, если я ослушаюсь?

— Да что с тобой не так, Исида? — спросил Наренгу. — Не только убью — пытки тоже обязательны. Полный комплекс услуг садиста.

Он выругался.

— Я хотел сказать, что твой осьминог тебя сразу же сдал. Просто от одного моего вида. Ему нельзя доверять.

Исида рассмеялась, а потом снова заплакала.

Наренгу съехал на обочину, отмечая, что автодом повторил его маневр.

— Иди сюда, — сказал он, прижимая Исиду к себе. — Ты так реку наплачешь, успокойся.

— Прости меня, — выдохнула она. — Я ужасно ошиблась.

— Не так уж и ужасно, — сказал Наренгу. — Я действительно убью твоих друзей, но только если ОНИ меня ослушаются, а не ты. Не думаю, что ты успела так к ним прикипеть, что откажешься от возможности сделать мне гадость из-за нежити и едва знакомого огневика. Тем более, что волосы уже потемнели и добро потихоньку убирает ногу с твоего горла.

Исида фыркнула и усмехнулась.

— А вот если тебе в голову взбредет очередная дурь, то за это отвечать придется тебе. И больше я тебя не пожалею.

— Я говорила не об этом эпизоде. Прости меня за то, что я сделала с тобой. Прости, что поверила не тебе. Прости, что камень твоей души остался в Михелле.

Наренгу несколько раз глубоко вздохнул, теряя надежду на легкий исход. Его лицо помрачнело, на лбу залегла складка. Он долго молчал.

— Я никого так сильно не любил, Исида. Так сильно как тебя, — наконец, сказал он.

— Почему ты признаешься в этом? — удивилась она. — Сейчас не самый лучший момент говорить о чувствах.

— Потому что это единственное объяснение тому, что ты до сих пор жива и в порядке. Другого просто нет, — Наренгу истерически расхохотался. — Я сам себя сейчас боюсь, понимаешь? А ты сидишь здесь рядом со мной в целости и сохранности.

Исида вздрогнула и отпрянула от него.

— Нет уж стой, — он удержал ее и посмотрел в глаза. — Если можешь, сделай вид, что тоже любишь меня. И продолжай это так долго, как получится. Мне будет немного проще не делать с тобой ужасных вещей, которые очень хочется.

— Ужасных в плохом смысле или в хорошем? — она подняла на него взгляд карих глаз и несколько раз хлопнула ресницами.

— Во всех, — сказал Наренгу и поцеловал ее. — Не могу поверить, что, наконец, поймал тебя. И камень-камнем, а оторвусь я намного раньше.

На новом месте

— Почему стоим? — спросил надорпуль у Викси.

— Мне только лучше, — слабым голосом отозвался огневик. — Я едва жив, после этого веселья.

— Это было жутко, хуже, чем я представлял. И что теперь с вишневым садом? Я просил ее меня пересадить. А она уперлась с этими жертвами. Выбрала бы пенсионерку какую-нибудь, та только рада была бы соседкам ведра с вишней показывать.

— Тебя хоть не тронули, — вздохнул маг. — А я боюсь обращаться к огню. Он теперь слушается не меня, а этого.

— А кто такой этот Наренгу? — спросил надорпуль.

— Ты сам не понял? — удивился Викси. — Нечисть чувствует это получше людей и магов.

— Было не до того, я прощался с жизнью. Мне не очень было важно, кто именно сожжет меня как полено. Он — огненный маг высшего уровня?

— Если бы… — покачал головой огневик.

Машина Наренгу тронулась и автодом последовал за ней.

Исида заснула на его плече. Внедорожник равномерно качало, и со сном стало сложно бороться. Ей снилась Михелла и то время, когда она просыпалась каждое утро обнимая Наренгу. Лица Бьёкки, Пинатири и мертвого графа крутились вокруг нее хороводом. Людорг тоже появился, злобно хохоча и кидая ей в лицо какие-то бумажки. Исида пыталась найти камень Наренгу, но его не было в тайнике.