Чтение онлайн

– Эй, кто-нибудь! Вырвите ему бороду! – закричал в бешенстве Хамид.

Видя, что никто не спешит выполнять его приказ, он сам бросился на бывшего визиря и ухватил его за бороду обеими руками.

Слушание дела было таким напряженным, что Мадхарай, еще до того, как Хамид перешел на оскорбления и угрозы, предложил подписать гарантийное обязательство на полмиллиона динаров, если Ибн Фурата отдадут в его руки. Али ибн Иса, в отличие от невоздержанного Хамида, ограничился несколькими вежливыми репликами по ходу речи Ибн Фурата. Что касается Ибн Хавари, то он пытался всячески примирить Хамида и Ибн Фурата, несмотря на то что был явно не на стороне бывшего визиря.

Когда Муктадир услышал грубости Хамида и увидел, что дело дошло уже до рукоприкладства, он приказал слугам увести Ибн Фурата в отведенные для него покои. Али и Хавари сказали Хамиду, что своей грубостью он только повредил их общему делу. Мадхарай, несмотря на то что он выступал обвинителем Ибн Фурата, когда того уводили, крикнул ему вослед:

– Если тебя приговорят к штрафу, я внесу за тебя пятьдесят тысяч динаров.

Как только Ибн Фурат покинул зал, казначей Наср, Али и Ибн Хавари все вместе обрушили на Мадхарая град упреков.

– Ты пришел сюда, чтобы свидетельствовать против этого человека. Следствие только началось, а ты уже предлагаешь ему свою помощь и пытаешься подружиться с ним! – закричали они.

– Вы сами предупреждали, что человек, с которым вы стравили меня, очень опасен, – ответил Мадхарай. – Ты, Наср, сказал мне, когда я пришел: «Помни, с кем тебе придется говорить!» А ты, Али, предупредил меня: «Будь осторожен!» Что касается тебя, Ибн Хавари, то твоими собственными словами были: «Не забудь, что, давая эти показания, ты рискуешь своей головой!» Поэтому, когда я услышал, как Ибн Фурат начал строить свою защиту, я просто сделал то, что считал благоразумным в моем положении!

Следующий допрос Ибн Фурата проводил Ибн Хаммад из Мосула вместе с Шафи Лулуи.

– Визирь и его представитель, – начал свою атаку Ибн Хаммад, – советуют тебе заботиться в первую очередь о своих собственных интересах. Суду известно, что твой годовой доход составляет один миллион двести тысяч динаров, кроме этого, твои нелегальные доходы сравнимы с этой суммой. Все вместе – это большая сумма денег. Поэтому я советую тебе, пока суд будет решать твою участь, напиши обязательство выплатить миллион динаров немедленно. Эта мера поможет тебе сохранить свою жизнь, потому что в противном случае с тобой будут поступать как с государственным преступником, злоумышлявшим против империи. Повелителю правоверных известно о твоей переписке с Ибн Абу-л-Саджем и о твоем пособничестве его мятежу.

– А я советую тебе, о почтеннейший Ибн Хаммад, подумать лучше, как спасти свою собственную шею от веревки, учитывая то положение, в котором ты оказался, чем заниматься так усердно делом, которое тебя не касается. Четыре года ты состоял на службе у Али ибн Исы. За это время ты растратил огромное количество казенных денег на свои личные нужды. Когда я стал визирем, ты скрылся бегством. Чиновник, который занял твое место, проведя служебное расследование, представил мне отчет, в котором перечислены все твои должностные преступления: подделка документов, получение взяток и прочее. Этот отчет находится в Императорском архиве.

– Да, я думаю, что этот орешек тебе не по зубам, – сказал Шафи Ибн Хаммаду, – попробуй лучше заняться его сыном Мухассином.

Ибн Хаммад послушался совета, оставил отца в покое и начал допрашивать сына. Ему удалось получить с Мухассина обязательство на выплату трехсот тысяч динаров. Однако визирю Хамиду этого было недостаточно, он приказал доставить Мухассина к нему и потребовал от него немедленно заплатить деньги.

– Но я не могу сейчас достать больше чем двадцать тысяч динаров, – ответил он.

– Бейте его палками по голове, пока в нее не придет более разумная мысль, – приказал визирь стражникам.

После нескольких ударов Хамид, видя, что у Мухассина пышные и густые волосы, и решив, что они служат ему хорошей защитой, приказал привести цирюльника. Мухассина обрили налысо и продолжили экзекуцию. Многие придворные присутствовали при этом.

Когда бедняга был уже при смерти, Али ибн Иса вступился за него и предложил Хамиду удовольствоваться пятьюдесятью тысячами динаров. Но Хамид поклялся, что не возьмет меньше семидесяти. Мухассину пришлось подписать обязательство на эту сумму. Несмотря на это, визирь приказал одеть его во власяницу и пытать, пока он не соберет деньги. Мухассину удалось занять и отдать шестьдесят тысяч динаров. Али ибн Иса дал ему десять тысяч. Чтобы полностью рассчитаться по своим обязательствам, Мухассину понадобилось много времени. Многие люди вступились за него, и Хамид позволил ему вернуться домой.

После этого визирь обратился с просьбой к халифу отдать ему в руки Ибн Фурата. Муктадир не возражал, но потребовал, чтобы жизни Ибн Фурата ничего не угрожало, на что Хамид ответил:

– Если Ибн Фурат будет знать, что мы не имеем права пытать его до смерти, он ничего нам не заплатит.

Муктадир не знал, как ему поступить с бывшим визирем: с одной стороны, ему хотелось получить его деньги, но, с другой стороны, мысль о том, что этот старый человек может умереть от руки Хамида, была для него невыносимой, так что халиф отдал Ибн Фурата в распоряжение Али ибн Исы и Шафи Лулуи; он был уверен, что на них можно положиться.

Тем временем кастелянша дворца Зейдан, разузнав, что думает халиф, передала все Ибн Фурату, который, после недолгих размышлений, написал письма своим банкирам (Иосифу Бар-Пинесу и Арону Бар-Амраму) с приказом переслать во дворец халифа семьсот тысяч динаров. Получив деньги, он вызвал к себе стряпчего Ибн Карабу и курьера Ибн Идриса и отправил их в сопровождении Зейдан к халифу. Муктадир отослал их к Хамиду и Али ибн Исе с приказом принять деньги. С большим разочарованием визирь и его помощники осознали, что Ибн Фурат ускользнул из их рук. Али и Ибн Хавари спросили Хамида, что он думает по этому поводу.

– Просто удачный исход дела для халифа! – все, что мог ответить Халид.

– Несомненно, визирь прав, – сказал Али, – но я уверен, что Ибн Фурат никогда бы не расстался с такой громадной суммой просто так – ведь и намного меньшего было бы достаточно, – если бы он не преследовал далекоидущий план – заполучить нас самих и нашу собственность в свои руки!

– Возможно, – ответил Хамид.

– Я тоже так думаю, – согласился Ибн Хавари.

В течение первых двух месяцев после назначения нового визиря Али ибн Иса посещал резиденцию Хамида дважды в день. Постепенно его визиты стали реже; теперь он посещал своего начальника только раз в неделю. В начале 307 года Хамид окончательно потерял доверие халифа, фактически всеми государственными делами занимался Али. Деятельность визиря состояла теперь в ношении черной почетной одежды и появлении верхом на парадах и смотрах. Когда визирь присутствовал на приемах, Муктадир не обращал на него внимания и обращался исключительно к Али ибн Исе.