Чтение онлайн

— Никакого мороженого, пока не съедят по тарелке бульона Грока! — выплюнув градусник в стакан, сурово отрезала я. — И не смей на меня так смотреть, Рейгар. Твои кошачьи глаза на меня не действуют, когда дело касается детского здоровья.

— Ну м-а-ама… — хором заныла троица.

Это был запрещённый приём. Три пары одинаковых зелёных глаз, полных надежды и остаточного сопливого шарма. Я почувствовала, как мой внутренний кремень начинает стремительно трескаться и превращаться в сахарный песок.

— Ладно! — сдалась я и всплеснула руками. — Грок! Неси свой холодный десерт, но только после того, как эти «смертельно больные» покажут мне пустые тарелки из-под супа!

В этот момент мой телефон, мирно лежавший на тумбочке, издал звук, похожий на предсмертный хрип чайника. Экран вспыхнул ядовито-зелёным.

«ВНИМАНИЕ! Выявлен факт массового подкупа несовершеннолетних сахаросодержащими продуктами. Нарушение кодекса Тёмных Властителей, пункт 4: „Зло должно быть горьким, как неразделённая любовь“. Штраф — 5 000 репутации!»

— Оракул, милый, — прошептала я, тыкая пальцем в экран, — ты там со скуки совсем пикселями поехал? Иди проверь лучше демона Пустоты на предмет очистки совести.

И тут случилось странное. Вместо того чтобы списать баллы, телефон завибрировал, и буквы на экране начали перестраиваться.

«ОШИБКА. ОШИБКА. Система распознала „мороженое после болезни“ как элемент комплексной психотерапии. За укрепление боевого духа будущих генералов-драконов начислено 2 000 баллов „Сияющего Абсолюта“. Текущий статус: „Почти Святая Мать-Злодейка“».

Рейгар, заглянувший мне через плечо, хмыкнул.

— «Почти Святая», значит? Кажется, вакансия бога в этом мире скоро действительно станет вакантной. Ты прокладываешь себе путь на облака, Ава, своим куриным бульоном и здравым смыслом.

— Я просто делаю свою работу, — победно улыбнулась я и отобрала у Сарга очередную «лечебную» мышь, которую тот пытался засунуть под подушку Митру. — Так, дети! Бульон на стол! А потом будем ждать Гардею и спрашивать, сколько золота она заработала на кабачковом стартапе.

Мальчишки с воплями бросились к столу, окончательно растоптав статус «лазарета». Я привалилась к плечу Рейгара и, чувствуя, как усталость мягко накрывает меня, опустила ресницы.

— Знаешь, — прошептал муж, приобнимая меня за талию. — Если Гардея вернётся с золотом, мы сможем вернуться в столицу и выкупить мой дом. А потом…

Он осекся и как-то странно посмотрел на меня. С нарочитой весёлостью предложил:

— А может, нам лучше выкупить у Фенрикса это поместье? Ты была права — детям нужен свежий воздух. И скоро поспеет новый зубастый урожай!

Я молча прикусила нижнюю губу, размышляя над тем, что осталось невысказанным. Совсем забыла об этом! Ещё в самом начале, когда только попала в этот мир, я пообещала Рейгару заработать денег на выкуп дома. А ещё мы договорились о разводе, когда это случится.

Солнце лениво перевалило за полдень, заливая поместье тем самым уютным светом, который обычно предвещает послеобеденную спячку. Но у нас в гостиной бурлила жизнь. Дети, торжественно получив мой смартфон, сгрудились на диване и с благоговейным трепетом тыкали в экран. Судя по доносившимся звукам «пиу-пиу» и воплям Горра: «Смотри, я раздавил арбуз пальцем!», они осваивали новую игру.

Водяной, мерно урча, доглатывал последние соринки в коридоре, а на кухне развернулась настоящая идиллия: русалка, высунувшись из наполненного водой котла, вдохновенно травила сказки о глубоководных кракенах, пока Грок с несвойственной оркам нежностью натирал тарелки до блеска.

— Уйдём, пока все заняты? — прошептал Рейгар мне на ухо, обжигая дыханием мочку.

Я молча кивнула, чувствуя, как внутри всё сладко ёкнуло (нет, Ава, ты взрослая женщина, никаких «ёкнуло», просто… гормональный фон зашкаливает).

Мы вышли в сад. Воздух пах сырой землёй и магией — наши новые посевы «пробуждённых» семян уже пробивались сквозь сапропель нежными, слегка светящимися ростками. Будущие стражи лордов выглядели сейчас как обычная рассада, если не знать, что через неделю они начнут требовать мяса и щёлкать челюстями.

Рейгар взял меня за руку, ласково переплетая наши пальцы. Его ладонь была горячей и крепкой, и так хотелось опереться на эту надёжную руку. Мы остановились у края грядки, и я поняла: момент настал. Пора выгружать кэш из памяти.

— Знаешь, — начала я, глядя на то, как солнечный зайчик прыгает по его медно-рыжим волосам, — когда я только попала сюда, в это… габаритное тело и в этот дурдом, у меня был чёткий план. Выжить, заработать золота, выкупить твой дом и… — я запнулась, но, скрепя сердце, продолжила: — и развестись, как мы и договаривались. Вернуть тебе свободу, а себе — покой.

И замолчала, изучая носки своих туфель. Рейгар не перебивал, только его пальцы чуть сильнее сжали мою руку.

— Но дело в том, — тихо продолжила я, поднимая на него глаза, — что, кажется, я безнадёжно испортила этот план. Потому что покой без тебя теперь кажется мне просто скукой. А свобода… зачем она мне, если я добровольно хочу быть в твоём плену? Ты единственный, кто увидел за маской злодейки обычную женщину. И мне… мне чертовски нравится быть твоей женой, Рейгар. По-настоящему. Без всяких контрактов.

Рейгар замер. В его зелёных глазах отразилось столько нежности, что перехватило дыхание. Он притянул меня к себе, обнимая за талию так бережно, будто я была сделана из тончайшего эльфийского фарфора (хотя мы оба знали, что я, скорее, из хорошего такого чугуна с антипригарным покрытием).

— Ава, — его голос стал низким, вибрирующим где-то у меня в груди. — Ты хоть понимаешь, что сделала с моей жизнью? Я был отставным генералом без армии и драконом без пламени в сердце. Усталый воин, за плечами которого лишь смерть и горечь, а на руках трое непослушных сорванцов. А ты обрушилась на меня загадкой, поставила поведением в тупик и пробудила острым язычком… Одним присутствием отогрела мой мир. Настолько, что некоторое время я притворялся очарованным, чтобы не спугнуть неожиданное счастье. Тот уговор о разводе… — он хмыкнул и коснулся лбом моего лба. Заглянул в глаза: — Я мечтал, чтобы ты о нём забыла. Я бы никогда не отпустил тебя, даже если бы ты заставила меня съесть все эти кабачки-убийцы.

Ухмыльнувшись, он на миг прижался губами к моему виску, и я почувствовала, как по телу разливается густое, тягучее тепло.

— Значит, — выдохнула я, запуская пальцы в его длинные волосы, — юридический отдел закрыт? Развода не будет?

— Никогда и ни за что, — прошептал он, и его губы нашли мои.

Этот поцелуй не был требовательным или жарким, как вчера в спальне. Он был… клятвенным. Тихим. С привкусом вечности и цветущей магии. Я прижалась к широкой груди мужа, слушая, как бешено колотится сердце дракона под рубашкой, и поняла: что бы ни случилось дальше, я уже получила главный приз в игре под названием «жизнь».