Чтение онлайн

— Кажется, — прошептала я, когда мы наконец оторвались друг от друга, — за это нам Оракул баллов не начислит. Слишком много «Сияющего Абсолюта» на один квадратный метр.

— Да пусть подавится своими баллами, — фыркнул Рейгар и легко (на небольшую испарину закрою глаза) подхватил меня на руки. — У меня есть свой «Абсолют». И он сейчас пойдёт со мной в беседку, пока дети не прошли все уровни в телефоне.

Я рассмеялась, обнимая его за шею. В конце концов, огород подождёт. И столица тоже. И деньги… Наше счастье — единственное, что в этом мире не требует лицензии.

Идиллия в беседке продлилась ровно до того момента, пока тишину сада не прорезал скрип несмазанных колёс и торжественное ржание — судя по звуку, не иначе как пегаса, которого заставили тащить телегу.

Мы с Рейгаром разом подскочили, на ходу оправляя одежду, будто школьники, которых застал учитель. В ворота поместья вкатывалась карета, позолоченная настолько щедро, что в неё можно было смотреться как в зеркало.

На козлах, сияя как начищенный самовар, восседал Фенрикс. На колдуне красовалась бархатная мантия цвета ультрамарин и новые сапоги, которые блестели так ярко, что Оракул на небесах, небось, зажмурился. Из окна кареты, победно оглядывая окрестности, высовывалась Гардея. На голове у бывшей злодейки красовалась монументальная шляпа с пером страуса такой длины, что оно периодически щекотало Фенриксу длинный нос.

— Слава победителям кабачкового фронта! — провозгласила Гардея, выбираясь наружу и картинно взмахивая руками. — Ава, дорогая! Мы вернулись! Столица пала к ногам наших овощей!

За ней, пыхтя и стараясь не поцарапать блестящие сапоги, семенил Фенрикс, таща в руках пухлый кожаный мешок. Глухой, приятный звон, доносившийся оттуда, заставил моё сердце забиться в ритме вальса. Золото. Настоящее, звенящее золото!

— Вот! — Гардея с размаху опустила мешок на каменный стол в беседке. Верёвочка расползлась, и золотые монеты брызнули во все стороны. — Твои восемьдесят процентов, как и договаривались. Лорд Кроули рыдал от счастья, когда его новая тыква откусила каблук жене конкурента. Это успех!

Рейгар посмотрел на гору золота, потом на меня, и в его глазах промелькнула сложная гамма чувств: от облегчения до лёгкого ужаса перед грядущими масштабами моего огородничества. А Гардея с Фенриксом, совершенно не замечая, что только что разрушили один из самых романтичных моментов в моей новой жизни, принялись обживать беседку.

— Значит так, Фенрикс, — Гардея по-хозяйски уселась на скамью, поправляя шляпу. — Теперь, когда у нас есть капитал, мы должны построить новый дом. Старый склеп никуда не годится, там сыро, и от твоих старых склянок пахнет козлиной мочой.

— Это были реактивы для призыва демона среднего звена! — обиделся колдун, бережно отряхивая подол мантии от несуществующих пылинок. — И вообще, я хочу замок. С башней! Чтобы оттуда было удобно пулять файерболами в гастарбайтеров.

— Какая башня, старый ты пень? — всплеснула руками Гардея, и перо на шляпе совершило опасный пируэт в сторону Рейгара. — Нам нужен особняк! В классическом стиле! С колоннами, анфиладами и… и чтобы садовники были исключительно брутальные орки в леопардовых шкурах на босую грудь!

Я лишь покачала головой. Кажется, Гардея-злодейка окончательно превратилась в Галю-рублёвскую-жену.

— Ох, — Гардея вдруг сокрушённо вздохнула, глядя в сторону грядок, где наши привороженные струёй Сарга гастарбайтеры как раз заканчивали пропалывать ряды с кабачками. — Какая досада, Ава, что эти твои ретивые копатели совершенно мне неподвластны. У них такая феноменальная исполнительность! А Фенрикс… — она брезгливо покосилась на мужа, — Фенрикс только и умеет, что мантии менять да икать от страха при слове «Оракул».

Фенрикс, услышав это, потускнел, насколько ему позволили блестящие сапоги, и оскорблённо выпятил нижнюю губу.

— Ну и пусть! — буркнул он. — Да, у меня нет былых магических сил. Да, я не могу больше превратить человека в жабу одним взглядом… Зато! — колдун вдруг приосанился и с видом победителя посмотрел на Рейгара. — Зато у меня есть жена с шестым размером груди и шляпой с пером! А у тебя, генерал, одни долги. А у твоей жены хранилище с дырками!

Мы с Рейгаром переглянулись. Генерал медленно поднял руку и прикрыл лицо ладонью, стараясь не рассмеяться в голос. Я же, скрестив руки на груди, с интересом разглядывала шляпу Гардеи. Кажется, это перо страуса стоило как моя пенсия в прошлой жизни.

В этот момент прямо из воздуха, забавно кувыркнувшись, вывалился крохотный толстощёкий хомяк с пушистыми крылышками — один из младших вестников Оракула. Он смешно плюхнулся на стол, едва не утонув в куче золотых монет, и, торжественно икнув, протянул мне крошечный свиток, перевязанный алой лентой.

Я развернула послание. Золотистые буквы, пахнущие грозой и валерьянкой, гласили:

«ВНИМАНИЕ! Выявлен факт массового незаконного обогащения за счёт эксплуатации магической флоры. Уровень Зла повышен на 500 баллов. Текущий статус: „Мать-Настоятельница Кабачкового Картеля“».

А в самом низу, под официальной печатью, красовалась приписка, сделанная явно не божественной рукой, а корявым почерком самого зверька:

«У него там потолок трещит и кормить забывают. Возьми меня к себе! Я умею притворяться ветошью и приносить тапочки!»

Я улыбнулась вестнику как родному и легонько почесала его за ушком. Хомяк довольно зажмурился.

— Пусть твой хозяин подавится своими баллами, — прошептала я, пряча свиток в карман и подмигивая крылатому беженцу. — Оставайся. Места всем хватит!

А потом я громко хлопнула ладонью по столу так, что гора золотых монет мелодично подпрыгнула.

— Так, бизнесмены-надомники… Присядьте-ка. Ноги в блестящих сапогах не казённые, да и шляпа, боюсь, под собственной тяжестью шею сломает. Поговорим о налогах.

Гардея и Фенрикс, не переставая препираться, плюхнулись на скамью.

— Напоминаю правила игры, — я выставила указательный палец. — Договор был такой: восемьдесят процентов прибыли — в общак, то есть мне. Двадцать процентов — вам на шпильки, перья и прочую гуманитарную помощь вашим амбициям.