Чтение онлайн

– Не спеши, - сказал Ушаков.
– Это политика. Посмотрим, чем кончится.

– Хреново кончится.

– Может, и не совсем. Сейчас пришлют из Москвы оперативную группу. И поставят область на уши. Нам от этого только выгода. Глядишь, помогут поднять сигаретные дела.

– Василич, я считаю, ты лучший начальник розыска из тех, с кем я работал. Но твоя вера в лучшее меня порой изумляет... Кто нам когда поможет? На кого мы можем рассчитывать?! Только на себя! На тебя. На меня. Да на пяток-другой наших сотрудников. И все. Об остальном можно забыть. Группа из Москвы, ха! Приедет толпа бездельников, поймет, что без цистерны спирта в наших делах не разобраться. И укатит обратно.

– Время покажет, - сказал Ушаков, признавая, что его заместитель во многом прав.
– Недолго ждать.

– Да шли бы они все, - махнул рукой Гринев.
– У нас своих забот полон рот. Что с Доном Педро делать? Прокурор уже ерзает в кресле, все грозится меру пресечения изменить. Держим человека на аховых основаниях.

– Надо колоть его.

– По-моему, не расколется... Василич, надо дергать эту стерву.

– Инессу?

– Да. Ее, змею подколодную. Все-таки если Глушака они заказали, тогда на пару работали. Решили втихаря избавиться от ревнивого мужа. И прибрать имущество.

– А почему Арнольда не добили? Тогда бы вообще с "Востоком" проблем не было.

– Решили, что он готов. А он, сволочь, живучий оказался.

– Если мы Педро выпустим...

– То разбор будет продолжаться. Его прихлопнут.

– Или он прихлопнет, - сказал Ушаков.

– Пауки ядовитые. У них судьба такая - друг друга жрать.

– Ладно. Отряжаем добрых молодцев, пускай везут Инессу сюда. Она сейчас в массажном салоне. Здоровье поправляет.

За Инессой пристально наблюдали несколько дней, и распорядок дня, которому она педантично следовала, был известен уголовному розыску до мельчайших деталей. Заодно оперативники изучили немало кабаков, парикмахерских, массажных салонов и клиник для "новых русских". Жизнь у Инессы была напряженная. Все расписано, ни минуты покоя - врачи, массажисты, маникюрщицы, посещение женского клуба. И вечером - обязательный кабак. Раньше она посещала кабаки с Доном Педро. После его убытая в следственный изолятор скучала она недолго. Уже через день объявилась в "змеевнике" с Валей Гринбергом, владельцем сети продовольственных магазинов. Когда он появлялся с ней на людях, вид имел какой-то затуманенный и очень походил на очередного идиота, заболевшего этой женщиной-вамп. Смотрел на нее юношескими влюбленными глазами.

– Так, в два она выходит из массажного салона. Берите даму под белы ручки - и ко мне, - проинструктировал оперативников Ушаков.

– Права будет качать, - сказал старший опер из "убойного" отдела, который уже имел некоторый опыт общения с Инессой

– Пусть качает. Берите жестко. Не как вдову, а как лицо, которое .подозревается в соучастии в убийстве. И пусть она это почувствует.

Через полчаса старший опер зашел в кабинет:

– Доставили, товарищ полковник.

– Как она?
– спросил Ушаков.

– Взбесилась сразу. Потребовала, чтобы ей вручили повестку. Потом заявила, что отказывается ехать. Пришлось чуть надавить - в рамках приличий, конечно... В общем, по дороге она нас всех успела поувольнять с работы. Меня обещала раздавить, как клопа. Раньше она такой не была.

– Веди.
– Гринев потер руки.
– Сейчас шалаву раскрутим по-быстрому.

Ушакову вспомнилось, как томно смотрели на него ее слегка раскосые, обладающие какой-то гипнотической силой глаза. Да, она ему фактически предлагалась. Если она замешана в убийстве, то причины такого поведения становятся понятными.

– Ну что, Инесса, вот и вновь свиделись. Как я и говорил, - произнес Ушаков.

– Что за хамство?
– Она с размаху уселась на стул и закинула ногу на ногу. Мини-юбка выгодно открывала ее шикарные ноги, которые магнитом притягивали взгляд мужчины.

Время, когда она управлялась с фирмой "Восток", верша там революцию, не прошло для нее даром. Она и раньше не испытывала особого недостатка в наглости и напористости, а теперь могла давать их взаймы под проценты.

– Вы бы на меня еще наручники нацепили!
– зло воскликнула она.

– А что, не нацепили?
– удивился Гринев, присевший на подоконник и рассматривавший с интересом Инессу.

– Вы что?
– уставилась она на него.

– Обычно при задержании преступников мы используем наручники. Мало ли что...

– Каких преступников?!

– Инесса, - вкрадчиво произнес Гринев, - вы смотрели старые шпионские фильмы? Там есть хорошие штампованные фразы: "Игра закончена. Ваша карта бита. Пора признаваться". Мне хочется сказать то же самое. Пора, Инесса, признаваться.

– В чем?!
– крикнула она.

– Все вы знаете, - сказал Ушаков.
– Думаете, зря у нас ваш любовник столько времени томится? Он что, молчать будет?

– О чем вы говорите? Бред какой!

– Сейчас начнет требовать адвоката.
– Гринев хохотнул.

– Начну!

– Будет тебе и адвокат, - заверил Гринев.
– И прокурор. И судья. Но сначала просто переговорим. Красивая женщина. Обидно отдавать в руки палачей.

– Что?!
– выпучила она на Гринева глаза.

– Это он так шутит, - поспешил успокоить ее Ушаков.
– Шутки у него такие... Близкие к правде, Инесса. Рассказывайте все. Начните с того, как стали встречаться с Петром Севастьяновичем Смагиным.

– У меня ничего с ним не было!

– Это правда?

– Чистейшая. Докажите иное!

– Это нетрудно, - пожал Ушаков плечами и протянул ей фотографию - ту самую, которой в свое время огорошил Дона Педро.

На Инессу снимок особого действия не оказал.

– Вот черт, - только и произнесла она.

– Как прокомментируете?
– спросил Ушаков.

– А никак. Этот ревнивый идиот нанял сыскное агентство "Титан", чтобы там выяснили, есть ли у меня хахаль. Вы скажите, если он всех манекенщиц в городе переимел, почему мне хахаля не иметь, а?

– Дальше, - потребовал Ушаков.

– Муж приехал из Германии. И мне в морду вот эту самую фотографию. Такой шедевр фотоискусства. Паскудники, чтоб они все сдохли!

– Кто?

– Да все!..
– Инесса вытащила сигарету, щелкнула золотой зажигалкой, жадно затянулась.

– А вы что?
– полюбопытствовал Ушаков.

– Сцепились. Он орал. Что-то о том, что нас придавит обоих. Только это все треп был.

– Почему?

– Потому что ему, по большому счету, на меня наплевать было!
– раздраженно воскликнула она, сжимая в пальцах сигарету так, что сплющила ее.
– Я для него была как красивая игрушка. Как джип новый. Но когда он джип помял, то с полчаса попереживал, а потом отремонтировал, загнал и новый купил. Вы понимаете, да? Ему на все и на всех наплевать, кроме одного.