Чтение онлайн

Глава 4 КОМАНДИРОВКА ЗА БУГОР

Москвичам хватило пяти дней, чтобы уразуметь - никаких сокровищ в кладезях УБОПа нет и не было никогда. Да и откуда им быть, коли начальник отдела по борьбе с бандитизмом находился на содержании у бандитов. Не будет же он копить в сейфах материалы на этих же бандитов...

Через неделю руководитель группы ГУБОПа пришел на поклон к Ушакову. Теперь держаться он старался по-свойски - дескать, старик, одно дело делаем и все понимаем.

– Пожалуй, мы группу в помещение УВД переведем, - после дипломатического захода выдал он.

– А чем убоповская избушка не по душе?
– полюбопытствовал начальник уголовного розыска.

– Тут спокойнее.

– Что, у наших коллег в сейфах шаром покати?

Губоповец только махнул рукой. Потом произнес, будто пытаясь разделить с начальником уголовного розыска часть своей неподъемной государственной ноши:

– Задача у моей бригады простая - навести в области хотя бы элементарный порядок. Область имеет стратегическое значение.

– Тут мы в курсе,

– И нужно показать здесь всем, что в России есть закон.

– Да, цель не из легких, - усмехнулся Ушаков.

– Если есть какая-то информация, мы поможем ее реализовать, - продолжил губоповец.
– Вон полсотни штыков. Орлы все. Кому хочешь голову отвернем.

– Отвернуть голову- не велика трудность. Проблема- добыть доказательства на бандита... Вообще, я за сотрудничество. Давайте, включайтесь в работу следственно-оперативных групп по табачным убийствам. Распределим, кому какие версии отрабатывать с учетом того, что ребята ваши пока в городе ориентируются не намного лучше, чем где-нибудь в Барселоне.

Полковник заметно поскучнел при этих словах. Он ждал не этого. Проверять версии, отрабатывать подозреваемых в убийствах - это муторно, долго да еще неизвестно, будет ли результат. Полковнику нужны были красивые быстрые реализации в рамках операции "Ураган". Приехать, разнести в пыль офис какой-нибудь левой фирмы, изъять пару ящиков пулеметов и замаскированный в полесских лесах чеченский танк. Он страшно нуждался в том, чтобы в каждой сводке мелькало "ГУБОП обезвредил"... "ГУБОП изъял". И его заботило не то, что в анклаве действительно пора наводить порядок, а то, как бы эта ступенька в его карьере не оказалась гнилой и не подломилась бы под ним.

– Надо разбираться в каждом конкретном случае, - вяло завел губоповец.

– Понятно, - кивнул Ушаков.
– Знаете, я не первый день общаюсь с нашей мафией. Я давно уже прикинул, что мне нужно для полного счастья, чтобы отработать ее по полной программе.

– И что?
– с некоторым интересом спросил полковник.

– Для начала отослать куда-нибудь семью и не вздрагивать при мысли, что похитят жену или дочь. Нужна группа из пяти-шести профессионалов, которым не нужно вытирать сопли подгузником, и чтобы каждому я мог доверять, как себе. И еще - сотня тысяч долларов на оперативные расходы. И, конечно, чтобы прокуратура и суды палки в колеса не ставили и за взятки бандюков на следующий день не выпускали на свободу... За полгода я уничтожу всю эту мразь. Забью их в камеру. Или они убегут из страны...

– Рисково, - кивнул полковник с какой-то грустью и оттенком зависти.

– А я давно страх растерял, - произнес Ушаков.
– Вот только никто мне никогда ничего этого не даст. Потому что никому ничего не нужно. Легче собрать роту оперативников по всей Руси-матушке и отправить на год в Полесск, чтобы они тут лени набирались.

– Ну, вы нас недооцениваете.

– Хочется верить...

Между тем неожиданно стали подниматься старые дела. Гринев по своим каналам получил информацию о двух подонках, которые зарезали в общей сложности трех таксистов за копеечную выручку, а заодно утопили в море свою знакомую манекенщицу из Дома моделей "Париж". Обоим исполнилось двадцать пять, но они успели озлобиться и заматереть в зонах. И оба раскололись в течение двух часов разговора по душам в кабинете начальника уголовного розыска. Когда все было закончено, Ушаков в очередной раз ощущал тошноту, как от запаха гниющего мяса. Да, он явственно чувствовал запах гнили, исходивший от этих двоих, с виду чистых, хорошо одетых парней, лица которых вовсе не были обезображены печатью порока. Гнила их душа - начальник розыска научился это чувствовать давно, но не научился воспринимать спокойно.

Наметился прогресс и по убийству Глушко. Сыщики немецкой криминальной полиции прошлись по связям убитого и нащупали кое-что интересное.

– Надо туда ехать, - сказал Ушаков, вызвав Гринева и передав ему бумагу, которую Наташа Сомина, руководитель группы Интерпола в УВД, успела перевести на русский язык,- Германские коллеги подняли свои архивы, прошлись по сделкам, счетам "Востока" и некоторых других фирм.

– И что?
– спросил Гринев с интересом.

– Они нашли человека, к которому приезжал Глушко. Некто Марк Шварцман выходец из СССР, ныне гражданин Германии. Занимается табачным бизнесом и финансовыми аферами, в основном совместно с литовцами и россиянами. И обнаружились концы денежных проводок. Надо ехать в Мюнхен.

– Черта с два туда пустят, - буркнул Гринев.
– Денег в кассе нет.

– А ты разузнай у финансистов. Нам же не колбаски с пивом там лопать.

Гринев отправился на разведку. Вернулся он от финансистов через полчаса несколько озадаченный. И сообщил:

– В казне сквозняк. Ни одного доллара и марки выделить не могут. Нужно через Москву пробивать. Предложили нам командировочные сухим пайком взять.

– Чего?
– У Ушакова, привыкшего ко всему, чуть челюсть не отвисла.

– Ну, тушенкой, насколько я понял.

– Молодцы.

– Это сорок долларов командировочных в день, - попытался прикинуть Гринев.
– В общем, с грузовиком тушенки в Мюнхен прикатить. И на автобане ею торговать. Ты мне скажи, вот в нормальный, не одурманенный опиумом ум такая идея может прийти?

– Как видишь, может, - усмехнулся Ушаков.

– Знаешь, в России десять лет назад к власти пришли не демократы, не коммунисты, а сюрреалисты. Какая-то законспирированная секта, которая решила сюрреализм сделать жизнью... Сухпайком, ты посмотри на них!

– Не кипятись, - успокоил его Ушаков, мысленно, впрочем, чертыхаясь и проклиная нынешнюю нищету государства и невозможность решить элементарные вопросы.

Да, неплохо бы было встретиться с человеком, к которому ездил Глушко, и переговорить накоротке, как бывшие соотечественники. Немецкая, американская да любая другая полиция не в состоянии говорить на одном языке с выходцами из СССР. Тут нужен только русский мент. И тогда сразу все становится на свои места.

– Группа ГУБОП в бой рвется, - сказал Гринев.
– Вот пускай они нам деньги и выбьют. Глядишь, в раскрытие попадут.

– Попробуем, - без особой надежды сказал Ушаков. С этой идеей он и направился к старшему губоповской бригады. Полковник в ответ на это предложение только развел руками.

– Это вряд ли возможно.

– А почему?
– спросил Ушаков.

– А все потому же. Денег нет.

– Да. А на поездку в Штаты по сотне сотрудников, чтобы они били баклуши, обучаясь непонятно чему у инструкторов ФБР, есть деньги?

– Это другая статья сметы. Международное сотрудничество, - пояснил полковник.
– Да что передо мной-то возмущаться? Я же сам все прекрасно понимаю.