Чтение онлайн

– А то шо ж выходить? – говаривала она, мешая черпаком очередную голубоватую жидкость. – Вин богатенький буратино, а я с голой жопою! Соседи вже начинают за спинами шепотатися. А я ж не можу терпеть таке. Я ж сразу в глаз!

– Анна Ивановна, – баба Таня укоризненно качала головой. – Вы же будущая баронесса теперь. Вам не по статусу!

– И я про то ж, – миролюбиво соглашалась бабуля, воинственно сверкая глазами. – Але комусь треба це доказывать! А тут только два доказательства принимается: або кошель, або высокопоставленные родичи. А у меня немае ни того, ни другого!

– Не было, – поправляла баба Таня, с нежностью глядя на обручальное колечко, которое Лодевейк изготовил сам лично из какого-то там супердорогого материала. – Я теперь супруга Повелителя Хаоса! Чем не связи?

– Агась! – бабуля косилась на колечко и с удвоенным рвением принималась за дело. Очень ей хотелось самой что-то из себя представлять. – Ось сробимо зелье, поставлю на поток и потечуть ко мне мужики богатыя с кошельками товстыми. Ось тода и буду завидной невестой! – тут она всегда вздыхала и добавляла, украдкой подавляя завистливые взгляды на помолодевшую бабу Таню. – Только не первой свежести.

– Ба, – я со смехом подталкивала её. – Тебе же Орендиэль нагадал ещё ребёнка!

– Хух! – она краснела и отворачивалась. – Можа це Николашин байстрючок! У меня вже родилка завьяла!

– Анна Ивановна! – шипела на неё баба Таня.

А в углах сидели тарантуты и веселились.

Так было и сегодня. За одним исключением – баба Таня привела с собой Фиалку, что совсем не понравилось моим тарантутам. Они грозно бурчали и показушно отращивали клыки.

Гейла принесла новые пучки литропуса с фазенды графа, баба Нюся приготовила луковицу нарциссона, я любовно поглаживала маленькую перламутровую чешуйку и вспоминала – ОТКУДА я её выцыганила и за ЧТО.

– Ну что? – строго спросила баба Таня. – Начали?

Мы сгрудились около горелки, на которой уже побулькивала в котелке вода. Я держала чешуйку, бабули – по одному колоску литропуса.

– Раз, два, три! – скомандовала она и мы дружно бросили всё в котелок.

Жидкость забурлила, окрасилась в голубой цвет, потом успокоилась. Баба Таня помешала прозрачную голубую жидкость и разочарованно произнесла:

– Холодная стала.

А должна быть горячей! Что-то мы никак не могли учесть.

– Коляновна, це ты шибко быстро мешаешь, – не выдержала баба Нюся.

– А что можно ожидать от женщины Хаоса? – недовольно пробурчала висящая над котелком Гейла.

Обычно, никто не обращал на её ворчание никакого внимания. Но сегодня с нами была Фиалка. И она решила – наших обижают! Поэтому с грозным рычанием бросилась на призрачную воительницу. Гейла, тоненько взвизгнув от неожиданности, шарахнулась в сторону. Фиалка, пролетев над столом, задела луковицы нарциссона, и они плюхнулись прямо в котелок. Голубая жидкость со смачным чавком заглотила белые луковички, вспучилась, выпустила громкий «бульк!» и стала фиолетовой. Мы заворожённо смотрели на преображение нашего опытного зелье и совсем не обращали внимания на возню Гейлы и Фиалки.

А те носились по лаборатории. И, если призрачный дух только развлекался, то прирученный монстр разозлился не на шутку. В пылу погони она цапнула Фильку. Тот взвыл и бросился давать сдачи. Мурка тоже не усидела на месте. Теперь по лаборатории носилось три монстра и один дух. Но нам до них не было никакого дела – жидкость в котелке продолжала трансформироваться. Мы даже подошли поближе. Интересно же! Под столом стояла кадка с водой. Это на случай, если надо было что-то быстро охладить. Кубло из двух тарантутов и одного сварга закатилось под стол, сдвинуло кадку, стол подпрыгнул и котелок, не удержавшись на горелке, опрокинулся. Неизвестное зелье, естественно, перетекло в кадку с водой, вода позеленела, став не только прозрачной, но и источавшая парок и запах тухлого яйца.

– А ну геть! – завопила баба Нюся, первая пришедшая в себя от научного оцепенения и нестерпимой вони.

Монстрики вроде остановились, но тут молодость и горячность взяли вверх: Филька со всей силы тяпнул Фиалку. Использовал, так сказать, момент. Сварго взвыла, шарахнувшись в сторону бабы Нюси. Бабуля такого напора не выдержала – её толкнуло пару центнеров живого веса чудовища! – и конечно, тоже не удержала равновесия, свалившись в кадку.

Результат: испорченные опытные образцы – все! – мокрая и злая бабуля, смрад во всей лаборатории, и горячий обжигающий пар.

Блин! Если нам дышать так горячо, что же чувствует бабуля! Я с ужасом бросилась к ней, пытаясь вытащить из кадки. Но зелье в кадке стало вязким, словно слизь от улиток. Мои пальцы соскальзывали, а бабуля не могла зацепиться за бортики кадки, ставшие скользкими.

Смекнув, что дело добром не закончится, Гейла исчезла в портале, из которого через мгновение выскочил взволнованный Сибгад.

– Я в порядке! – закричала я, как только он рванул в мою сторону. – Бабуле помоги!

Никак не могу привыкнуть к частичной трансформации своего дракона. Заворожённо смотрела, как его руки покрылись белой чешуёй, пальцы удлинились и приобрели длинные перламутровые когти. Вот этими когтями и чешуйчатыми руками мой дракон и вытащил бабу Нюсю из кипящего зелья.

– Тьфу, гадость яка! – отплёвывалась она и морщилась одновременно. – А смердить, як будто у нас тут ктось здох, размером со слона!

Покрытая зелёной слизью с непревзойдённым ароматом разлагающегося белка, баба Нюся остервенело пыталась стереть с себя наше экспериментальное зелье, и тут Сибгад как рявкнет:

– Стоять!

Мы замерли испуганными сусликами, даже дышали через раз.

– А шо такэ? – икнула бабуля, выпустив из ноздрей по паре миленьких зелёненьких пузырика.

– Поразительно! – восторженно произнёс через пару секунд Сибгад.

Бабулю накрыла нешуточная паника и она взвыла сиреной от трактора Кировец, что был достопримечательностью в её деревне, оставшейся с советских времён.

– Тихо! – снова рявкнул Сибгад.

Кричать, рычать, причитать и орать расхотелось всем. Король пассом руки намагичил зеркало в рост взрослого человека и поставил его перед бабулей.

– Смотрите!

Мы присмотрелись и ахнули: вместе со слизью с бабы Нюси слезала кожа, старая и морщинистая. А на её месте проглядывала новая, – молодая и гладкая! Седые волосы пучками стекали вместе с зелёным зельем, словно тонкие футляры, освобождая светлые локоны, правда мокрые и скользкие. И одновременно со всем этим с бабули стекал лишний вес.

– Поразительно, – снова произнёс Сибгад, когда через пару минут перед нами стояла молодая и красивая баба Нюся, а у её ног изумрудной пеной лежали сброшенные года и килограммы.

Она сама ошалело вглядывалась в зеркало, ощупывая себя руками, тихо икая. Икота сопровождалась тихими матюжками, какими бабуля обычно сопровождала выражение своих сильных эмоций.

Первой опомнилась Мурка.

– Не смотреть! – рыкнула она на Фильку, а для верности дала ему очередной за сегодня подзатыльник и закрыла глаза лапами.